Чтение онлайн

На крыше Бэта опоражнивала магазин за магазином.

— Надо бы уже смываться, шеф! — сказала она, увидев Фаусона, который весь в саже вынырнул из пламени, волоча за собой изменившегося до неузнаваемости Лесора.

— Делайте свое дело, — огрызнулся Агент Низа.

Впервые у Бэты мелькнула мысль, что дело и для нее может кончиться невесело. Если целью операции и была ликвидация следов, то они свое сделали и надо было бежать. Они пока еще не использовали против полиции даже половины своих возможностей. Они могли испепелить автомобили, околдовать водителей, нарушить связь. О! Даже принудить полицейских драться друг с другом. По сравнению с древними дьявольскими штучками современные средства — радар и лазер, ноктовизоры и противогазы — детская забава. Однако они этого не сделали. Неужто, Фаусон в чем-то ошибся? А если это не была ошибка? Что ждало ее? Трояков?.. Она грязно выругалась.

Огромный факел давно превратил ночь в день: горели и полы, и кирпичи, и только по странной случайности не горела ванна с телом Мэрион. Выстрелы умолкли. Полицейские, еще неуверенно, но все же поднялись со своих мест. Было на что посмотреть.

Приподнялась крышка люка, ведущего на крышу, и из пламени выскользнула небольшая плотная фигурка. Размахивая руками, она бежала по краю крыши, словно взывая о помощи. Сюрель поднял бинокль. Несомненно, сам синьор Дьябло оказался в сложной ситуации.

— А, однако, и у адских отродий случаются ошибки! — потирал руки Лысый.

За Дьябло появились четыре фигуры. Почти не касаясь черепицы, они бежали следом, больше похожие на чудовищные тени, чем на живые существа.

— Не стрелять! — приказал комиссар. — Они, кажется, спятили!

Синьор Дьябло добежал до края крыши, ниже находилась плотная группа кустов. Несмотря на высоту, существовала какая-то возможность спастись. Чужеземец оглянулся и, видя протянутые к нему когти преследователей, прыгнул.

И произошло невероятное. Вихрь воздуха подхватил его и с колоссальной силой всосал в пылающее чрево дома, который тут же рухнул, заглушая дикий крик. Четверка на крыше, ошеломленная, несколько мгновений стояла как вкопанная.

— Быстрей! Лестницы! Пусть твои растянут спасательное полотно! — крикнул комиссар командиру пожарных.

Пожарные торопились и без команды. Анита, глядевшая из кустов на истинно мемлинговскую картину, лихорадочно бормотала литанию по погибающим.

У полудьяволов осталось мало времени. Они еще не верили, не хотели верить, что их земная карьера подходит к концу, что их, как ни говори, всего лишь полудьяволов, ждет совершенно неопределенное будущее.

С гулом рушились ломающиеся стропила. Какое-то мгновение адские функционеры колебались, не принять ли предложение полиции, но откуда-то из глубины полыхающего пансионата до них дошел категорический голос: «Приказ!».

Они еще плотнее сбились в кучу. На глазах изумленных французов возник удивительный клубок тел и, подгоняемый дымом, покатился к середине крыши.

Полупрогоревшая конструкция не выдержала. Крыша разломилась надвое, словно торпедированный супертанкер, а живой шар с адским визгом и грохотом рухнул куда-то в глубины, гораздо более бездонные, чем можно себе вообразить.

Увлеченные до беспамятства газетчики трудились без устали, щелкали затворы фотоаппаратов, стрекотали кинокамеры. Однако никто не предполагал, что это пусто занятие, ибо уже наутро пленки оказались засвеченными.

Странные силы действовали вокруг пансионата «Парадиз». Едва стих визг адской четверки, как из развалившегося надвое дома взвился гейзер огня, высотой в несколько сотен метров, многоцветный и безгранично смердящий. А потом вдруг все закончилось.

Глазам, привыкшим к жару, показалось, что погасили свет. Однако это всего лишь исчезло пламя. Так же быстро, как и появилось. Когда по приказу комиссара разгорелись прожекторы, глазам полицейских и зевак предстал выгоревший скелет пансионата, окутанный дымом и трупной вонью.

— Порядок, — Лысый обнял Сюреля.

— Я тут ни при чем, — вздохнул комиссар. Правда, огонь не коснулся деревьев и кустов, но поглотил машину, стоявшую рядом с хозпостройками.

Это был автомобиль, о краже которого вместе с находившимся в нем трупом некоей женщины докладывали Сюрелю во вторую половину дня. На часах была почти полночь. Откуда-то издалека донеслось пение разбуженного заревом петуха.

Мокрая от слез Гавранкова кончила молитву. Как и другие наблюдатели, она пыталась понять, что же, собственно, произошло. Вдруг в нескольких шагах от нее что-то пошевелилось. Кто-то пытался снизу поднять крышку канализационного колодца. Она помогла. Из отверстия высунулась сначала покрытая копотью рука, потом худощавое лицо, тоже все в саже.

— Анита! — услышала она знакомый голос.

— Вы живы? — прошептала она.

— Мне кое-как удалось спастись, — Фаусон выбрался из колодца. Он явно был жив.

— Я позову кого-нибудь на помощь, — предложила девушка.

— Нет нужды. Я оставил машину в двух кварталах отсюда. Возьми, девочка, адрес клиники. Передай меня доктору Шатлену. Это мой друг. А потом… Потом сообщи полиции. Сейчас мне надобно немного покоя.

— Поздравляю! — Седой пожал руки своим сотрудникам — Лысому, Толстощекому, Альбиносу. — Не думал, что все так хорошо кончится.

— Страшно жалею, что не удалось спасти Мэрион, — вздохнул Лысый.

— Итак, подытожим факты. Что рассказал этот бедолага Фаусон в полиции?

— У меня с собой ксерокопия протокола, — сказал Лысый.

— Меня интересуют только основные факты. Что известно полиции?

— Ну, он признался, что попав в долги, получил от неизвестной личности предложение взять у того взаймы небольшую сумму (для сведения, предложение было сделано неким Борутой). Фаусон согласился, а затем не будучи в состоянии расплатиться был вовлечен в шайку, причем его роль состояла в закупке странных препаратов, изучении книг и вообще — он должен был оставаться на виду…

— Чтобы сбить нас с толку, — заметил Херувимчик. Седой пожурил его взглядом, он не любил, когда кто-нибудь прерывает других.

— Вначале он даже пытался сбежать от своих работодателей, однако потом подчинился. Он не знал целей банды, но предполагал, что речь идет о наркотиках и участии в международной преступной мафии. Он также был свидетелем раздоров, усиливающихся между неким синьором Дьябло и руководительницей группы Бэтой. Разумеется, это псевдоним. Настоящих имен бандитов узнать не удалось. А их останки невозможно опознать. Фаусон утверждает, что его преследователи общались между собой на неизвестном ему языке, отсюда трудности с установлением большинства фактов. Вчера, после возвращения из кафе, его заточили в подвале. Ему удалось выбраться, открутив плиту, прикрывающую лаз в канализационный канал. Так он спасся. Мэрион же вызвали к Дьябло. Он не знает деталей ее смерти, но предполагает, что это дело рук самого сицилийца, мстящего за уведомление полиции. Он также думает, что именно в связи с этим убийством возникла стычка между гангстерами. В перестрелке погибла хозяйка отеля. Потом некоторое время шайка сообща боролась с полицией, а позже… конец мы знаем по личным наблюдениям. Полиция предполагает, что все погибли, мы же знаем, что они вернулись туда, откуда пришли.