Чтение онлайн

– Понимаешь, лекции такие у нас были, но в этот день девчонки нам за что-то отомстить решили, ну и сколдовали нам чего-то в уши, отчего речь лекторуса слышалась как кваканье...

– Ясно.

Такое наследственное достоинство было не навсегда: дети Возвышенного еще имели право так называться, а вот внуки уже нет, им все предстояло зарабатывать по-новой. Поэтому особо такие потомки не ленились и не наглели по типу золотой молодежи. Даже это самое второе поколение. Всем было ясно, что папино крылышко - до поры до времени, а достоинство надо зарабатывать самим.

Интересно, а местный Поднятый - он какой?

Это был самый дикий мой поход на дело за... да за всю мою жизнь. Снаружи в стены мрачно долбился шум растревоженной толпы, а тут было темно, тихо и пусто, и змейка поисковых чар кружила над головой, как дополнительный светильник. От ее неровного света виднее не становилось - наоборот, то пропадающие, то вдруг резко вырастающие тени сбивали зрение и заставляли видеть ямы и ступеньки там, где их отроду не было.

Еще меня зверски бесили "вложения".

Помните, вельхо сказал, что в по-настоящему богатых домах предпочитают обходиться минимумом мебели и украшений? А в случае праздника или когда выпадает необходимость кому-то пустить пыль в глаза, то зовут магов, и те превращают комнату во что пожелается хозяину. Оказывается, самый писк, если такие чары крепятся на комнату заранее, как иконки на рабочем столе компьютера. Кликнешь - и развернутся. Видимо, местный Поднятый или кто он там, был чуть ли не фанатиком этих самых вложений. Потому что напихать их в коридоре мог только полный придурок... или этот самый фанатик.

Когда от простого прикосновения к двери та вдруг моментально выросла раза в три, обвесилась цветными колокольчиками и приветливо засветилась, я чуть не обратился с перепугу. А Терхо прыжком назад с места преодолел метра полтора и выставил руки, переливающиеся этими значками, как новогодняя гирлянда. К бою приготовился, ага.

Потом по стенкам весело поползли какие-то веточки и ленточки, и вельхо облегченно выматерился. А я, соответственно, успокоился. Так как смысл не-матерных слов сводился как раз к тому, что нечего эти такие и сякие вложения пихать в... словом, куда попало. Нашли, мол, место для похвальбы, **** Поднятые, чтоб их подняло еще выше... и оттуда уронило на скорости.

Секунд тридцать я послушал. Потом надоело.

– Кончай шуметь. Чего разоряешься, сам же говорил, что они тут есть, чары твои.

– Но не такие же!

– А что не так?

– Праздник, чтоб его...
– вдруг тоскливо проговорил вельхо, озирая заросшие веточками стены, пушистый ковер на полу, игриво перемигивающиеся звездочки.
– Я и забыл... Праздник же вот-вот. В такие дни все дома украшают по полной. Теперь тут что угодно может быть. Включая драконов.

– Еще не хватало. И что, все такое? В смысле, глючное?

Терхо призадумался.

– Ну... еда может быть настоящая.

– А как понять? Все трогать, что ли?

– Э-э...

По физиономии Терхо утвердительный ответ читался ясней, чем буквы М и Ж на стенке. Только буквы не выглядели такими несчастными.

Это сколько всего перетрогать придется?

Пало.

Последнего драконолова искали целеустремленно и шумно. Шумно, так как разумность объекта представлялась сомнительной, а значит, методика его поимки не особенно отличалась от способов отлова животных: шуметь, пугать, выгонять из укрытия, а там уже и ловить. Настороженные вельхо напряженно озирались по сторонам, подвешивая на знаках всевозможные ловушки. Судя по тому, во что превратились остальные (оживленно машущие конечностями в бесплодных попытках объясниться), ненайденный пока охотник мог представлять собой что угодно, любой возможной формы, расцветки и размера. А если оно летающее, то искать его вообще можно до явления разумных драконов. То есть до бесконечности.

Пало мрачно подсчитывал потерянное время - внизу вельхо явно были нужнее, чем здесь, тем более, людей запертых в своих комнатах, только начинали освобождать и никто не знал, какая помощь нужна им. Но оставить здесь одних местных вельхо было невозможно - те хоть и были преисполнены энтузиазма, но дисциплины у них пока не никакой. Как лечить пострадавших и что с ними вообще стряслось, никто не понимал (а понять очень хотелось), поэтому юноши постоянно отвлекались от процесса собственно поисков и переходили к спорам о причинах такого превращения и вероятности превращения обратного...

С первого и второго этажей постоянно приходили новости о количестве найденных в гостильных комнатах людей и состоянии их здоровья. Новости закономерно напоминали бред, хотя увы, таковым не являлись:

– В номере 7 полно бабочек. Что хозяева? Ничего, сидят, любуются. Нам бабочки не нужны? Редкий вид, "солнечная капля", парочку обещают подарить бесплатно.

– Номер три не отзывается. Он вроде как пустой по записям, но там что-то такое шуршит и царапается... нет, не проверяли... а вы защиту от змеиссов не покажете? На всякий случай.

– А у нас на втором дверь перекосило так, что не откроешь. А изнутри грозят, что если мы, поганые скелеты, посмеем сунуть свои поганые кости в их комнату, то нам и саваны больше никогда не понадобятся - он, хозяин Михоль, теперь умеет столами кидаться, и мало нам не покажется, поганым... дальше говорить? Какой номер? А там нет номера...

На этом фоне сообщение, что жильцы четвертого этажа видят на крыше соседнего дома дракона, сначала не показалась Пало достойной особого внимания...