Чтение онлайн

Дети с кусками труб в руках в связи с реальной опасностью превращаются из милых баловников в «живые цели, появившиеся в секторе ведения огня». Вы принимаете решение, исходя из обстановки, и действуете в соответствии с поставленной задачей.

А вот оказаться в толпе пьяных молокососов — это то же самое, что в колготках лазать по елкам.

Либо мы снимаем колготы, либо не лазаем на елки! В противном случае мы сверкаем рваной задницей на радость нимфеткам.

Поверьте, я ведь и сам в банде шакалил, народу вполне бравого мы тогда порвали — жуть! Причем народец этот и сам мечтал о люлях: то рожи наши им не по вкусу, хотя сейчас и меня бы стошнило от таких физиономий, то матом не верещи, то одеты мы не в то. Понимать надо — это же Челябинск, семидесятые годы! Неравнодушный был народец и драчливый — не то что нынешний. Уличная шпана тогда являлась неотъемлемой частью биосферы грязных пригородов рабочей провинции.

Там, где реальный контакт, там и стресс, там и конфликт. Важнейший момент в прикладной психологии заключается вот в чем: чужие люди не имеют права прикасаться к вам. Я уже говорил об этом, с раннего детства подкорка запоминает позитивные прикосновения близких и негативные — посторонних. Еще раз уточню: если человек сознательно прикасается к вам против вашей воли — это насилие, он пытается вас унизить. За этим, скорее всего, последует дальнейшее развитие агрессии, следовательно, поползновения подобного рода надо пресекать в зачатке.

Мороз около тридцати, еду в поезде Челябинск—Питер, в вагоне жара жуткая, я в тайских трусах и пафосной форменной майке, плюс цепи, перстни… Короче, только таблички на груди нет: «Не влезай, убьет», красавец-то я известный. И вот в Кирове выскакиваю я в таком виде на перрон, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Туземцы в восторге, у них морды все в инее, а тут дебил в пляжных тапках.

Не успел я толком вздохнуть, как ко мне подходит достаточно рослый бомж и что-то бормочет. Надо сказать, что я всегда подаю всем, кто просит, не задаваясь вопросом: пропьет или все же проест мои денежки благодарный получатель? Так вот, предупреждая его просьбу, я ему говорю:

— Нет у меня денег, дружок, видишь: я в трусах спортивных, без карманов…

Каково же было мое удивление, когда он вместо просьбы схватил меня за левую руку, что-то бормоча, и начал меня тянуть куда-то. Тапки — очень скользкая штука, а немытые руки пылкого аборигена — не самая аппетитная штука. Короче, я рванул руку в сторону большого пальца, и алкаш, поскользнувшись, упал в сугроб около опоры ЛЭП.

Встает он и говорит:

— Ну, чего ты так?! Я тебе хотел снега свеженького дать — ты же морж, да?!

Мелочь, а показательная. Поддайся какой другой человек этому напору, во-первых, в снегу бы искупался без всякого удовольствия, а то еще и цепь золотая приглянулась бы кому-нибудь. Никогда не забуду: в новостях показали, как двое бомжей «провели» от рынка мужичка с продуктами и зарезали его в проходном дворе. Они взяли сто пятьдесят семь рублей.

Для того чтобы не попасть в критическую ситуацию и правильно вести себя в местах скопления сограждан, стоит следовать целому ряду достаточно известных советов.

1. Ваш взгляд должен быть отсутствующим, слегка опущенным вниз. Смотреть следует в грудь подозрительного человека. Это дает самый обширный угол периферического зрения, не вызывая при этом ролевого противостояния, ничто так не вызывает агрессии, как «прицеливание взглядом». При встрече с наглым типом в узком переулочке не отводите сразу глаза в сторону, вне зависимости от его наглых ухмылок и поведения, взгляните в лицо и изучающе опустите взгляд до обуви. Потом уже можно «удовлетворенно» отвести взгляд, сделав лицо максимально бесстрастным. Скорее всего, этот тип подумает, что у него гульфик расстегнут, ботинки грязные или… Короче, раздумий на тему о том, почему вы так явно пренебрегли его вызывающим поведением, будет масса, что и требовалось.

2. Важен правильно подобранный гардероб, минимум либо максимум вызывающих деталей в зависимости от ваших целей и конструируемого типажа собственной личности. Если вы считаете, что вам проще выжить, будучи очкариком, — почему нет? Если вы инженер и член СПС, но вам проще выглядеть крутым парнем — как вам будет угодно. Один старый умный дядька как-то сказал: человек выглядит так, как сам себя представляет. Не могу не согласиться с этой мудрой формулировкой.

3. Наличие средств самообороны столь любовно освещено на этих многострадальных страницах, что не стану дублировать тему.

Вербальная сторона процесса тоже должна быть как следует продумана.

Сударыня, когда совсем нерусский человек кричит вам вслед: «Дэвушка, дэвушка», — это он не вам, это у него так соратницу по бизнесу зовут. Сударь, если подвыпивший люмпен окликает вас: «Слышь ты, козел», — это он не вас, это он козла какого-то зовет.

Не оборачивайтесь, не откликайтесь, не разговаривайте, но и не ускоряйтесь, не создавайте ситуацию «убегающей дичи». Советую также, взглянув на часы, резко поменять курс на девяносто градусов. Боковым зрением вы будете видеть происходящее и обоснуете собственный уход. «Ах, совсем забыл, у меня же дела».

Если вас схватили за руку в общественном месте, не допускайте никакой паники и не вырывайтесь, если только, конечно, вы не собираетесь с большим чувством поправить здоровье агрессору, что с удовольствием иной раз делаю я. Для снижения напряжения вполне достаточно, не вырывая руки, произнести ледяным тоном: «Фамилия?!»

Эта находка была случайной, но работает она удивительно четко, вот только после вопроса следует замолчать. Если гад вас не отпустит, что маловероятно, тогда следует орать и принимать прочие меры для освобождения, если отпустит, опять-таки взглянуть на часы и развернуться на девяносто градусов, но не бегом.

При этом обещание травматической ампутации половых органов злодея неразумно — никогда не обещайте и не начинайте того, что не сможете закончить. На женщин этот момент распространяется в той же мере, что и на мужчин.

Был реальный случай, когда один мой товарищ, у которого, кстати, четвертый дан WKF, решил приударить за дамой и достаточно навязчиво придержал ее за локоть. Дама разворачивается и начинает деланно подслеповато щуриться, затем как заголосит:

— Павлик, нашелся, Павлик! Сколько лет, как ты мог, Павлик!