Амриты
Шрифт:
– Если не хочешь говорить, не надо, только не ври, пожалуйста, – попросила она.
Настя сжалась под взглядом подруги.
– Молчишь? – с горечью переспросила Наташа, – я так и думала.
– О чем ты думала? – не удержалась Настя.
– О чем! – хмыкнула подруга, – да все о том же! Думаешь, я ничего не вижу? Слепая я?
– Да, ничего такого…
– Ой, Насть, послушай меня. Мы не первый год знакомы, да? Ты и раньше была со странностями. Я привыкла. У всех у нас свои тараканы в головах. Но когда ты исчезла после собеседования, я сразу поняла, что-то тут не так.
– Я же заболела! – напомнила Настя.
– Конечно! – Наташа подняла руки, – сдаюсь, ты меня убедила! – с ядовитой иронией добавила она. А потом привстала, перегнулась через столик и прошептала, – ты вообще-то, когда последний раз болела?
– Ну, не помню точно…
– Вот именно! – торжествующе заключила Наташа, – И я не помню. Точнее, в детстве ты болела, тебя таскали по врачам. Это я знаю. Но это было давно! И с тех пор ты ведь ни разу даже гриппа не подхватила.
– Наташ, это просто смешно, нам прививки делают, – Настя отчаянно сопротивлялась, она понимала, без объяснений не обойтись. Вот только, что объяснять? И в чем ее подозревает Наташа.
Подруга отмахнулась:
– Тоже мне, аргумент!
– Да чего ты привязалась-то к моему здоровью? – спросила Настя.
– Слушай? – подруга прищурилась, – неужели ты сама никогда не задумывалась? Ты же у нас вундеркинд.
– Скажешь тоже…
– А как тебя еще можно назвать? Школьная программа для тебя – семечки. Одного языка мало, так ты второй взялась учить. На всех олимпиадах – лучшая. А память у тебя такая, что компьютер обзавидуется. Я вообще не понимаю, зачем ты в школу ходишь? Могла бы все экзамены сдать экстерном.
– Я? Я не… К чему ты клонишь?
Наташка никогда не была дурой, именно поэтому Настя с ней и дружила, единственной, с кем было не скучно. И вот, оказывается, подруга давно что-то подозревала, но предпочитала молчать. С чего бы теперь ее прорвало? Да, Насте иногда очень хотелось сдать все экзамены, получить аттестат и забыть о нудных уроках. Но что делать дальше? Сидеть дома с аттестатом и ждать, когда исполнится семнадцать? Или попробовать поступить в местный педагогический, или политех? Особого выбора у них в городе не было. Можно, конечно, заниматься самообразованием. Но ведь родители ее не поймут. Нет уж, лучше, как все, потихоньку ходить в школу, сдерживать себя и особенно не выставляться.
– Я вот что думаю, – рассуждала Наташа, – ты действительно вундеркинд, только скрываешь это, потому что… ну, просто боишься.
Настя невольно расплылась в улыбке. И всего-то! Наташка считает ее слишком умной!
– Ты чего улыбаешься? – спросила подозрительная подруга.
– Да так, просто… Интересно, ты заметила за мной такое, чего я сама за собой не замечала.
– Скажешь, я не права?
– Права, может… Наташ, но я же не виновата в том, что у меня память хорошая, – взмолилась Настя.
– А я и не говорю, что виновата, – Наташа похлопала ее по руке. – Я пытаюсь тебя разговорить и заставить признать, что ты необычная, уникальная, если хочешь. Ты, может, вообще, гений!
– Гений, среди удобрений, – машинально произнесла Настя.
– Чего? Ты на что намекаешь?!
– Да не намекаю я! – не выдержала Настя, – это ты все время намекаешь! Ну, гений, ну и что? Ничего особенного! Гении рождаются постоянно! Вокруг куча гениев! И что?
– Ладно, ладно, – примирительно согласилась Наташа, – я сейчас не об этом. Лично мне не приходилось до тебя общаться с гениями. Не знаю, как у них там и что. А вот у тебя, с точки зрения обычного человека, не все в порядке. Ты предпочитаешь одиночество, у тебя нет друзей, ты не ходишь школьные вечеринки…
– Ну и что? Я не одна такая! В нашем классе треть девчонок никуда не ходят!
– Да они же просто страшные или дуры! – не отставала Наташка. – На тебя же все наши парни пялятся, а ты ни разу не влюбилась!
Настя открыла было рот, чтоб ответить и… осеклась.
– Что? Нечем крыть?
– Ну, знаешь, не все же влюбчивые, как кошки! – огрызнулась Настя. Но замечание подруги задело ее. Иногда мама спрашивала, нравится ли ей кто-нибудь, бабушка шутила, мол, Настя такая выросла красавица, от женихов, поди, отбоя нет. А Настя вежливо улыбалась, отговариваясь тем, что ей еще рано об этом думать. «Смотри, а то сначала рано, а потом будет поздно» – мудро намекала бабушка. Настя иногда заставляла себя смотреть на парней, оценивала их, даже пыталась представить себе, как пойдет с кем-то на свидание. Но никаких эмоций она при этом не испытывала. С таким же успехом, она могла думать о чем угодно.
– Ты слишком отстраненная, – заметила Наташа, – честно говоря, я иногда думаю, а почему ты со мной общаешься? Тебе же скучно! Ты воодушевляешься только когда начинаешь рассуждать о достижениях науки. Вот, тут тебе нет равных! Когда ты увлекаешься, забредаешь в такие дебри, что я просто сижу и тупо хлопаю глазами! Заметь, я себя дурой не читаю, но рядом с тобой… Честно говоря, у меня начал развиваться комплекс неполноценности. Нет, я не против поговорить о чем-нибудь умном. Но ведь надо же давать мозгам отдых! Знаешь, просто поболтать о простых человеческих радостях, побродить по магазинам, посплетничать.
– А мы разве… – неуверенно произнесла Настя.
– Вот именно! Мы с тобой – никогда!
Настя расстроилась. По-своему, она любила Наташу и была к ней привязана. Иногда, та утомляла ее, но не слишком. Насте казалось, что у них сложились прекрасные отношения. Но сегодняшний разговор разрушил ее иллюзии. У Наташки явно накипело.
– Наташ, я не знала… извини… я просто… – Настя лихорадочно подыскивала слова, – но почему ты говоришь об этом впервые?
– Не знаю, повзрослела, наверное, – вздохнула подруга.
– Ты хочешь перестать общаться? – тихо спросила Настя. И ей вдруг стала очень больно, как будто обрывались невидимые ниточки, связывающие ее с миром, с ее миром, с ее прошлым миром.
– Ой, ну какая ты! – возмутилась Наташа, – сразу – хочешь перестать общаться! – передразнила она Настю. – Нет, я просто высказала сое мнение. И хочу, чтоб ты задумалась над тем, как ты живешь, какое впечатление производишь на окружающих. Может быть, ты попытаешься что-то изменить в себе.
– Да, я постараюсь, – неуверенно пообещала Настя.