Чтение онлайн

— Солнце встало, — сказал мужчина.

— Фердайл? — спросил Магнам.

Человек кивнул. Хотя у него было лицо Могвида, это был явно его брат, Фердайл. Некогда близнецы, теперь двое делили одно тело. Могвид занимал его в течение ночи, Фердайлу доставался день. Единственным преимуществом столь странной перемены в их судьбах было возвращение их способности к изменению формы.

— Пойду разведаю путь впереди, — сказал Фердайл. Его глаза сузились, когда он изучал нагорье; голова запрокинута, нос по ветру — чутко принюхивается к сырому воздуху.

Вздрогнув всем телом, он припал к земле. Вытянувшись, его руки и ноги развернулись и согнулись так, словно в них не было костей, затем приняли новую форму, сохраняя, однако, свой вес. В это же время голая кожа начала бугриться и уплотняться, затем покрылась темным мехом. Рычание раздалось из волчьей глотки. Шея изогнулась, а опущенное вниз лицо вытянулось в оскаленную морду. Вскоре Фердайл-мужчина перестал существовать, его заменил гигантский древесный волк, житель дремучего леса. Только одно осталось в звере от мужчины: пара янтарных глаз, сияющих мерцающим светом.

Образы прошлого промелькнули в сознании Толчука, когда он встретил взгляд своих собственных глаз — такая же пара кристаллов янтаря, наследие его матери, силура, изменяющей форму подобно Фердайлу и Могвиду. Хотя Толчук не мог менять форму, он мог мысленно разговаривать с другими силура. Слова-изображения, посланные волком, заполняли его разум: «Четкий след, неясный в конце… одинокий волк идет по тропе, нюхая землю».

Толчук понимающе кивнул.

Неясной тенью волк исчез в лесу. Снова Фердайл идет первым, разведывая путь для них.

— Ему в самом деле неплохо бы подумать о разнообразии, — пробурчал Магнам. — Эта волчья форма уже не нова. Вот, например, что ты думаешь о барсуке?

Толчук бросил взгляд на дварфа.

— Большой, просто огромный барсук, — Магнам спрятал в карман свою так и не разожженную трубку. — О да, я бы посмотрел на это.

Толчук нахмурился, выпрямившись:

— Не суди Фердайла. Волк — это форма, которую он хорошо знает, — он посмотрел туда, где исчез изменяющий форму. — Я думаю, это действует на него умиротворяюще.

— Могвид несет не меньшее бремя.

— Осмелюсь не согласиться. Он даже не слышит себя, скулящего ночь за ночью.

Толчук взобрался на гранитный валун. Ему недоставало терпения объяснять, чем ему не нравится несдержанный характер Могвида, даже если бы он и мог это сделать. Вместо этого он указал на лес:

— Нам следует помочь остальным свернуть лагерь.

Они вместе прошли сквозь деревья. Над их головами с сосновых игл стекала вода. Несколько шагов в глубь леса — и стало видно яркое сияние, отмечавшее место их ночного лагеря. Они пошли на свет за выступ скалы, под которым все еще весело потрескивал маленький костер — это место так разительно отличалось от туманного лесного мрака. Магнам присоединился к оставшимся членам их маленького отряда — эльфийскому капитану Джеррику и слепой пожилой целительнице Маме Фреде, которые скатывали спальные мешки и складывали их в сумки.

Большинство их припасов осталось на эльфийском корабле-разведчике, безопасно спрятанном на открытом высокогорном лугу в дне пути отсюда. Это было самое близкое расстояние, на которое они решились подойти при непрекращающихся штормовых ветрах. К тому же Толчук беспокоился, как отреагируют его соплеменники на столь странное средство передвижения, если оно приземлится на их территории. Огры имели обычай сначала нападать, а уж потом задавать вопросы. Так что в целях безопасности они оставили свой корабль позади и решили пройти последний отрезок пути пешком.

Толчук посмотрел, как они сворачивают лагерь, и покачал головой:

— Я все еще считаю, что лучше всего было бы, если бы вы все остались на корабле.

Он боялся привести даже такой маленький отряд на землю своего народа. Фердайл в облике волка — это одно, но привести дварфа, женщину и эльфа на территорию огров означало рисковать их жизнями.

— Остаться позади? — Мама Фреда выпрямилась, держа в руках маленькую сумку со своими травами и эликсирами. — Судьба всей Аласии может зависеть от того, что мы узнаем здесь. Кроме того, нагорье не безопаснее, чем твои родные земли.

Толчук не мог поспорить с этим. Во время полета сюда им приходилось видеть внизу целые деревни, разрушенные до основания. Они слышали разговоры среди крестьян о странных чудовищах, бродящих в ночи. Когда они подошли к подножью холмов, отряды вооруженных местных жителей посоветовали им держаться подальше от мест, пораженных мором и теперь закрытых. Однажды ночью корабль пролетал высоко над пылающим городом. Далеко растянувшееся войско, озаренное факелами, маршировало к северу от города, словно колонна красных муравьев. Джеррик тайно наблюдал за ними. «Не люди», — вот и все, что он сказал, когда опустил бинокль.

Приземлившись, они решили продолжить путешествие вместе. Их было мало, но с огром в их рядах они могли за себя постоять.

Джеррик забросал землей их лагерный костер и отряхнул руки. Старый эльфийский капитан выглядел бледным, что только подчеркивалось его белыми волосами.

— Мы готовы, — сказал он.

Рыжевато-коричневое существо размером с небольшую кошку спустилось с ветвей деревьев. Вскрикнув, оно стряхнуло воду с шерсти. Его крошечное голое лицо, обрамленное воротником огненного меха, сморщилось.

— Плохо, мокро… Холод пробирает до костей, — пожаловалось существо, подражая ноющим интонациям и словам Могвида.

— Сюда, Тикаль, — сказала Мама Фреда. Седовласая целительница подставила плечо. Ее любимец вскарабкался на предложенный насест и прижался к ней. Эти двое были связаны ощущениями: Мама Фреда и тамринк разделяли чувства друг друга — союз, который помогал слепой целительнице видеть глазами зверька.

Джеррик пожал плечами, затем проверил сумку Мамы Фреды, держа руку на ее плече. Она прижалась щекой к его пальцам — маленький знак привязанности. Пожилая целительница настаивала на том, чтобы сопровождать капитана в его долгом путешествии. Помочь ему бороться с иссушающей болезнью, как она заявила. Но из того, как они относились друг к другу, было ясно, что их связывают более крепкие узы.