Антитело
Шрифт:
— Это хорошая мечта, но я о другом. Чего ты хочешь именно для себя? Какой видишь себя потом, через много лет?
— Кем вы видите себя в нашей компании через пять лет, — передразнила я. — Контр-адмиралом или даже адмиралом, командующим армии. И вообще, плох тот солдат, который не мечтает стать генералом!
— И это всё? Только служба? Никаких больше стремлений, желаний, надежд?
— Слушай, ну что ты ко мне прицепился? А какой тут правильный ответ? Я должна хотеть быть счастливой мамашей большого семейства? Ну извини, я не люблю детей. То есть глобально против них ничего не имею, но только чтобы я к ним касательства не имела. Посвятить себя семье — это, мягко говоря, не мое. Ну нет у меня материнского инстинкта, такая вот я ущербная!
— Вот именно об этом я и говорю. Ты злишься, неспокойна и переживаешь.
— Станешь тут переживать, конечно, — проворчала я. — Это мне еще с родителями повезло, они на эту тему не пристают. А вот остальные родственники и прочие… Сейчас-то уже, конечно, не так, но пока я не сбежала в армию — было кому достать. Да, я старшая в семье, но маме предпочитала помогать с чем угодно, кроме сидения с мелкими, и мне…
— Нина, не ругайся, — Нану тихо засмеялся, ласково погладил меня по плечу, поцеловал за ухом. — Я хочу помочь тебе именно в этом — успокоиться. Не изменить своим взглядам, не изменить себе и обрести несвойственные тебе желания, а перестать дергаться по пустякам. Принять себя, найти равновесие.
— Выискался психотерапевт на мою голову, — вздохнула тяжело. — Ладно, ответь мне еще вот на какой вопрос: а мне-то ты зачем сдался? Ну вот ты за мной давно наблюдаешь, здорово, я за тебя рада. Но с моей точки зрения ты — инопланетный псих, который хочет странного. При этом мозг клюешь одновременно как занудный начальник и будто мы с тобой сорок лет женаты. И единственное, что в тебе хорошего, ты целуешься хорошо.
— Так дай мне шанс познакомиться с тобой лучше, — совсем не обиделся на такую отповедь Нану. — Вдруг я тебе тоже понравлюсь?
— Очень сомневаюсь, — проворчала в ответ. — У тебя какая-то странная логика, ты вообще весь странный и мутный. К тому же… ну как ты себе это представляешь? Чтобы человек заинтересовал, надо как минимум иметь общие интересы или хотя бы темы для разговоров. А у нас с тобой вообще никаких точек соприкосновения!
— Поцелуи? — с улыбкой в голосе спросил он.
— Нану, еще раз, это ты всезнающий и давно со мной знаком. А я даже о твоей цивилизации знаю меньше, чем ничего! Не говоря уже о том, что я плохо представляю себе возможный результат, даже если резко и всей душой тебя возлюблю. Вот уж семейная жизнь получится, ага… Врагу не пожелаешь!
— Давай просто попробуем. У нас же есть немного времени на перелет, верно? А когда прилетим к Сфере — там будет видно. Хорошо?
— Договорились, ладно. Тогда хоть про свой мир расскажи, как вы там вообще живете? И почему, плюк тебя побери, мне настойчиво велели не допускать твоих контактов с мужчинами?!
— Мы… живем, — рассеянно проговорил он. — Мы очень малочисленны, живем очень долго и очень редко размножаемся в привычном тебе понимании. Вообще, можно сказать, мы потенциально бессмертны…
— Да ладно заливать, — не выдержала я. — Накамура проверял, вы биологически почти не отличаетесь от нас!
— Давай я просто расскажу, — после короткой паузы сказал он. — Я ведь именно поэтому не хотел отвечать на эти вопросы, ты сама настаиваешь. А верить или нет… Решай сама. Наша цивилизация, насколько я могу судить, самая старая в этом рукаве галактике, а про остальные ее концы я не знаю. Слишком далеко. Тело Вселенной, конечно, едино, но…
— Да я поняла, сигнал ослабевает на большом расстоянии и забивается местными помехами. Если отдельные твои высказывания кажутся мне бредом, это еще не значит, что я совсем тупая. Не отвлекайся, давай дальше. Вы что, одни такие живучие?
— Так вышло. Были и другие, до нас, но они по разным причинам прекратили существование. Некоторые погибли, порой вместе со своими родными мирами, некоторые застряли в бесконечном цикле упадка и последующего возрождения. Что мы делаем… название «вирусная цивилизация», на самом деле, куда более точное, чем ты можешь себе представить. Это действительно вирусы. Нечто, что вынуждает организм в целом развиваться. Да, какую-то часть клеток — живых планет — они убивают, но зато подстегивают к эволюции другие. Это очень упрощенно, постичь механизм работы всей Вселенной я тоже не могу, но аналогия очень близкая. Если следовать ей дальше, то моя цивилизация — это антитела. Мы иммунитет, который старается справиться с заразой.
— И ты один сможешь в этом помочь?
— Смогу. Ты всё равно не поверишь, пока не увидишь своими глазами, так о чем говорить? Что касается ваших мужчин… В людях сильно разрушительное начало, и когда вы настроены агрессивно или очень напуганы, может случиться… конфликт.
— То есть ты нас за этот самый вирус принимаешь в таких случаях? — хмыкнула я. — Опупеть. Вот Горо поржет, аутоимунное заболевание в галактическом масштабе!
— Ну да. Вроде того, — согласился Нану.
— Ладно, конфликт, но… откуда, мать их за ногу, взялись эти гребаные зеленые черти?! И почему они поначалу не отображались на камерах?
— Наверное, оттуда, где они обитают? — предположил он. — Я не могу спрогнозировать, возникнет конфликт или нет и как именно проявится, но что-то принципиально новое точно не могло появиться. Скорее, они переместились со своей родной планеты, а вот с какой — не представляю. Слишком много миров, в которых есть жизнь. Про камеры… Не могу сказать.
— Потому что не знаешь или потому что я опять не доросла? — хмыкнула насмешливо. — Ладно. Значит, придется всё-таки никого больше к тебе не подпускать, — решила через пару секунд, потому что на вопрос ксенос многозначительно промолчал. — Не хватало, чтобы нам на головы свалилось что-то крупное и агрессивное. Слушай, а мне кажется или ты правда стал иначе разговаривать? И акцент дурацкий пропал, и вообще формулировки стали более человеческими. Или это потому, что мы сейчас во сне?
— Я адаптируюсь к окружению, — пояснил Нану. Помолчал. — Приходи ко мне потом, когда проснешься…
— Это вряд ли. У нас по плану тренировки по ОБЖ, а потом выход из прыжка.
— Тренировки чего? — удивился ксенос.
— Осознание безальтернативности жопы, — отозвалась ворчливо. — Шучу. Обеспечение боеспособности и живучести это. Даются разные вводные, а экипаж отрабатывает действия. Поломки, попадания из разных видов оружия, примененного злыми врагами… Весело, в общем. Особенно если учесть, что в большинстве случаев реального попадания бороться будет уже некому. Потому она и безальтернативная…