Антитело
Шрифт:
Всё действительно было странно. И неожиданно сложно.
Казалось бы, ну переспали мы, ну и что? Да, было здорово, и я не против повторить, но в общем-то не случилось ничего этакого. С одной стороны.
А с другой был космос. И ощущения, которые не объяснить обыкновенным удовольствием от секса. Непонятный трепет, ощущение чего-то сказочного, волшебного, словно… Не знаю, как ребёнок пяти лет ждёт Нового года и подарков.
И как бы я ни пыталась вернуть себя с небес на землю, вот эта другая сторона становилась всё весомее и значимей, а первая — норовила потеряться на её фоне. И на Нану я смотрела с возрастающим интересом и предвкушением, словно на фокусника — что он там еще припас интересного?
Даже нынешнее его поведение скорее интриговало и вызывало любопытство, чем раздражало или смешило.
— Тебе действительно не скучно тут одному сидеть и пялиться в стену? — спросила я не столько из желания услышать ответ, сколько для завязки разговора. Потому что просто так сидеть и молчать было глупо, а еда закончилась.
— Я не пялюсь в стену, я пытаюсь разобраться. — Нану улыбнулся уголками губ. — Правда, пока получается плохо…
— Ладно, главное, тебя устраивает. А мне хватит киснуть и бездельничать, — я выразительно хлопнула себя по бёдрам, решительно встала и принялась собирать посуду на один из подносов. — Надо кое-что полезное сделать.
— Ты же придёшь потом? — тихо, напряжённо спросил пассажир.
— Куда я денусь, — отмахнулась после короткой паузы. — Ну или ты приходи, если я вдруг забуду и уползу к себе.
— Хорошо, — серьёзно кивнул он, провожая меня задумчивым взглядом. — Я… Нина, стой!
Внезапный и по-настоящему испуганный окрик прилетел в спину слишком поздно, когда я уже сделала шаг. Да еще настолько неожиданно, что я всё равно не успела бы среагировать.
Под ногой вдруг распахнулась пустота, а в глаза ударил ослепительно-яркий свет. Сердце подскочило к горлу, дыхание перехватило. Я нелепо взмахнула руками в попытке сохранить равновесие — или задержаться на месте.
Удар, плеск — и я с головой ушла в воду, которая в первое мгновение показалась ледяной. Не нахлебалась только чудом, бессмысленно замолотила руками и ногами в мгновенно потяжелевших прогарах. Сердце и горло сдавила паника. Я нелепо вытягивала шею, как будто это помогло бы держаться на плаву. Глаза драло от воды, их застила мутная пелена. Легкие разрывались от недостатка воздуха…
А потом какая-то сила дёрнула меня за шкирку вверх. Я продолжила бессмысленно махать руками и начала судорожно хватать ртом воздух.
— Тихо, Нина. Всё в порядке, — раздался позади знакомый голос. — Успокойся, всё хорошо.
Мгновенного действия эти слова, конечно, не возымели. Я продолжала панически цепляться за воду и биться на месте, сердце колотилось в горле. К счастью, Нану держал крепко и грамотно — так, что я не могла его достать и утопить нас обоих. И через некоторое время паника всё-таки отступила. Инстинктивный страх продолжал сжимать сердце когтями, но я, по крайней мере, сумела перестать дёргаться.
— Я не умею плавать, — продолжая жадно дышать ртом, сипло сообщила ксеносу.
— Знаю. Зато я умею. Не бойся, я держу. Доверься мне. Дыши ровно, со мной, и не цепляйся. Расслабь руки.
Голос Нану звучал спокойно, веско, в нём звенели сталью командные ноты — и это успокаивало гораздо лучше слов. Я подчинилась на инстинктивном уровне и, когда мужская рука перехватила меня под грудью, послушно попыталась расслабиться и задышала как велели, слушая намеренно шумное дыхание ксеноса.
И через пару десятков вдохов и выдохов почти успокоилась. Отсутствие дна под ногами по-прежнему пугало, но я взяла себя в руки. И осознала, например, что вода на самом деле достаточно тёплая, стоит почти полный штиль и вместо волн есть только мелкая рябь. А Нану — так и вовсе горячий, и… наверное, в других обстоятельствах это могло бы быть приятно.
— Молодец, — похвалил ксенос. — Давай ты попробуешь развернуться и держаться самостоятельно, так будет проще плыть. Не бойся. Я не дам тебе утонуть. Дыши.
Как ни странно, у нас получилось. Паника не вернулась, когда я ухватилась одной рукой за плечо мужчины, даже вспомнились какие-то где-то подсмотренные движения, так что свободной рукой я начала подгребать, может, и неправильно, но уже без суеты. Ноги по-прежнему были тяжёлыми, но обувь перестала так сильно тянуть вниз.
— Где мы? Что вообще происходит?! — немного освоившись в реальности, я задала самый важный и насущный вопрос. — Это что, внезапный сон с обмороком?
— Нет, пространственная петля, — раздосадованно ответил ксенос. — Всё-таки сказываются последствия взаимодействия с твоим экипажем.
— То есть мы на самом деле провалились на другую планету?! И… что теперь? Мы вообще сможем вернуться?!
— Успокойся! — резко одёрнул Нану.
— Извини, — вздохнула глубоко, чувствуя, что в голосе действительно прорезались истеричные нотки. — Я боюсь воды. Если бы мы оказались на суше…
— Я понимаю, — ответил он мягко. — Не бойся, вон впереди суша. Пространственная петля — это не дыра в другой мир, она ограничена по расстоянию. Нужно просто достаточно долго двигаться по прямой, мы дойдём до её края и вернёмся обратно.
— И насколько долго? — спросила мрачно.
— Она не очень большая, — после короткой паузы ответил ксенос. — Доплывём, а потом — дойдём. Несколько часов.
Я в ответ ругнулась. Подумала и ругнулась ещё раз.
— Потеряют меня, вот же будет весело… исчезнуть с корабля в гиперпрыжке — это надо постараться.
— Скорее всего, не успеют, — возразил Нану. — Мне кажется, искажённое пространство-время вашего корабля сказалось и на этом, так что вернёмся мы туда же, откуда пропали, и по времени — тоже.
— Только корабля там уже не будет, — пошутила я угрюмо.
— Не волнуйся, всё будет хорошо, — заверил он.
Спорить с этим утверждением на всякий случай не стала, вместо этого спросила:
— А если кто-то еще туда же вляпается? Вообще-то у меня половина экипажа плавать не умеет.
— Нет, ты замкнула петлю на себя, — уверенно отмахнулся Нану. — Я едва успел за тобой прыгнуть. Поэтому я почти уверен, что она окажется ограничена во времени. Если бы не так, получилась бы постоянно действующая и не пришлось бы спешить.