Чтение онлайн

Гарри повернулся к молодому человеку с рыбьими глазами.

— Подожди меня внизу, Джек.

Они терпеливо подождали, пока дверь лифта в коридоре захлопнется, затем, бросив взгляд на часы, Палмер сказал:

— Мой водитель приедет за мной через сорок пять минут. Так что давай по делу, Гарри. И чем быстрей, тем лучше. Что?

— Полагаю, ты сам уже догадался, разве нет?

— Я нет, а вот моя подружка да. Ей, конечно, мало что известно о моем задании, но в умении догадываться о сути вопроса ей не откажешь. Вы ведь хотите использовать меня вслепую, так?

Гарри нахмурился, медленно помотал головой. Палмер часто замечал, что люди, которые лгут, пытаются скрыть это, широко раскрывая невинные глаза.

— Нет, что ты, тут все чисто, не сомневайся. Просто мы хотим добавить туда некую изюминку, только и всего. — В его голосе вдруг послышались металлические нотки. — Вуди, у нас, как бы это попроще сказать, образовалось что-то вроде напряженки. Я знаю, как ты относишься к разведке. Имел возможность лично убедиться в этом десять лет назад, когда попробовал тебя перевербовать. Но…

— И что-нибудь изменилось? Разведка есть разведка. Со своей безжалостной логикой и железобетонными правилами. Кому как не тебе это знать! Кстати, а кем тебя сейчас называть? Агентом 001? Или им все-таки остается директор ЦРУ?

Палмер вздохнул. Гарри Баннистер ему никогда не нравился. Даже когда им приходилось вместе работать во время войны — он тогда числился офицером по связи между Белым домом и армейской разведкой. С тех пор, похоже, мало что изменилось. Кроме существенно отросшего животика. Отличный контрразведчик, специалист своего дела, то есть, как правило, весьма неприятная личность. Даже тогда его иначе как Г.Б. не называли.

— Вуди, позволь мне кое-что тебе объяснить, — вернул его к реальности голос Баннистера. — Ты хоть представляешь, чего мне стоило оторвать свой зад и притащиться сюда из Вашингтона? В наше-то время! У меня в подчинении по меньшей мере полтора десятка генералов, которые существуют только для того, чтобы выполнять именно такого рода поручения. Но, обрати внимание, я не пожалел времени, неизбежных проблем, сам прилетел сюда и шесть, целых шесть часов просидел в этом хреновом кресле, дожидаясь, пока ты закончишь наслаждаться обществом некой мисс Клэри.

— Существенная деталь, которую твои ребята забыли тебе сообщить до твоего отъезда из Вашингтона, — язвительно усмехнувшись, заметил Палмер. — Все то же всеми нами любимое отсутствие координации, разве нет, Гарри?

Тот пожал плечами.

— Да, досадные ляпы случаются. Тут уж ничего не поделаешь. Все мы люди… Но пойми, это слишком серьезное дело, чтобы передоверять его подчиненным. Даже высокого ранга! Поэтому я пришел к тебе сам. По двум причинам: первое — лично у тебя никаких проблем не будет, и второе — тебе в любом случае придется вступить в контакт с неким, прости за тавтологию, «контактом». Одним из тех, с кем ты будешь встречаться в Бонне. С моей стороны к тебе будет только одна маленькая просьба. Чисто по-дружески. Решив проблемы по своему вопросу, поговори с ним по моему маленькому делу. Только и всего. Минут десять-пятнадцать, не больше. Никаких записей, никакой аппаратуры. Все, что он скажет, легко запомнить. Просто.

Палмер покачал головой. За окнами заметно посветлело, хотя лицо Г.Б. по-прежнему оставалось в тени. Создавалось несколько странное впечатление, будто его вызвали на допрос. Зачем? Для чего?.. Он резко встал, отошел к окну, сел на подоконник — теперь свет был за его спиной, а Баннистер полностью на виду.

— Тебя послушаешь, Гарри, и все кажется на редкость простым и понятным, но… но мой опыт почему-то подсказывает мне совсем иное. Липучку для мух. Ловушку, куда сделаешь шаг — и влип. Причем раз и на-всег-да!

— Ошибаешься, — Баннистер почесал переносицу, чуть прищурил глаза. — Вуди, ты же знаешь, с людьми твоего уровня я бы никогда такого себе не позволил. Более того, ты получишь всю информацию и будешь сам решать, что надо делать.

— Всю? На самом деле всю? Только не говори, что через столько лет меня вдруг так зауважали, что готовы впустить в святая святых.

— Это мое личное решение, Вуди. Равно как и допуск к совершенно секретным документам. Не парься. Во всяком случае, здесь, — он постукал себя пальцем по левой груди, — здесь у меня нет ни малейших сомнений, что ты наш человек.

Наш человек? С чего бы это?

— Наш чей, Гарри?

— Тот, с кем тебе предстоит иметь дело в Бонне, один из высших государственных деятелей. В экономике. Настолько высокий, что даже Вилли Брандт, когда пришел к власти, не решился тронуть его и пальцем. Хотя он из другой команды. С виду серенький, скучный, вроде бы даже доброжелательный, но мастер своего дела и… Наверное, поэтому работает со всеми правительствами Западной Германии. Они меняются, а он остается. Неприкасаемый! Нам он ничего интересного не дает — сухие цифры, эконометрику, прогнозы и практически ничего связанного ни с разведданными, ни даже армейскими делами. Голая экономика.

— Ну а почему вы не прижмете его обычным способом? Насколько мне известно, у вас там достаточно серьезных ребят.

Баннистер с кряхтеньем вынул свое грузное тело из кресла, неторопливо зашагал по комнате. Значит, положение допрашиваемого начало сказываться на нем тоже, не без удовольствия отметил Палмер и бросил взгляд на часы. Так, водитель будет здесь меньше чем через полчаса. Надо успеть уложиться…

— Серьезных ребят? — медленно, как бы неохотно протянул Г.Б. — В том-то и дело, что их фактически уже нет. Шестерки пока еще целы, а все основные игроки засветились из-за статьи, напечатанной в «Шпигеле». Материал туда, не сомневаюсь, слила какая-то сволочь из Восточной Германии.

— И у вас не нашлось никого лучше, чем посторонний человек, чтобы решить эту проблему?

— Что-то вроде того.

— Гарри, я не мальчик на побегушках…

Баннистер слегка прищурился.

— Да, черт побери, так оно и есть. В этом-то все дело. Ты не мальчик, Вуди, ты для нас божий дар! Те, на другой стороне, будут внимательно, очень внимательно ждать, когда один из моих мальчиков придет к Ширмеру. Причем они даже совсем не уверены, что это мой человек. Скорее, они будут отслеживать, на кого из высших официальных лиц в Бонне попытаются выйти. Поэтому мне до смерти нужен кто-то из другой оперы, кто-то абсолютно чистый, не имеющий к нам никакого отношения, кто-то, у кого здесь есть свои собственные профессиональные интересы. Нам нужен ты, Вуди. Очень нужен, поверь!