Чтение онлайн

Она закатила глаза. Показушник.

– Конечно-конечно. Без шуток: сегодня снова метание в рыбу?

Не то чтобы ей не нравилось, вполне полезно знать, как добыть пищу при отсутствии зверья поблизости. Все может пригодиться.

Схватку они практиковали крайне редко. Гром сразу дал понять: бойца он из неё делать не намерен. Сперва у Шелли то вызвало раздражение: желание владеть клинками вровень с батюшкой и братом так и зудело под кожей. Почем взялся помогать, раз дело ограничилось лишь метанием лезвий в деревья да животину?

Со временем пришло понимание: ей не хватало физической силы, нужного мышления и, несмотря на скорость реакции, сравниться даже со средним воином – задача из непосильных. Даже ростом и тем не вышла! Самая низкорослая в селении. Оттого внимание целиком перешло на охоту, а уменье обращаться с кинжалом, скорее, стало приятным дополнением. Не всяк раз можно обойтись одним луком: знание, как быстро отнять жизнь добычи, под каким углом резать, оказалось не менее важно.

– Если я правильно помню, а я правильно помню, – отметил Гром, обводя взглядом поляну, – в прошлый раз ты едва ли попадала.

Ишь какой. Шелли сощурила глаза, перехватив удобнее рукоять, решительно шагнула к реке.

– Всего лишь первая попытка. Сам говорил: ничего не дается задаром.

Кристально-прозрачная гладь легко позволила рассмотреть блестящие, точно драгоценные каменья, рыбьи бока. Обыкновенно мелкая, по весне река разливалась, заполняя собой большую часть поляны, однако ж сейчас едва доходила до колен.

Шелли подвязала юбку, сняла башмаки и ступила на песок, поёжившись от мокрой прохлады. Зайдя дальше, замерла в ожидании.

– Помни: не двигай ногами, смотри за плавниками, хвостом, течением.

Гром опустился чуть поодаль и замолк. Она вздохнула и вновь перевела взгляд на воду, сосредотачиваясь.

Замерзшие ступни неприятно кололо, обувка натерла влажную кожу. Шелли поморщилась, припоминая ледяную речную водицу: можно сказать, в сравнении с ней, ручей достаточно прогрелся для купаний. Река, точно в противовес, все лето оставалась мерзлой. Кроме того, она вновь не преуспела. Гром лишь пожал плечами, отпуская очередное ехидное замечание – нисколь не обидное, ей за эти годы стали привычны его нападки, да и зла в них не слышалось.

Деревья расступились, являя взгляду ряды изб. Шелли поспешила, быстро перебирая ногами. К ужину поспела – и то хорошо, наверняка Дерек снова её потерял. Но оправдываться ей не впервой.

До ушей донесся радостный гул. Свернув за избу батюшки на пустырь, она остановилась, нахмурившись: люд столпился, кричал наперебой, кто смеялся, кто улюлюкал. Шелли нырнула в толпу, протиснувшись меж плотно стоящим народом, вывалилась в центр. Глаза расширились, под ребрами затрепетало, горло пересохло. Изо рта вырвался вздох облегчения, она по-детски взвизгнула, кинувшись к долговязой мужской фигуре.

Вернулся! Он вернулся.

– Ричи! – девичьи руки сомкнулись на его животе, лоб прижался к широкой спине, она ощутила, как сердце, готовое пробить грудину, тарабанило в висках. – Живой! Ты живой! Светило небесное, вернулся!

Ей хотелось плакать, смеяться и снова плакать. Восторг неописуемый отразился в девичьем взгляде, когда он обернулся, тепло улыбнувшись, кивнул.

– Рад видеть тебя в добром здравии, Шелли.

Грязь и пыль укрыли его с носа башмаков до макушки, а на гладком лице отросла колючая щетина, щеки осунулись, длинные темные волосы слиплись, утратили блеск, однако изменения не коснулись глаз, те, насмешливо сощуренные, сияли как прежде.

Ричи отстранился, внимательно осмотрев её со стороны, фыркнул:

– Смотрю, моя невеста верна своим привычкам.

Шелли потупилась на миг, вспоминая о своем виде: растрепанная коса, местами мокрый подол с пятнами. Стало не по себе. Однако ж он будто хорош собою! Сам сейчас бродягу без роду и племени напоминает и ещё что-то ей говорит.

– Слово доброе сказал бы, сколько меня не видел, – вскинулась упрямо в попытке казаться выше. Однако сколь ни старайся, росточком она едва ли доходила ему до груди.

Сбоку раздались тяжелые шаги, толпа расступилась. Шелли обернулась, уже зная, кого там увидит. Батюшка потер бороду, смерил её недовольным взглядом и, пройдя мимо, опустил ладонь на плечо Ричи.

– С возвращением, – одобрительные хлопки вселили в жениха уверенность, то читалось в приподнятых уголках губ, прямой осанке и вздернутом подбородке.

– Приветствую, глава.

– Стоят ли руины столицы? Удача сопутствовала ль тебе?

– Стоят, стоят, с места не двинулись. Госпожа-удача помогла добраться и воротиться обратно к родному дому.

– Хорошо, коли так, – батюшка повернул голову вбок и, оценив внешний вид юноши, прикрыл веки. – Тебе нужно искупаться. Ступай. Жду к ужину. Устроим пир.

Ричи склонился, соглашаясь, и, выпрямившись, развернулся на пятках и двинулся прочь. Шелли взглядом проводила его спину, пока та не скрылась из виду вовсе.

Хотелось много чего выведать, разузнать: про город проклятый, приключения, опасности, ночевки под открытым небом. Но это неважно, подождет. Все подождет. Он вернулся!

– Дорогая дочь, – батюшка нахмурился, подмечая детали, но промолчал, видимо, рассудив, что толку от ругани будет мало. – Ожидаю, что ты к нам присоединишься.

– Следую вашей воле, – Шелли, подобно Ричи, согнулась в поклоне пред ним, силясь скрыть широкую улыбку.

Батюшка, кашлянув в густую черную бороду с укрывшей её редкой сединой, махнул рукой.

– Поди собирайся, тебе тоже следует… привести себя в порядок.

Шелли часто-часто закивала, подскочила на месте и рванула к избе Миры, пытаясь унять ощущение бешеного восторга, захватившего её в свои крепкие тиски. Подруга наверняка еще ничего не знала – не ведала. Ох она одуреет!