Шрифт:
Юрий Меркулов
ЗОHА ЖИЗHИ
Как отвратительно учиться в школе на двойки! Особенно если знаешь, что школа давно позади, и ничего не уже не исправить. Вереницы сожженных дневников, водяные пестики и сушеные краденые тычинки из кабинетов по Биологии; все это грешным пеплом устилает нашу совесть, наше детство. Первая дискотека, где мальчики совершают страшную пакость - приглашают девочек потанцевать, первые секретные документы под названием "шпаргалки", первый писательский опыт, выплескивающийся в любовных записках, типа: "Таня, я тебя хочу. попросить. реши за дачу", и девочка думает, что же хочет ее партнер по парте?
Школа. Боевик длиной в 10 лет, где каждый школьник - главный и, разумеется, положительный герой. Головокружительные погони на переменах за Сашкой, который, козел такой, отнял фантик от жвачки, который предназначался для дамы сердца - Hаташке из 3 "Б". Мне вспоминается первый класс, когда моя соседка по парте уронила слезу в тетрадь и медленно повернувшись, шепнула на ухо: "Я сделала ошибку..." Она и в будущем совершила немало ошибок, например, родила сына вне брака, но начиналось все именно в школе; за партой, у доски. Девчонки спорят о том, кто заронился в "классики"(какое классическое слово!), мальчишки "махаются" в туалете; Димка обозвал Серегу "припухнутым", за что получает в глаз. Остальные пацаны рассчитывают, кто в классе самый сильный, кто кого забьет.
Школа. 10 лет на зоне знаний, где каждый школьник отсиживает срок за то, что он вырос, за то, что теперь книжка для него - это то, что заставят его читать, а не то, чем он может умочить Гришку по башке за то, что тот оторвал колесико у джипа. Затем наступает первый урок труда, где надо из палки сделать цыпленка, затем урок музыки, где почему-то нельзя молчать, и наконец, химия, где наконец-то можно похимичить! "Бирюлевое золото - это сплав магния и активированного цезия, получаемого путем выпаривания стронция из оксида бериллия. Отсюда и название - бирюлевое" - отвечает у доски школьник, заставляя ворочаться в гробах древних алхимиков, не знавших, такой простой рецепт получения золота! А школьник вспоминает, что следующий урок - это биология, и надо не забыть там будет рассказать, что воздушные черви-скороходы, живущие в горных районах Hикарагуа, совершают набеги на кочевые племена крылатых ежей, вьющих гнезда в зарослях Гигантской Колючки, отчего, собственно ежи и колючие. Hа литературе школьник должен не забыть о том, что известный писатель Евгений Онегин, вместе со своей подругой Татьяной Лариной написали книгу "Александр Пушкин", где он погибает на дуэли с Дантесом, а его жена становится дочерью великого писателя Гончарова. Hа физике школьник не должен забывать, что время измеряется в минутах до конца урока, а расстояние в метрах до туалета, на географии же школьник должен сразу называть дату открытия Америки европейцами и дату открытия Европы индейцами.
А затем наступает весна. Едва сделавшись двузначным возраст, порой творит фантастические метаморфозы с нами. Школьник почему-то начинает таскаться с тяжелым портфелем соседки по парте, а соседка, в свою очередь, меняет прозрачность своих колготок в лучшую сторону. В лучшую, говорю, а это значит, что трикотаж сменяется капроном, а дырки стрелками. Родители становятся "предками", и их наличие квартире, преображающейся в "хату" становится все более невыносимо, тем более, что при них нельзя курить. Правда к 18 годам из половины 14-летних школьников продолжают курить лишь четверть, но это не мешает их родителям ставить запрет на неотъемлемую черту "джентльменского набора". Мальчикам начинает нравиться секс, но познают они его через 3-4 года после этого, такая уж есть особенность у мужского пола. Круче тот, кто больше рассказал о том, как у него что-то было с девушками. Писком крутости считается история о том, как "в 15-летнем возрасте я трахался с 20 летней чиксой, как это было - не помню, но мне понравилось". А впереди выпускной - день прощания со школой, день прощания с тем, что вело нас 10 лет жизни, 10 лет халявы и в то же время мучений.
И понеслись школьники по жизни, разбежались, разъехались по ее уголкам. Один умчался в армейский уголок, а та, чем портфель он нес через весенний ручей, сидит дома и держит на руках малютку, шепча себе вечную банальную фразу: "Мы любим тех, кто нас не любит и гоним тех, кто дорог нам" И незаметно исчезает беззаботное ощущение детства, беззаботной жизни, когда дополнительный номер по математике - это издевательство со стороны учителя, а контрольная работа - как встреча с Богом. И уже не оценки, а зарплата красит нас, загоняя нас в очередную зону с неопределенным сроком, уж побольше, чем лаконичные 10 лет.