Чтение онлайн

— Этот человек — боец. Но он всегда очень осторожен. Он разбирается в законах. Его старший брат Роналд Фаулер — адвокат, причем довольно хороший; не знаю, приходилось ли тебе с ним встречаться. У него контора в Филадельфии. Так вот, я хочу сказать, что Фаулер знает, как избежать дела о клевете. Обычно он весьма осмотрителен. Но не на этот раз. Он назвал твое имя и обозвал тебя предателем. Он прямо просит, чтобы его привлекли к суду. Почему, Спенсер, почему? Почему, Берни?

Джон Арбэтт встал и, все еще держа трубку в руке, обошел вокруг стола. Он заговорил, обращаясь к воображаемым присяжным:

— Потому что этот человек чувствует себя в безопасности. У него, должно быть, есть какие-то сведения, достоверные или лживые, которые позволяют ему чувствовать себя в безопасности. У него есть какой-то материал против тебя, Спенсер, не известный ни тебе, ни мне, ни Майлсу. Такой человек, как он, никогда не полез бы на рожон, не уверенный по меньшей мере на пятьдесят процентов, что его обвинения не останутся голословны.

Он замолчал, попытался затянуться, с отвращением посмотрел на свою трубку и положил ее на стол.

Спенсер следил за ним, развлекаясь в душе. Чисто умозрительным путем Джон Арбэтт пришел к правильному выводу. Мозг Джона работает, как счетная машина, подумал Спенсер, учитывая самые ничтожные слагаемые и с невероятной точностью подводя итог, — триумф математики! И вдруг Спенсер сообразил, что улыбается, а Майлс, озадаченно нахмурившись, глядит на него.

— Наш вчерашний совет, — продолжал Джон, — остается в силе. Поезжай в Вашингтон, Спенсер. Повидай мистера Гувера. Узнай, что кроется за этой внезапной атакой. Реабилитируй свое имя. А уж затем подай в суд на мистера Фаулера. Если ты последуешь нашему совету, я совершенно уверен, что ты выиграешь.

Спенсер отрицательно покачал головой.

— Не будем слишком осторожны, Джон, — сказал Майлс. — Кое-что нужно предпринять немедленно. Необходимо сейчас же ответить на статью Фаулера. Мы можем приступить к делу, пока Донован будет в Вашингтоне. Мы...

Джон Арбэтт резко перебил его.

— Мы, Берни? Мы палец о палец не можем ударить Мы не можем защищать Спенсера. Нас вызовут как свидетелей. Это совершенно очевидно, не так ли? Он наш бывший компаньон.

Спенсер кивнул.

— Думаю, что вы правы.

Он не хотел стать причиной размолвки между Майлсом и Арбэттом. Майлс был за возбуждение дела, Арбэтт — против. Зная, что Майлс серьезно и бескорыстно пытается помочь ему, Спенсер в силу обстоятельств должен быть сейчас на стороне Арбэтта, заботящегося главным образом о том, чтобы остаться в стороне, и он снова почувствовал себя виноватым перед Майлсом, своим другом. Спенсер не хотел, чтобы его заставили принять решение тотчас же; ему не терпелось уйти и остаться одному.

— Вы оба и так уж уделили мне много времени. Большое спасибо. Можно позвонить вам завтра утром?

— Конечно, — сказал Майлс. — Мы всегда в вашем распоряжении.

Спенсер уже открыл дверь, чтобы уйти, когда Джон сказал:

— Между прочим, Спенсер, мне неприятно говорить об этом, но около часа назад звонил Стоукс, Родни Стоукс, фирма «Брэндбит и Стоукс». Мы ему рекомендовали тебя в качестве юрисконсульта, помнишь? Так вот, ему как будто не очень нравится эта возня. Он написал тебе сегодня. Надеюсь, ты не очень огорчишься. Он не бог весть какой выгодный клиент.

— Я понимаю, — сказал Спенсер и закрыл дверь.

Внезапно в ушах у него зазвучал высокий голос Кэрол Беквуд: «Бегите! Прошу вас, Спенсер, бегите!» На мгновение он даже остановился, словно от физического толчка. Ему потребовалось некоторое время, чтобы отогнать от себя странное чувство. Не страх ли это? — подумал он.

11. Пятница, 20 июля, 8.15 вечера

Когда Спенсер вернулся домой, у лифта дежурил Карл. Этот высокий парень с бледным лицом и рыжеватыми волосами был самым молодым из здешних лифтеров. Он что-то тихо насвистывал, пока они поднимались на шестнадцатый этаж. Когда дверь открылась, он сказал:

— Я слышал, мистер Донован, что в сегодняшней газете о вас написано.

Спенсер кивнул головой. Когда он выходил, в лифте загудел зуммер.

— В какой газете? — спросил Карл.

— Не помню, — ответил Спенсер.

Почты около двери не было. Спенсер вошел и включил свет. В квартире было сравнительно прохладно, Направляясь в спальню, он снял пиджак и галстук и положил их на стул; затем в полутьме сел на кровать, снял ботинки, достал из шкафа домашние туфли и надел их. Он вышел в гостиную н позвонил в бюро обслуживания.

Оказалось, что около часа назад его вызывал Вашингтон, но разговор был отменен. Передать ничего не просили. Звонили также из города. Тоже ничего не просили передать.

Он отворил дверь на балкон. На улице уже темнело; небо было в облаках, и мягкий ветерок овеял его лицо. Река казалась спокойной и безмятежной. Шел девятый час, давно уже пора было пообедать. Спенсер ощутил легкую тупую боль в желудке, но она не могла быть вызвана голодом. По дороге домой он собирался зайти в ресторан «Гамбургер хевн», но так и не зашел. Нет, все равно это не от голода.

Его не покидало ощущение, будто он забыл что-то сделать, и, только взглянув на телефон, он вспомнил, что именно. Он не говорил с Лэрри, с человеком, которому ему тотчас же следовало позвонить. Как получилось, что он забыл про Лэрри, когда все остальные?.. Но все остальные — Майлс, мистер Садерленд, Джин, — все звонили ему. Не странно ли, что Лэрри даже не попытался связаться с ним? Ведь он, наверно, видел газету или по крайней мере слышал от кого-нибудь о статье Фаулера. Спенсер вернулся к столу и набрал номер телефона Лэрри.