Звездный прилив
Шрифт:
«Совсем спятил, – подумал он. – Сначала Дэнни, потом Сахот. У меня под присмотром двое спятивших».
Он чувствовал, что к бассейну приближается Дэнни.
– Слушайте, Сахот, – сказал Тошио. – Скоро позвонит доктор Дарт. Что, по-вашему, он скажет, когда…
– Я поговорю с доктором Дартом, – негромко сказала Дэнни.
– Ты? – Последние сорок часов Дэнни непрерывно бранилась из-за задания, которое выполняет по приказу Такката-Джима по просьбе Чарлза Дарта. Ей совершенно некогда было заниматься кикви. Тошио не мог себе представить, что она захочет поговорить с шимпанзе.
– Да, я. То, что я ему скажу, заставит его забыть о роботе, так что отстань от Сахота. Если он говорит, что слушал песню, значит, что-то услышал.
Тошио посмотрел на нее, потом пожал плечами.
«Отлично. Моя работа – охранять этих двоих, а не исправлять их научные ошибки. Надеюсь, Джиллиан разберется с тем, что происходит на корабле, и я смогу доложить о происшествиях здесь».
Дэнни склонилась к воде и говорила с Сахотом. Говорила она медленно и тщательно, терпеливо относясь к его медлительным ответам на англике: он слишком долго был связан с роботом.
Дэнни хотелось нырнуть и посмотреть самой на сердцевину металлического острова. Сахот вызвался сопровождать ее, если она немного подождет, пока он запишет больше своей «музыки». Дэнни согласилась, очевидно, совершенно не боясь спуска под воду с Сахотом.
Тошио сел и стал ждать неизбежного зуммера связи с кораблем. Вокруг него спутники меняются за одну ночь, а он и понятия не имеет почему!
Глаза словно запорошило песком. Тошио потер их, но это не помогло.
Он помигал и постарался прислушаться к разговору Дэнни и Сахота. Но ему все труднее становилось сосредоточиться. Между ним и бассейном повисла какая-то дымка. Неожиданно возникло предчувствие чего-то ужасного. Оно распространялось, пульсируя, от затылка к лопаткам.
Он зажал руками уши.
– Дэнни! Сахот! Вы… – Он кричал, уже не слыша собственного голоса.
Они взглянули на него. Дэнни встала и с озабоченным лицом сделала шаг к нему.
И тут ее глаза широко и удивленно раскрылись. Тошио краем глаза увидел какое-то движение в лесу. И тут же из кустов на них набросились кикви!
Тошио пытался достать свой пистолет-игольник, но было уже поздно.
Аборигены сомкнулись вокруг, размахивая короткими конечностями и крича высокими голосами. Трое столкнулись с ним, двое опрокинули Дэнни. Тошио упал, стараясь уберечь лицо от рвущих когтей, а сознание мутилось от громовых звуков. Кикви мгновенно исчезли!
Преодолевая гром в голове, Тошио заставил себя встать и оглядеться.
Дэнни со стоном каталась по земле, зажимая уши. Тошио опасался, что ее поранили когти кикви, но, когда она повернулась к нему, он увидел только неглубокие порезы.
Дрожащими руками он достал игольник. Несколько кикви совсем не нападали на него, они бросились к берегу бассейна и нырнули.
«Это не они», – смутно подумал Тошио.
Звук был такой, словно тысячи ногтей скребли по доске.
Пси-нападение! Нужно укрыться! Вода смягчит нападение. Нужно нырнуть, как аборигены!
В голове ревело. Тошио пополз к бассейну. Но потом остановился.
Изменив направление, с трудом добрался до дерева на берегу бассейна.
Сел, прижимаясь к стволу спиной. Попытался сконцентрироваться, несмотря на шум в голове.
«Вспомни, чему учил тебя мистер Орли, гардемарин! Думай о своем мозге и постарайся погрузиться в него. Определи иллюзии, посланные врагом… внимательно слушай его ложь… пользуйся инь и янь… двойным спасением… логикой, которая помогает проникнуть через покров Мары… и поддержать веру…»
Дэнни стонала и каталась в пыли в нескольких ярдах от него. Тошио положил игольник на колени, чтобы он был наготове, если появится враг. Позвал Дэнни, перекрикивая шум:
– Дэнни! Слушай биение своего сердца! Слушай дыхание! Это реальные звуки! А этот нет!
Он видел, как она медленно повернулась к нему, в глазах боль, бледные бескровные руки прижаты к ушам. Шум усилился.
– Считай удары сердца, Дэнни! Они… они как океан, как прибой!
Дэнни! – кричал он. – Ты слышала звук, который громче прибоя? Представь себе такой звук…
Она смотрела на него. Он видел, как она глубоко вдыхает, начинает считать.
– Да! Считай, Дэнни! Считай вдохи и удары сердца! Вспомни звук, который перекроет прибой!
Она смотрела ему в глаза, он цеплялся за ее взгляд.
Постепенно шум в голове достиг крещендо. Тошио видел, как наконец она кивнула и слабо благодарно улыбнулась.
Сахот тоже ощутил это. И в тот момент, как пси-волна накатилась на него, бассейн заполнился испуганными кикви. Сахота затопил ужасный шум снаружи и изнутри. Хуже, чем ослепнуть от света прожектора.
Он хотел нырнуть, уйти от этой какофонии. Но, борясь с паникой, заставил себя лежать неподвижно.
Попытался разделить шум, вначале выделить в нем человеческую партию.
Дэнни и Тошио, кажется, пострадали сильнее него. Может, оказались чувствительнее к нападению. Но помочь им невозможно!
Кикви в ужасе кричали, прыгая в бассейн.
Бежать! Бегство!
От печального огромного непонятного!
Кто-нибудь! Помогите!
Большому печальному непонятному!
Устами младенца… Сосредоточившись на пси-нападении, Сахот понял, что это действительно призыв о помощи. Больно, как в преисподней, но он старался справиться с болью и понять.
Ему показалось, что он добивается успеха, несомненно справляется, – и тут послышался новый голос, на этот раз через его нервное гнездо! Песня снизу, та самая, которую он не мог расшифровать всю ночь. Она взревела из внутренностей Китрупа. Ее просто невозможно не понять.