Чтение онлайн

Притих.

А ночью я проснулся, сам не знаю, почему, глянул в его сторону... а он не спит, на это кресло смотрит. Я чуть не зажмурился обратно, так меня этим взглядом шибануло. Я не доктор Лайтман, в выражениях лиц копаться не любитель, разве что по работе... но такие глаза! И тоска в них, запредельная, какая-то нечеловеческая, и страх, и злость такая! Будь на месте кресла человек, не жить бы ему, наверное. И усталость, и... я не знаю... обреченность, что ли? Словно он знает, что все ненадолго, и скоро опять - туда...

Я и подумать не успел - сел на своих нарах.

– Славка?

Тишина в ответ. Только плечи дрогнули.

– Ты чего? Все нормально будет, Эркки же обещал, что вылечат...

Он лицо повернул, и я пожалел, что влез с утешениями. Он даром, что тощий недокормыш, а лицо у него выразительное такое. Особенно сейчас, когда наш странный хозяин-маг снял боль. Если Славку чуток подлечить, подкормить, загару добавить и убрать пару шрамов, может, даже симпатичное было бы. Волосы у моего соседа светлые, а глаза темные, такой вот интересный контраст. Как у одного артиста, забыл, как его. Словом, интересное лицо. И сейчас это лицо просто... замерзло. Прямо на глазах.

– Конечно, - очень спокойно согласился он.
– Спасибо.

Лег и отвернулся к стене. Я только плечом дернул.

Поговорили.

Ладно, как хочет. Я ему тоже не все выкладываю.

Свою сумку, брошенную тогда на перевале, я нашел. Выбрал случай, сбегал, раскопал. Разобрал, конечно. Полезного там, правда было, как картошки в чипсах. То есть вроде и есть, но... Сматываясь тогда с квартиры, я как-то не думал, что загремлю в другой мир. Брал только то, без чего не обойтись, остальное рассчитывал докупить на новом месте. А "не обойтись" - это ноут, финансы и продвинутые шмотки, не считая всякой мелочи. Вещи, конечно, страшно нужные по горной зиме! Тьфу, знать бы... ну да ладно. Кроссовки там, по крайней мере, были. И ботинки нормальные. Теплые, удобные. Они мне в такие деньги встали, что бросить ну никак не мог. Хоть с этим повезло...

С зимним пуховиком - уже нет, и значит, вопрос с одеждой у меня такой, как у всех. То есть острый.

Ловить какое-то зверье в лесу или в горах, чтобы попросить поделиться шкурой, смысла не имело. Даже если бы наша гринписовка в миниатюре (Янка) не убила бы нас всех за такое покушение на живую природу, то все равно, шубы из этих шкур получились бы нескоро. Поэтому с благословения Эркки мы стащили с кроватей те старые одеяла, которые там лежали с незапамятных времен, и замотались в них. Утеплились, так сказать, на скорую руку. Пальто, поразмыслив, решили не шить: во-первых, долго, во-вторых, тут как ни шей, а старое одеяло есть старое одеяло, и превратить его во что-то симпатичное... может, и можно, если ты, к примеру, маг. А так...

За ноги можно было быть более-менее спокойными: наша боевая бабуся все-таки связала нам носки (какое счастье, что ее зашвырнуло сюда вместе со спицами!), а вот за головы... Шапки пришлось конструировать буквально из чего попало, и повезло не всем. Славке, к примеру, попало две шкурки. Иркки утверждал, что при жизни они были белками. Может, и так, только это явно было очень давно. Сейчас бывшие белки больше смахивали на побитые молью коврики для особо продвинутого вида компьютерных мышей: короткошерстные, с художественно раскиданными проплешинами. Парню пришлось проявить немало смекалки, ниток и веревочку, чтобы шапкоподобное сооружение прикрывало хотя бы уши и основную часть головы. Себе и Янке Ирина Архиповна скроила шапочки из кусков малявкиного одеяла (да, иногда мелким быть выгодно!), ну а я как самый везучий, получил змею. Зачем природе этого мира понадобилось создавать пушистых удавчиков, я не в курсе, но утепленная шкурка пушистого гада была выдана мне вместе с советом замотать в него шею и голову. Шарфик из змейки. Лохматой.

Нет, у меня когда-то съедет крыша от всего этого бреда.

Короче, шарф вместо шапки меня не устроил - я по-прежнему отчаянно мерз, даже больше, чем наша бабуся, - и пришлось браться за шитье. А это, оказывается, такое непростое дело, даже если у тебя есть иголка нужного размера. А если ее нет? Как я сражался со змеей, рассказывать не буду. Что получилось, тоже не буду. Видели фильмы про индейцев? Вот и включите воображение, представьте такое круглое с хвостиком. Длинным хвостиком...

Шить-то было особо некому (бабка у нас, конечно, герой, но на четверых ее не хватит). И нечем - ниток в обрез. Да и некогда. Управиться с дорогой нужно было за те дни, пока Славка в состоянии ходить. Поэтому не особо успешные портняжно-утеплительные работы закончились довольно быстро. Когда, набив местные чемоданы а-ля натюр (мешки, естессно), мы облачились в то, что получилось, малявкин Штуша тихо закрыл глаза лапками и полез под нары. Его хозяйка бросила свой ранец и попыталась выманить любимца из укрытия, но тот сердито стрекотал и вылезать отказывался - видно, наш прикид произвел слишком сильное впечатление...

Словом, мы не особо удивлялись, когда редкие прохожие-проезжие шарахались от нашего отряда в стороны. Представьте, на пустынной дороге вам попадается сначала здоровяк Эркки с инвалидным креслом. Наш хозяин как-то ухитрился к этому гробу на колесиках приделать полозья, и теперь это уже не гроб, а кресло-сани для бабули. Пока прохожие приходят в себя и соображают, кто может ехать в этой сверкающей штуковине (железо тут ой какое недешевое!), отряд движется дальше, и на передний план выдвигается Яна в обнимку со Штушей, рассказывающая зверьку очередной мультик. Когда Янка недавно повествовала лохматику про эпический подвиг Алеши Поповича и страшным голосом выдала "Тррррах!", с дороги сиганул какой-то слабонервный всадник.

А за малявкой и ее зверем топаем мы со Славкой, поедая взглядом местные достопримечательности, чтобы не встречаться взглядом с народом - очень уж ясно читалось в их глазах мнение о нашем "отряде оборванцев". Переселение нищих, бамжатник на выезде...

В общем, можно понять, почему я последний час я просто мечтал скорей дойти до поселка? Первым делом надо разузнать про шмотки.

– А что это камни?

– Путевики.

– А почему они так называются?

– Потому что на пути, - в голосе нашего "хозяина" удивительно переплелись терпение, покорность судьбе и безнадежность. Я такое выражение видал однажды в глазах у кошки, которую толпа орущих детсадовцев стягивала с забора. За хвост. Кошка была умная, забор высокий, дети настойчивые... а рядом "на всякий случай" стояла чья-то массивная бабушка, и запустить когти в лапы малолетних человеков было совершенно невозможно. Оставалось только цепляться передними лапами за перекладину и тоскливо мявкать, безнадежно взывая о помощи.