Чтение онлайн

Заседание совета прошло, как всегда, бурно, подходил срок выборов, и требовалось срочно принять дополнительные меры для укрепления позиций партии либералов. Аналитики сходились во мнении, что партия потихоньку теряет свои позиции, а происходило это, по их мнению, по причине частичной потери контроля над средствами массовой информации. Необходимо было каким-то образом вернуть хотя бы десятую часть этого контроля и тем самым блокировать формы скрытой рекламы других партий. Дивидендов на этом много не наживешь, но затормозить сползание в безвестность можно значительно.

— Что можно предложить по данному поводу нашим заказчикам? — спросил председательствующий у руководителя аналитической службы.

— В данном случае предложить что-либо существенное сложно. В прошлом году руководство партии претерпело серию скандалов, и теперь эти скандалы у всех на слуху, так что возможность воздействия на избирателей в нашем случае довольно сильно ограничена. Улучшением положения мог бы стать отвлекающий скандал с каким-нибудь из высокопоставленных членов конкурирующей партии, и в особенности партии единства — именно в их направлении происходит сдвиг симпатий электората.

— У вас есть какие-либо конкретные наработки в данном направлении?

— Серьезных наработок нет… — начал аналитик, но, заметив в глазах председательствующего надвигающуюся грозу, мгновенно переориентировался: — Но есть возможность создать условия для таких наработок, хотя и не очень надежные.

— Слушаю.

— В одной из частей технических служб флота проходит обучение некто Вилиан Кемпер, уроженец Квасси. В скором времени у него наступит время отпуска. В настоящее время его родные получили возможность поселиться в нашей системе, и поэтому он прибудет в отпуск именно к нам. Мать этого курсанта приходится родной сестрой министру по делам средств массовой информации Сангиру.

— Вот как? Это уже интересно. И как это можно хорошо обыграть? Боюсь, что данный факт, наоборот, может стать положительным в случае с министром: мол, не отрывается от народа, племянник служит на благо человечества. Может, поищем что-либо другое?

— Минутку. — Аналитик уже понял, что зацепил начальство за живое, и теперь можно было во всей красе продемонстрировать свою высокую квалификацию. — Все дело в том, что у него нет знакомых в этом городе, и он приедет сюда со своими друзьями по учебе, среди которых небезызвестный вам Олегов.

— Олегов? А каким образом он попал во флот — насколько я знаю, он должен отбывать длительный срок?

— Суд не принял часть доказательств его вины, дело вернули на доследование, но главный свидетель по этому делу не смог в дальнейшем использоваться следствием, так как сам был осужден и отправлен на каторжные работы. Учитывая молодость Олегова, а также поручительство за него нескольких влиятельных лиц, суд счел возможным применить к нему условную меру наказания. Впоследствии обнаружились новые обстоятельства дела, и Олегова хотели снова привлечь к ответственности, но тут вышел указ об амнистии поступившим на службу во флот.

— Понятно. Дружба с бывшим уголовником племянника министра пропаганды. Что-то слишком далекое, и привязать это будет очень трудно, тем более что не зря существует закон о публичном неразглашении обстоятельств дел бывших осужденных, а в этом случае Олегов даже не осужден и вина его не доказана.

— Все верно, но тут есть еще один момент. Мы имеем информацию о неком свидетеле, показания которого вполне могут переквалифицировать дело Олегова, и тогда он уже не сможет попасть под амнистию, следовательно, сполна свое получит.

— И все же этим мы не сможем зацепить министра.

— Этим нет. Но если его племянник сам попадет под действие закона, то это будет уже существенно.

— Вы хотите шантажировать Олегова и создать условия для совершения противоправных действий для Кемпера?

— Такой вариант тоже возможен.

— Да. Действительно, это было бы неплохо. Значит, у вас уже есть сценарий, и группа поддержки Олегова уже подобрана?

— Да. Мы уже прорабатывали этот вариант, — приврал аналитик. — В дальнейшем, даже если вина Кемпера не будет доказана, можно будет пустить слух о привлечении больших административных ресурсов со стороны министра, для того чтобы замять это дело. По расчетам это может снизить его популярность примерно процентов на двадцать, его положение станет неустойчивым, и он не сможет противодействовать многим инициативам либеральной партии.

— Это хороший момент, если учесть, что в его аппарате как раз присутствует член этой партии. Значит, так. Это предложение — в дальнейшую разработку. Вести этого Кемпера с самого начала, но осторожно. По возможности Олегова в этом деле не светить, иначе продаст, а это будет катастрофа, группу поддержки подобрать наиболее опытную, осечек быть не должно.

Командир учебного полка майор Федулов был вызван в штаб части, где ему дали ознакомиться с рапортом замначальника службы охраны порядка учебной части, являющейся подразделением службы безопасности.

Как и подозревал Федулов, ничего хорошего там не было. Двое курсантов, находясь в отпуске на родине, пытались продемонстрировать свою удаль в кругу сверстников: угнали прогулочный катер, а потом бросили его на мели в пределах города. Особого материального ущерба их действия не нанесли, но нарушение закона было налицо. Местные власти виновников задержать не смогли, а может, просто не захотели, но в военные инстанции обратились, далее запрос оперативно был разослан по учебным частям, и служба охраны порядка части, сопоставив список отпускников, легко вычислила нарушителей. Подозреваемых задержали без промедления и допросили; однако, несмотря на старания службы, они не признались в содеянном, хотя это и не помешало написать рапорт.

— Откуда вам известно, что это были они? — спросил Федулов у заместителя.

— Они были в отпуске в этом городе, и, кроме того, об этом нам сообщил один из курсантов, находившийся в том же месте.

— Я хочу посмотреть рапорт этого курсанта.

— Рапорта нет, сказано все было устно. Согласно правилам расследования нарушения гражданских законов военнослужащими, мы можем не оглашать имя курсанта.

— Я могу поговорить с задержанными?

— Они не задержаны, а арестованы.

— Если нет официальных доказательств вины, их не могли арестовать.