Чтение онлайн

— Я вижу, вижу сквозь тебя, — распевали скелеты. — Ты можешь видеть сквозь меня?

А потом и пони, и скелеты исчезли, и на мостике все снова сделалось как обычно, как в нормальной жизни — ну, если не считать, конечно, что корабль вела через Вселенную голова без тела.

Зафод поморгал немного.

— Мы в норме, Левый Мозг?

Левый Мозг просканировал рубку своими инфракрасными датчиками.

— Так точно, Зафод. Невероятностный двигатель выключен, и мы снова находимся в реальном пространстве.

— Вот и отлично, — обрадовался Зафод, отстегиваясь от кресла. — А то у меня порой проблемы — не могу понять, что на самом деле, а что нет.

Он бойко вскочил на ноги и, звонко цокая серебряными набойками по керамическому полу, подошел к широкому панорамному иллюминатору.

— Так-так, что у нас здесь? Планета, сплошь покрытая льдом. Совершенно то, чего я не ожидал увидеть. Тьфу, то есть, ожидал, но не то. Я надеялся увидеть этот лед с той стороны. Почему мы с этой стороны барьера, Левый Мозг? Ну почему, ну почему?

Левый Мозг зажмурил один глаз и сделал серьезное лицо, анализируя поток данных.

— За время, что прошло с нашего прошлого визита, асы установили новый барьер.

Зафод взмахнул кулаком — ни дать ни взять, раздосадованный философ, пытающийся вдолбить концепцию экзистенциализма в голову прагматика.

— Чтоб их, этих изобретательных бессмертных со всеми их бородами и рогатыми шлемами. Я-то думал, невероятностной тяге эти барьеры не страшны.

Левый Мозг еще мгновение помолчал, просчитывая что-то в уме, потом прокашлялся.

— Ты серьезно в это верил? Ой, не смеши.

Зафод крутанулся на месте и попытался отвесить Левому Мозгу плюху в стиле боевого искусства Ду-Братан, однако промахнулся на несколько футов, зато собственный его живот громыхнул как барабан.

Необходимое пояснение. Удар президента Библброкса был обречен с самого начала, поскольку древнее искусство Ду-Братан изобретено шалтанами с Броп-Кидрон 13, счастливой и исключительно мирной цивилизацией. Верченая плюха применялась там исключительно с целью стряхивать жопленику с дерева с минимальным ущербом для последнего. Любая попытка использовать Ду-Братан в агрессивных целях активирует заложенную в подсознание программу и перенацеливает удар на самого атакующего. Зафод же этого не знал, поскольку изучал технику удара по голограмме на оборотной стороне упаковки из-под чипсов.

— Право же, Зафод, — возмутился Левый Мозг, воспарив на безопасную высоту. — Нам надо делом заниматься… сейчас не время для твоих дурацких штучек.

— Для штучек время всегда подходящее, — простонал Зафод, скрючившись за креслом. — Что, как не штучки, заставляет меня вставать поутру?

Левый Мозг знал, что это правда, хотя так и не мог понять почему.

— Разве не за этим мы здесь, Зафод? Чтобы тебе было чем заняться?

Зафод осторожно ощупал живот.

— Я — Зафод Библброкс, башка ты бестелесная, и при том образе жизни, который я веду, мое скатывание по крутой наклонной — всего лишь дело времени. Так вот, я по мере возможности отложил бы этот процесс на неопределенный срок.

Левый Мозг приоткрыл глаз.

— Не думаю, чтобы это тебе удалось. Во всяком случае, с учетом нацеленной на нас огневой мощи.

— Так это же замечательно! — вскричал Зафод, разом забыв про боль в животе. — Кажись, сто лет прошло с тех пор, как мы оказывались в стопроцентно безнадежной ситуации!

— Ну, не так уж и давно, — возразил Левый Мозг, выводя на главный экран входящий звонок.

— Нет, — безапелляционно заявил Хеймдалль, бог Света.

— Но я не…

— Нет! — повторил Хеймдалль. Его лысая башка заполнила собой весь экран; глаза горели красным, как два газовых гиганта.

Зафод сделал еще одну попытку.

— Но ты даже не знаешь, что я…

— Нет. Нет. Нет. Плевать мне на то, что ты хочешь, Библброкс. Хочешь знать мой ответ — так вот он: нет. А теперь невероятни себя куда-нибудь еще, пока я не спустил на тебя драконов.

— Да хоть выслушай меня, — взмолился Зафод.

— Нет. Нетушки.

— Пять секунд. От тебя ведь не убудет, нет?

— Нет. О чем бы ты меня ни спросил, ответ будет «нет».

Только этого Зафод и ждал.

— Что, Тор дома? — выпалил он.

— Нет, черт меня подери, нет его! — заорал Хеймдалль, тряся от злости кончиками своих нафабренных усов.

— Правда?

Бог осклабился.

— Ну, вообще-то, да. Да, он дома. Ты же в гребаном Асгарде, так?

— Значит, дома! Могу ли…

— Нет. Вернемся к отрицательным ответам, друг мой. И учти, когда я говорю «друг мой», я имею в виду «ненавистный враг, которому я с удовольствием вырвал бы потроха, а потом посыпал бы соли на рану».

— Ну же, Хеймдалль. Забудем все эти недоразумения и поговорим как взрослые люди. Это важно.

Щеки у Хеймдалля раскраснелись так сильно, что казалось, голова его вот-вот взорвется как древняя чугунная бомба.

— Недоразумения? Недора… Зарквон меня подери! Ну и наглец же ты, Засрафод. У тебя наглости больше, чем в ведерке наглокамней.

Необходимое пояснение. Наглокамни не имеют никакого отношения к наглости; это просто светло-серые камушки с планеты Дамогран. Очень наглые.

— Из чего следует, что нам стоит оставить прошлое прошлому и начать все с чистого листа, верно? Мы же можем так? Мы оба разумные, взрослые люди.

— Мы, может, и взрослые люди — но посмотрел бы ты, в кого превратился Тор. После всего, что ты с ним сделал, он теперь просто комок нервов в рогатом шлеме.

— Вот потому мне и нужно переговорить с этим парнем. Типа объясниться.

Хеймдалль помолчал, успокаивая дыхание, потом подул на одетые в перчатку пальцы и помахал ими перед носом.