Чтение онлайн

— Ну, так иди, чего ждешь? Черт, когда наконец ввернут эти лампочки?

— Вот не везет, — вздыхала Анита, нервно топчась вокруг фонаря и то и дело поглядывая на торчащие из-под капота ноги водителя, — долго еще?

— Честно говоря, не знаю, — отвечал из-под машины голос таксиста.

Улица была пуста, никаких бараков или бистро, ни следа какой-нибудь телефонной будки.

— А далеко отсюда до отеля «Парадиз»?

— Около километра.

— Пойду, — решила Гавранкова, — только как я его найду?

— Все время прямо, потом около виадука влево наискосок через рощицу и — на месте. Хотите взглянуть на план?

— Как-нибудь доберусь, — решительно сказала она.

Километр обернулся тремя, а приятная прогулка, особенно когда пришлось продираться сквозь заросли, показалась убийственной. Анита как раз преодолела последнюю преграду в виде какого-то рва, когда с двух сторон до нее донесся вой сирен полицейских автомобилей. Несколько десятков машин мчались, как дьяволы, и остановились около темного здания в саду. Кроме служебных авто из боковой улочки выкатился белый «опель» и предусмотрительно остановился немного поодаль.

«Я опоздала», — подумала Анита.

Мэрион, скрывая возрастающее возбуждение, скользнула в ванну и повернула ключ. Наконец-то она почувствовала себя в безопасности. Ужасающие картины внизу она приглушила надеждой, что сейчас все закончится счастливо. Несмотря на это, расстегивая одежду, она отметила, что у нее дрожат посиневшие от ужаса пальцы. Чтобы успокоиться, она включила стоящее на полочке радио и веселые нотки в стиле бостона «под крышами Парижа» смешались с паром и запахами леса. Этажом ниже Бэта отбросила кусочки говядины.

— Хватит этой мертвечины. Бросьте остальное в холодильник и пошли.

Тройка черных незамедлительно выполнила распоряжение. Из тени появилась ведьмоватая хозяйка. Она давно была в сговоре с сатаной, и все-таки на ее сморщенной физиономии читалось беспокойство.

— Такая инсценировка обязательно была нужна? — повернулась она к Али.

— Таков приказ, — ответил черно-желтый. — Кроме того, нет другого способа заставить их действовать.

— Пока все идет по плану. Полиция прибудет примерно через четверть часа, — добавил Гали.

— Значит, надо спешить! — решил самый темнокожий из полудьяволов.

Андре Лесор осушил бутылку кока-колы. Он был зол на себя. Переборщил с виски. Не было ли появление настоящего Фаусона самым лучшим сигналом, что игра подходит к концу и скоро он получит свои деньги? Ему выдадут кассету с записью смерти Кристины, и он раз и навсегда забудет это дело. Они же обещали…

Черные ворвались к нему в комнату без стука. Он сразу понял, что дело скверно.

— Предатель! — процедила одетая в черное Бэта. — Пес!

— Я, нет… я… — бормотал он, прижимаясь спиной к стене и мечтая только о том, чтобы слиться с нею.

— Не важно, кто выдал, ты или американская девка! С тобой кончено. Берите его, парни!

Лесор, который будучи актером неоднократно умирал на сцене и раза два в кино, понял, что это финал. И тогда он вспомнил о медальоне. Направляющиеся к нему «ассистенты» замерли, как вкопанные, и повернули головы. Он почувствовал противоестественный прилив силы.

— А ну, подальше, герои! — прохрипел он. — Ну, кто первый?!

Они вертелись на месте, словно их сдерживала невидимая преграда.

— Твоя очередь! — крикнула Бэта и вытолкнула вперед хозяйку. В лице ведьмы не было ни кровинки. В ее руке блеснула бритва.

— Ничего ты мне не сделаешь, ничего ты не еде… Сверкнул металл. Холодное прикосновение и боль.

Разрезав пижамную куртку, сталь коснулась груди Анд-ре, оставив на ней кровавую борозду, однако не задев медальона.

«Меня обманули» — мелькнула у актера мысль.

— Она человек, — рассмеялась Бэта, — человек, как ты, и амулеты против нее бессильны. А ну, покажи, старая, искусство цирюльника!

Он только успел прошептать:

— Не убивайте!

— Никто не собирается тебя убивать, если только будешь умником, — бросила Бэта.

— Я буду. Буду!

— И исполнишь приговор предателю?

— Ис… исполню, — в его голосе звучало искреннее желание, — но кто он?

Гали молча указал на запертую дверь ванной.

— Нет… я, нет… только не ее, — простонал актер. Хозяйка подвернула юбку и принялась точить бритву о посиневшую ляжку.

— Все, что угодно, только не это, — стонал актер.

— Мы требуем только этого!

Али кинул на столик кассету с пленкой. Гали рассыпал мешочек с золотыми луидорами, среди которых, словно лимон в чае, плавала чековая книжка. Хал и добавил паспорт, выписанный на чужое имя.

— Вот твоя свобода!

Из ванной струилась музыка Рене Клера. Андре поднялся со стула и бессильно опустился опять.

— Я не могу этого сделать. Убивайте!

— Это же чужой тебе человек, — искушала Бэта. — Фаусоновская жопа, из-за него ты влип в такую историю. Какое тебе до нее дело? На второй тарелке весов твоя жизнь.

Презирая себя, он вынужден был признать ее правоту.

— Кроме того, такое действие возродит тебя как мужчину, — захохотал Али.

Андре охватил жар. Он почувствовал дикую ненависть к Мэрион. Стоит только покончить с ней, и он снова свободен.

— Вы меня освободите? — еще раз удостоверился он.

— От всего, — прокаркал хор.

Мэрион мыла спину и думала только, как сдержать нервы. Сейчас кошмар кончится. Кто-то постучал в ванную. Она вздрогнула и уронила губку.

— Открой, милая! — услышала она странно хриплый голос жениха.