Чтение онлайн

Когда Хулук вошел в конференц-зал – после того, как его грубо разбудили и вызвали в Централь – Гайчел Сайкер ударил хватательным пальцем по столу, что доказывало крайнюю степень его возбуждения и было неуместно при обычном поведении лаклака.

– Мы ничего не должны предпринимать, не посоветовавшись с Мак-Кеем, – сказал Сайкер. – Это очень деликатное дело.

Тулук занял свое место и коротко сказал:

– Вы еще не говорили с Мак-Кеем? Фурунео было приказано, чтобы тот связался с калебаном и отдал тому распоряжение…

Больше он ничего не сказал. Объяснения и данные поступали от всех присутствующих одновременно.

Когда Тулук смог продолжить, он спросил:

– Где тело Фурунео?

– Око уже доставлено в лабораторию.

– Полиция подключена?

– Конечно.

– Что-нибудь известка о пропавшей голове?

– Ничего.

– Это, должно быть, результат действия прыжковой двери, – сказал Тулук. – За это дело взялась полиция?

– Об этом не может быть и речи. Этим занимаются наши люди.

Тулук кивнул.

– Тогда я согласен с Сайкером. Мы ничего не будем предпринимать без консультации с Мак-Кеем. Он в этом разбирается лучше, и он все еще наш уполномоченный. Фурунео мертв, а он должен был некоторое время назад отдать распоряжение о возвращении Мак-Кея. Это наша исходная позиция, – он выжидающе взглянул на Бильдуна.

Бильдун, пан спехи, шеф Бюро, сказал только четыре слова:

– Возьмите одного из тапризиотов.

Кто-то метнулся к двери.

– Кто, в конце концов, войдет в контакт с Мак-Кеем? – спросил Бильдун.

– Надеюсь, что я, – ответил Тулук.

– Для вас это будет несложно, – сказал Бильдун. – Сделайте это побыстрее.

Тапризиота ввели в конференц-зал и водрузили на стол. Он сетовал на грубые действия, на то, что его схватили, задев при этом коммуникационные иглы, и не дали времени сконцентрировать энергию. Но как только Бильдун напомнил об условиях договора с Бюро, тапризиот сказал, что готов выполнить заказ. Он расположился перед Тулуком и сказал:

– Данные, время и место.

Тулук сообщил местные координаты.

– Закройте лицо, – приказал тапризиот.

Тулук беспрекословно повиновался.

– Думайте о связи, – сказал тапризиот.

Тулук интенсивно думал о Мак-Кее.

Шло время, но контакта не было. Тулук приоткрыл щелку и посмотрел наружу.

– Закройте лицо! – приказал тапризиот.

Бильдун спросил:

– Что-то не в порядке?

– Тише, – сказал тапризиот. – Ответ придет, когда разрешит калебан.

– Контакт через калебана? – пробормотал Бильдун.

– Иначе не может быть, – сказал тапризиот. – Мак-Кей изолирован от связей с другими существами.

– Мне все равно, как вы с ним свяжетесь, главное – свяжитесь, – сказал Бильдун.

Внезапно по телу Тулука прошли дрожь, лицо его открылось. Он был в трансе.

– Мак-Кей? – спросил он, странно измененным голосом. – Говорит Тулук, – его полуквохчущие, полубормочущие слова были едва слышны собравшимся за столом и в конференц-зале.

Мак-Кей тихо сказал:

– Мак-Кея приблизительно через тридцать секунд не станет, а чтобы этого не произошло, вызовите Фурунео и пусть он прикажет калебану немедленно забрать меня отсюда.

– Что случилось? – спросил Тулук.

– Я закован, и паленка на пути сюда, чтобы убить меня. Я вижу его в свете факелов. Он несет с собой что-то, похожее на топор. Он разрубит меня на куски. Вы знаете, как паленки…

– Я не могу вызвать Фурунео. Он…

– Тогда вызовите калебана!

– Вы же знаете, что калебана вызвать невозможно.

– Сделайте это, вы, идиот!

Тулук прервал контакт и обратился к тапризиоту с просьбой. Это было бессмысленно. Все известные данные свидетельствовали, что тапризиоты не могли посредничать при таких контактах.

Остальные присутствующие заметили, что бормотание и квохтанье врайвера в трансе прекратилось, потом снова возобновилось, потом опять смолкло. Бильдун в нетерпении хотел задать вопрос, но не стал этого делать. Цилиндрическое тело врайвера было таким спокойным и таким неподвижным.

– Вы знаете, – прошептал Сайкер, – я могу поклясться, что тапризиот получил приказ вызвать калебана.

– Это бессмысленно, – сказал Бильдун.

– Тулук в трансе или нет? – спросил Сайкер. – Его поведение мне не нравится.

Все за столом молча замерли. Они знали, что имел в виду Сайкер. Неужели врайвер потерян во время дальней связи? Пропал, исчез в странных измерениях, откуда еще не возвращалось ни одно «я»?

– Есть! – вскричал кто-то.

Собравшиеся за столом испугались, когда Мак-Кей в клубах пыли и в комьях земли возник из ничего. Он плашмя упал на спину в середине стола, едва ли в метре от Бильдуна, который чуть не слетел со стула. Запястья Мак-Кея были ободраны и окровавлены, глаза остекленели, рыжие волосы испачканы и всклокочены.

– Наконец-то, – прошептал Мак-Кей. Он перекатился на край стола и, словно это все объясняло, добавил: – Топор уже опускался.

– Что за топор? – спросил Бильдун, снова прочно усаживаясь на стуле.

– Топор, которым паленка хотел изрубить меня на куски.

– Что?

Мак-Кей сел, выпрямился и осмотрел запястья, потом лодыжки.

– Мак-Кей, объясните, что здесь происходит, – приказал Бильдун.

– Я… ага, ну, помощь чуть было не опоздала, – сказал Мак-Кей. – Почему Фурунео так долго выжидал? Я же сказал, чтобы он ждал только шесть часов, не больше, – он взглянул на Тулука, который сидел в своем откидном кресле тихо и прямо, словно обрубок серой трубы.