Чтение онлайн

Сам по себе начавшийся мятеж ни для посольства, ни тем более для резидентуры не явился полной неожиданностью.

Мы располагали информацией о том, что в вооруженных силах происходит сильное брожение, что среди солдат, а в последние годы и среди офицеров становится все больше недовольных режимом, провозгласившим достижение подлинной политической и экономической независимости и даже построение «африканской модели» социализма, а на деле фактически отдавшим страну на разграбление бывшей метрополии и ее западным партнерам.

Кроме этого, в армии были и другие поводы для недовольства, не столь значительные, но все же существенные: и назначение на командные посты представителей определенных этнических групп, и необоснованные задержки с присвоением очередных воинских званий, и плохое материальное положение основной массы военнослужащих, и нерегулярная выплата жалованья и многое другое.

И все же, располагая подобной информацией, ни резидентура, ни посольство не предвидели, что все эти общие и частные причины для недовольства в вооруженных силах приведут к выступлению против правящего режима. Мы принимали во внимание и стабильность этого самого режима, всемерно поддерживаемого Францией и получающего от нее щедрые дотации, и наличие в вооруженных силах и спецслужбах французских советников, контролировавших все происходящие в среде военнослужащих процессы, и разобщенность офицерского корпуса, и отсутствие поддержки со стороны остальной части населения, находившегося под большим влиянием религиозных авторитетов, в большинстве своем являвшихся активными сторонниками президента.

И тем не менее выступление состоялось, а мы, скажем прямо, его проглядели.

Были времена, когда каждый подобный случай ставился едва ли не в вину нашим разведчикам и дипломатам, которые, как полагало руководство КГБ и МИДа, были просто обязаны заблаговременно предвидеть любую попытку изменить существующий строй в стране их пребывания. Иногда это им удавалось, но далеко не всегда. Потом жизнь подсказала, что в основе подобных неудач, особенно в африканских странах, не их нерадивость или недостаточно высокий профессионализм, а внезапность и непредсказуемость происходящих событий.

А все дело в особой специфике африканских стран, где по целому ряду причин маловероятно, а в отдельных случаях даже практически невозможно осуществить переворот после длительной и тщательной подготовки, когда какие-то силы исподволь готовят заговор и планируют свержение неугодного им правителя, втягивая в это дело значительное число своих единомышленников.

Гораздо чаще такой переворот становится результатом спонтанного, заранее не планировавшегося выступления небольшой группы военных, а сигналом для него, как правило, является неожиданно возникший повод для резкого недовольства в каком-то полку или батальоне, а то и роте или взводе.

Потому-то в результате большинства переворотов, произошедших в африканских странах за последние десятилетия, к власти приходили сержанты, капралы или лейтенанты, и гораздо реже майоры и подполковники, ну а уж полковники и генералы возглавляли перевороты в исключительных случаях.

Вот и попробуй тут предсказать, что к власти в стране придет какой-то дотоле совершенно безвестный капрал или лейтенант, который и служит-то не в столице, а в каком-нибудь удаленном от нее гарнизоне, и который еще за два дня, а то и за несколько часов до выступления и сам не знал, что ему суждено стать президентом страны, а может быть даже «отцом нации»!

Отправив первую шифртелеграмму в Центр, мы приступили к составлению плана наших дальнейших действий.

Главная задача сейчас заключалась в том, чтобы сохранить жизни всех советских людей, находившихся в стране, и не допустить неоправданных жертв. Поэтому Базиленко с подошедшим к тому времени консулом пошел в консульский отдел, и они стали обзванивать другие советские учреждения, группы специалистов и квартиры отдельных граждан по имевшемуся телефонному справочнику и передавать указание всем оставаться по местам работы и жительства и без крайней нужды не выходить в город, поскольку можно попасть под обстрел.

Одновременно они поручили руководителям учреждений и старшим групп организовать наблюдение за происходящими в городе событиями и обо всех заслуживающих внимания фактах сообщать в посольство.

Так к ведению визуальной разведки были привлечены многие наши граждане.

Еще до моего приезда в посольство позвонили Выжул и Лавренов. Выжул со свойственной ему безрассудностью предложил объехать весь город и выяснить, что же на самом деле происходит и как развиваются события, но Хачикян приказал ему оставаться в торгпредстве и помочь в обеспечении безопасности сотрудников и членов их семей.

Лавренову он также посоветовал пока оставаться в бюро АПН, расположенном в самом центре города неподалеку от канцелярии президента, министерства иностранных дел и других правительственных учреждений, и вести наблюдение за обстановкой.

В десять часов утра по радио передали, наконец, коротенькое правительственное сообщение о том, что ряд частей столичного гарнизона поднял мятеж, однако оставшиеся верными президенту войска блокировали казармы мятежников и вступили с ними в бой. Какие именно части приняли участие в мятеже, не указывалось, поэтому из этого сообщения трудно было извлечь нечто полезное.

Но к этому времени мы уже наладили перехват сообщений всех радиостанций, работавших в столице, в первую очередь, конечно, армии и полиции, и постепенно ситуация стала проясняться.

До той поры мы только эпизодически использовали имевшуюся в нашем распоряжении аппаратуру для контроля эфира, поскольку она предназначалась, главным образом, для перехвата переговоров местной службы наружного наблюдения, однако, к большой нашей радости, эта самая служба по причине своей малочисленности и слабой технической оснащенности не доставляла нам больших хлопот и не создавала ощутимых помех при проведении операций по связи.

Поэтому мы прибегали к контролю эфира, в основном, при проведении наиболее ответственных операций, когда требовалось соблюдение особых мер безопасности. А такими мероприятиями были встречи с несколькими ценными агентами и руководителем находившейся на нелегальном положении Партии независимости, с которым мы поддерживали конспиративный контакт по поручению Центрального Комитета КПСС.

Тем не менее, несмотря на небольшую загрузку пункта радиоперехвата, Колповский регулярно прослушивал эфир, проверяя работу интересующих нас радиостанций и своевременно внося необходимые коррективы в график используемых ими частот.