Чтение онлайн

И для самой казни еще не время. Не время. Надо поскорее, но в данный момент плененный Аэтернус полезней казненного. Война с титанами заканчивается, Алмазный Рай захвачен... но она еще не закончилась. Многие еще сопротивляются, еще продолжают мелко и гнусно пакостить.

Но в то же время многие другие сопротивляться не смеют. Они боятся за своего царя. Да, титаны любят повторять, что у них нет царей, что Аэтернус – просто самый уважаемый член их общества, к которому все прислушиваются... но неужели они не понимают, что это и называется царем?! Кого они обманывают этой лицемерной игрой слов?! Разве что самих себя!

И пока Аэтернус в заложниках – две трети титанов сидят смирно и делают, что им скажут.

А когда империя расправится с непокорными...

– Уведите его! – приказал Громорокатран. – Возвращайся в свое узилище, Аэтернус Агапетид! И оставайся там, пока я, Колдующий Император Парифата, не решу твою судьбу!

Слишком напыщенно?.. Это прозвучало слишком напыщенно?.. Громорокатран с подозрением оглядел зрителей. Кажется, никто не смеется. Нет, они бы не посмели.

Но образ судилища сейчас плывет в эфире. Его слова плывут в эфире. Миллионы подданных сейчас видят и слышат его в своих проекристаллах.

Что если они смеются там, на своих диванах? Потешаются? Обсуждают, как нелепо выглядит их император?

Громорокатрана передернуло. Он почувствовал, что задыхается. Что шейный платок его душит, а кристальный венец сдавливает виски.

Больше всего на свете он боялся показаться смешным.

И некоторым он действительно казался смешным. Двадцать пять лет назад, когда Громорокатран только взошел на престол, его боготворили. Сын Абраксола, правнук Бриара, победитель Турнира Принцев... империя возлагала большие надежды на своего нового императора.

Они держались довольно долго. В первое десятилетие каждую реформу Громорокатрана встречали рукоплесканиями. Они казались многообещающими, да и народ привык полагаться на Колдующего Императора. Бриар, Хоризакул и Абраксол заложили огромный кредит доверия.

Но потом наступило второе десятилетие, и энтузиазм начал спадать. А к началу третьего от него вообще мало что осталось. Все чаще и громче говорили, что золотой век империи кончился в день смерти Абраксола.

Когда Громорокатран спланировал захват Алмазного Рая и одним ударом победил титанов... это прибавило ему очков, что ж. Планета наконец-то стала полностью едина. Империя пережила сильную вспышку патриотизма, и целых полгода в Колдующего Императора снова верили.

Но потом опьянение схлынуло. Несмотря на оккупацию их острова и пленение их лидера, титаны продолжали сопротивляться.

Война не заканчивалась. Она длилась уже полтора года. Титанов становилось все меньше, но они не переставали напоминать о себе. И парифатцы все чаще вспоминали, что раньше они проблем не доставляли. Сидели спокойно на своем острове, никого не трогали, охотно принимали гостей... даже явились на помощь, когда на Парифат обрушились демоны...

А теперь они заклятые враги, и смиряться с неволей не желают.

Именно об этом сейчас размышляла сидящая перед проекристаллом девушка. Необычно высокая и крепкая, она однако ж вполне могла сойти за человека.

– Он не казнил его, видишь? – сказала сидящая рядом кобринка. – Я же тебе говорила. Он не посмеет.

– Сегодня не посмел, - ответила девушка, стискивая кулаки. – Завтра посмеет. Я освобожу его.

– Ты хотя бы представляешь, как охраняют императорскую тюрьму? Ты знаешь, сколько ваших уже полегло, пытаясь туда ворваться?

– И что с того?! – вскричала юная титанида. – Я не боюсь!

Кобринка закатила глаза. Ох уж эти титаны. Как сложно порой бывает с ними. В каком-то глубинном смысле они навсегда остаются детьми. Наивными и простодушными. Никогда не стареют и очень медленно взрослеют.

Вот эта девочка, Имрата Аэтернида... кто-нибудь поверит, что ей шестьдесят семь лет? Всего-то на пять лет младше ее, Свитарлины Омно. Но она при этом уже дважды бабушка и заслуженная волшебница, а Имрата... честно, Свитарлина не удивится, узнав, что та до сих пор играет в рыцарей и вампиров с другими титанятами.

Хотя меч у нее не деревянный. Свитарлина с легкой завистью смотрела на это изделие Макроденита, кузнеца титанов. Таким артефактом и боги бы не погнушались, пожалуй.

И вряд ли Имрату удастся остановить. Она слишком в ярости. Каждый титан – как лед и пламя в безумном танце. Ради своей цели дойдет до края света, пробьет лбом стену, сгорит заживо в паргоронском пламени.

Такие уж они.

Да Свитарлина и не слишком Имрату отговаривала. Прекрасно понимала ее боль. В конце концов, у девочки убили мать, а отца держат в заточении. Ее саму тоже пытались схватить – как же, царевна титанов!.. – но ей удалось сбежать. Она несколько лун носилась по Парифату, как угорелая, а потом столкнулась с кем-то из Серебряных Магов. Этих душегубов, что упиваются смертями.

Свитарлина нашла Имрату бездыханной, покрытой ихором. А рядом валялся мертвец в посеребренной шляпе. Титанида все-таки победила, хотя противник достался очень нелегкий.

Выдавать ее Свитарлина не собиралась. О нет, дорогие мои, только не она. Чистка двести шестьдесят девятого года забрала у нее мужа и сына. Она не забыла и не простила. И хотя титаны Свитарлине никогда особо не нравились, нынешний человек-император нравился ей гораздо меньше.

Кобринам вообще нерадостно живется в этой бескрайней Парифатской империи. Они не сумели выговорить себе тех привилегий, что получили эльфы. И им периодически напоминают, что когда-то кобрины служили Всерушителям. Когда-то кобрины правили восемью континентами. Когда-то кобрины держали людей в рабстве. Когда-то кобрины создали вампиров.

Да, все это когда-то было. Это чистая правда... кроме вампиров. Это просто змеиное дерьмо. Идиотская врака, появившаяся потому, что вампиры не едят холоднокровных. Можно подумать, кобрины – единственные холоднокровные на планете!

Но все остальное – чистая правда. Когда-то это было. Но было очень и очень давно. Тысячи лет назад. И то, что это продолжают им поминать – по крайней мере несправедливо!

– Я навела справки, - молвила кобринка. – У меня еще остались друзья среди теплокровных. Завтра вечером твой отец покинет Домурбис. Его переведут в Бриароген. Специально для него там построили новую темницу... из какого-то особенного камня.