Зона эрогенных действий

— А трусы не желаете снять, господа монстры? — Интересуюсь, распластанная в висячем положении на тугих веревках.

Существа с противными мордами растянули за руки и за ноги от души, делай со мной что хочешь. Капающая вода со сталактитов раздражала не меньше, чем эти двое.

— Какие — то они у тебя странные, слишком маленькие, — выразил беспокойство один из похитителей, поглядывая на красную ткань между ног.

— Это стринги, идиот, — отвечаю на выдохе. — В них попа меньше потеет, и бегать удобнее, булки не натирает.

— И ты тоже странная, — продолжает о своём монстр. — Слишком спокойная, хотя поначалу истерила, будто впервые раздеваешься перед мужчинами.

Прикусила язык. Что тут скажешь, затянули они со своими ритуалами. В пещере монстров воняло тухлятиной и сыростью, духота делала пребывание ещё более невыносимым, подлый пот щекотал спину в самый неудачный момент.

Встряхнулась от неожиданных прикосновений, звякнули крепления на кольцах, вогнанных в камень.

— А задница какая накаченная, ляжки крепкие, — комментировал тем временем второй, ощупывая мои ягодицы и бёдра. — Небось бегаешь по лесам, да по полям за каретами господ.

— Ага, ошмётки еды собираю, — прогнусавила и тут же возмутилась. — Эй, лифчик — то не порть!

Но было уже поздно, острое крючковатое лезвие ножа подцепило середку. Ткань лопнула, разбрасывая чашки в сторону, и сиськи вывалились наружу.

Ну неужели решились извращенцы! У того, что занялся мной, глаза змеиные загорелись. Но из волосатой промежности так и не показался напряжённый член. Увы.

— Какие упругие и большие дойки, глянь — ка, — брякнул скотина, взяв обе груди с низу, будто на вес пробовал, как мяско. — А глаза какие голубые, и сама блондинка, волосы что шёлк. Ну не может быть у таких идеальных баб таких сисек и задницы одновременно. А талия? А пресс? А не слепленная ли кукла нам попалась? Слышал я, что горные козло — львы големов лепят по натурщицам, которых потом в горем… Эй, братка, да что ж ты с этой бронёй возишься?

— Броня какая — то странная у неё, — прокомментировал второй, пробуя на зуб мой нагрудник.

— Разбойница хорошая, жаль такую убивать, — выдал первый, покручивая сосок.

Вот урод, а! Я скривилась.

— Может сделать рабыней? — Брякнул второй, отшвыривая броню, что со звоном стукнулась о булыжник, и сверкнула синевой незаметно. Фух…

— Да ну брось, она завянет за неделю. Или отберут сильнейшие, — ответил и потянулся куда — то в сторону. — Где кнут? Хочу позабавиться первым.

— У меня, — с ухмылкой ответил собрат, достал из — за пояса чёрную змею в обмотке и стал сбрасывать кольца по одному, демонстрируя мне не малую длину, чёрт бы их побрал.

— Шустрый, — фыркнул товарищ и, отойдя в сторонку, добавил злорадно: — А мясная куколка заволновалась. Хе, хе.

Конечно мясная куколка заволновалась. Портить шкуру из — за этих… Но по — другому было никак. Слишком много девственных душ они погубили в этой глуши. Иной вариант стал бы огромным расточительством.

Каратель зашёл за спину. В гнетущей тиши прорывалось сопение. Раздалось шмяканье занесённого крута. А затем воздух разрезал свист. Ягодицу и бедро обожгло, а следом пришла пронзительная боль.

Сильно лупят собаки! Я сжала зубы, всё, как по привычке. Но запоздало спохватилась, когда смотрящий уродец взглянул на меня с расширенными лупками.

Пришлось завизжать. Пронзительно, наигранно до безобразия, даже с хрипотцой. Бьющий загоготал от услышанного и с наслаждением дождался пока утихну.

Когда я заругалась матом, они позлорадствовали, а когда начала крыть их матерей и внуков, разозлились не на шутку! Второй удар резанул спину наискось как раз, когда я перебирала их родню седьмого колена. Когда начала кричать, ощутила добрую волну возбуждения бьющего. Второй тоже начал реагировать.

Меня осенило ещё после первого удара, что возбуждает паршивцев, но до эрекции пришлось импровизировать на полную и получить ещё три удара.

Рванулась я в самый неожиданный момент, выдрав с корнем все кольца, куда крепились верёвки, связывающие руки и ноги. Эрективная магия уже взяла волны обоих и была готова выпить всё из трупов. Трупы появились спустя пять секунд. Одному я раскроила череп ударом ноги, вернее он отлетел от удара и разбил башку о камни. А второго покромсала ножичком, которым тот испортил мне лифчик.

Умертвив мутантов, встала в позу для приёма. О, Наставник, это лучше, чем оргазм!!

Вытянулась как струна, когда ощутила потоки душ, идущие радужными линиями в меня. Точнее в область мизинца левой руки, где под накладным ногтем спрятана руна. От руки через сердце и в матку пошла сладостная волна, там и растворилась, оставляя быстро угасающее тепло.

— Вот уроды, — простонала, от саднящей спины, подбирая одежду и экипировку. — Тридцать шесть девушек загубили, не зря, ой не зря страдания мои.

Никогда не любила возиться с пещерными кото — обезьянами. Мало того, что они жили группами в тёмных сырых пещерах, откуда хрен выманишь, так ещё и людоедством не брезговали. Иной раз я бы просто порубила их мечом на фарш или обвалила дыру, ведущую в клоаку. Да вот за этих двоих мне давали награду, что сперва казалось удивительным. Но после того, как всё селение провожало меня в последней бой, поняла, тут жертв, мать его, десятки.

Люди же не знают кто я на самом деле. Для них я простая наёмница, охотница на монстров.