Звезда
Шрифт:
– Красота то какая! Свет то какой!.. Но в тебе, Кэролайн, еще более прекрасный свет!.. Люби меня, Кэролайн!.. Миллиарды раз тебе доводилось это слышать, но то, что истина - это сейчас!.. Веришь ли мне?!.. Чувствуешь ли это - ведь это я был тогда в толпе. Меня, меня ты тогда почувствовала!..
Он обернулся, и увидел ее, недвижимо стоящую на фоне стремительно отлетающих назад каменных глыб. Корабль уносил их от темного облака выброса черной дыры, и чтобы совершить маневр - выйти в гиперпространство, ему требовался свободный от этих глыб космос - он должен был пролететь возле бордовой, умирающей звезды, и вылететь из этой системы с другой стороны. Бордовое свечение все нарастало, в этом свете Кэролайн казалась залитой кровью, но очи-то все равно были прежними.
– Ведь все это иллюзия, ничего этого нет?
– улыбнулся он.
– Ведь это все порождает кристалл у моего сердца, а, если бы его не было, так и рухнул я на планету, потому что ничего-ничего этого нет...
– Что ты говоришь такое?
– удивилась Кэролайн, легко улыбнулась бледными еще, слегка подрагивающими губами.
– Нет, нет - ничего. Ну и пусть, пусть только иллюзия, но она, ведь, как на самом деле. Лучше, чем сама жизнь! Вот и жены, и сына моего нет - потому что хотел, чтобы их не было...
– Да что ты такое говоришь.
– теперь Кэролайн нахмурилась и махнула ладонью.
И тут же появилась белая каюта - бордовеющий космос двигался за обзорным экраном.
– Какие иллюзии? Все реально. Некоторое время стены были прозрачными по моему желанию, чтобы удобней было наблюдать. Твоя жена и сын - они никуда не девались, они здесь на борту - они очень истомились, спят...
– А имя... Имя ты мое откуда знаешь?!!
– У тебя же на костюме написано. Да и узнала я тебя. Вилтор, тебя же у нас на планете показывали, да и книгу твою по биологии я читала.
– Это просто мне хочется, чтобы ты так говорила.
– Что говорила?
– Ну...
– Вилтор замялся.
– Вообще-то мне совсем не хочется, таких слов от тебя слышать. Страшно мне, страшно, понимаешь... Ты вот успокой меня. Ты скажи... скажи...
– тут голос его задрожал, а бордовый свет за экраном достигнув пика, стал меркнуть.
– Пожалуйста... что ты будешь делать как вернемся?.. Мы вот могли бы... Мы бы... Я же тебя...
В величайшем напряжении он замер, капли пота стекали по его лицу. Кэролайн взглянула на него с пониманием, и попыталась говорить голосом как можно более нежным, успокаивающим:
– Когда вернемся, ты заживешь со своей семьей, ну а я - вернусь к своему Петеру, и уже больше никогда его не покину, прощения попрошу. Но мы бы могли поддерживать дружбу - иногда в гости друг к другу ездить.
– Нет!!! Что ты говоришь?! Ты не можешь так говорить! Ты Звезда моя. Ты во мне. Как же ты можешь боль причинять, когда я не хочу этой боли - ты же часть меня, ты в голове кипишь.
– Нет, Вилтор.
– вздохнула Кэролайн.
– Мне такое отношение хорошо знакомо. До боли знакомо. Многие-многие видели во мне Звезду, а я человек. Я Женщина. И теперь я понимаю - любовь у меня одна - это Петер. И я очень надеюсь, что он простит меня за этот глупый бабий каприз...
– Но же...
– тут Вилтор выхватил кристалл, бешено стал им размахивать и кричать.
– Это же он ткет твой образ! Ты любить меня должна! Ты порождение этого кристалла! Ты, Звезда моя...
– Прошу провести анализ объекта.
– стараясь говорить спокойно, повелела Кэролайн.
Вот с потолка соскочил поток радужных лучей, прошел через кристалл, и тут же женский голос доложил:
– Благодаря "объекту" удалось установить более точные законы системы. Кратко: раз в десять лет проходить темный поток выбросов, все глыбы и планета не разрушаются, но преображаются, наполняются веществом с черной дыры. Можно назвать это планетарным оплодотворением. Именно благодаря этим частицам и вырастают данные кристаллы. Воздействие на мозг и организм положительное - возможны боли, но это - последствия уничтожения всяческих болезней и омоложения клеток...
– Довольно! Довольно! Довольно!
– взвыл Вилтор.
– Но ты же понимаешь, что наша встреча не могла быть случайностью...
– Но я люблю Петера - не тебя. К чему же все это?
– Но мы роком друг другу предназначены! На таких просторах встретились это же невероятно! Ну - неужели же ты не чувствуешь?! Любимая, Звезда моя!..
– Если мы предназначены друг другу роком, то я пойду против рока, потому что не испытываю к тебе каких-либо чувств кроме дружеских...
– Кэролайн пыталась говорить спокойно, но голос все больше и больше дрожал, по щекам катились слезы.
– Но тогда... тогда... зачем мне эта жизнь, когда уже не будет никакой надежды?!!
– А раньше была?
– У всех, у всех нас миллиардов была надежда - и каждый, несмотря на ничтожность этой надежды - стремился. Вот что - зачем мы летим?! Зачем?! Я не хочу возвращаться! К черту этот дом - это пустое, ненужное существование! Назад! На планету! Приказывай кораблю, чтобы он повернул во мрак!..
– Но ведь и там ничего нет - и там я не была твоей, ты только очередной иллюзией себя тешил.
– Но ведь нигде во вселенной теперь нет надежды! А там есть! Там я встретил тебя! Молю-молю - прикажи, пускай повернет...
Он пал перед ней на колени, и, целуя ее ладони, завывал:
– Я все-все отдал ради тебя, Звезда моя. Жена меня теперь презирает, сыну я чужой. Да - я трус, ничтожество, подлец, но я люблю-люблю! Люблю! Тысячу раз люблю тебя! Это я был тогда в толпе! Меня ты почувствовала!
– Это был самообман...
– А что не самообман?! Вся жизнь моя самообман!!! Но я Люблю, Люблю, Люблю тебя! Одну тебя! Звезда моя! Разверни корабль! Ах - это бессмысленно! Да - еще одна моя глупость! Но что же делать?! Что же нам всем делать?!!!
КОНЕЦ 18.09 - 20.09.1999