Золотой Лис
Шрифт:
Вопрос о подборе кадров возник на совете как-то сам собой, хотя он и не был заранее включен в повестку дня; Изабелла тут же воспользовалась случаем, чтобы изложить свои взгляды по этому поводу, и произнесла небольшую импровизированную речь, дав несколько четких и хорошо обоснованных рекомендаций.
Закончив, она с удовлетворением подметила, что ее выступление явно произвело впечатление на Гарри, и когда он заговорил, то за его шутливым тоном скрывалось вполне серьезное предложение:
– Может, нам поручить это дело лично вам, доктор Кортни?
Она небрежно пожала плечами, дабы скрыть свою заинтересованность.
– А почему бы и нет? Я с удовольствием прошвырнулась бы по магазинам – мне как раз нужны новые платья.
– Ах женщины, женщины, – вздохнул Гарри, но, тем не менее, спустя шесть недель она очутилась в столь памятной ей квартире на Кадогэн-сквер. Шеф отдела кадров «ККИ» устроился в отеле «Беркли», всего в нескольких минутах ходьбы от Кадогэн-сквер. Вдвоем они проводили предварителное собеседование прямо в столовой ее квартиры.
В тот же вечер, когда она прибыла в Лондон, ей позвонили по телефону. Голос звонившего был ей незнаком. Переданные им инструкции предельно просты.
– Красная Роза. Завтра вы будете беседовать с Бенджаменом Африкой. Он должен быть принят на работу.
Это имя ни о чем ей не говорило, поэтому она разыскала его анкету в папке, где хранились заявки претендентов. К своему удивлению, она обнаружила, что Бенджамен Африка родился в Кейптауне. Впрочем, это был, пожалуй, единственный аргумент в его пользу. Хотя его профессиональная аттестация была на хорошем уровне, он оказался еще слишком молод – всего двадцать четыре года. Он закончил университет в Лидсе с четырьмя отличными оценками, получил степень бакалавра в области химического машиностроения и два года работал научным сотрудником в компании «Империал Кемикал Индастриз», на одном из ее предприятий близ Ливерпуля. Короче говоря, при той зарплате, что они предлагали, она могла бы подобрать сотню желающих с подобными и даже лучшими анкетами в самой Южной Африке.
Она при всем желании не смогла бы протащить его на какую-либо из вакантных должностей старших научных сотрудников. Правда, у них оставались незанятыми еще два места младших сотрудников.
Бенджамен Африка стоял в их утреннем списке третьим по счету. Он вошел в столовую квартиры на Кадогэн-сквер ровно в одиннадцать утра, и при виде его Изабелла похолодела; ее охватила дикая паника.
Бенджамен Африка был цветным, но ее ужас был вызван вовсе не этим. Бенджамен Африка оказался ее единокровным братом, которого она знала под именем Бена Гамы, незаконнорожденным сыном ее матери и печально известного чернокожего террориста и революционера Мозеса Гамы.
Шок, который она испытала, был так силен, что она на какое-то время лишилась дара речи. Она молча сидела, уставившись на Бенджамена; все мысли в ее голове перепутались, и она тщетно пыталась хоть как-то их распутать. Она знала, что его имя наряду с именем Тары Кортни, их матери, никогда не упоминалось в Велтевредене, – даже после стольких лет та ужасная трагедия и связанный с ней скандал все еще отбрасывали на их семью зловещую тень. Мыслимо ли в подобной ситуации устроить Бенджамена на работу в одну из компаний, принадлежащих Кортни? Бабушка заработает грыжу, а отца вообще хватит кондрашка. Ну а что касается Гарри…
К счастью для Изабеллы, главный кадровик «ККИ» также проявлял признаки крайней озабоченности, правда, причина его затруднений была куда прозаичней. Они были вызваны исключительно цветом кожи Бенджамена. Так что за время невыносимо долгой паузы, последовавшей за его появлением, Изабелла сумела взять себя в руки и привести в относительный порядок свои растрепанные эмоции. Бенджамен делал вид, что они незнакомы, и она решила придерживаться той же линии поведения.
Наконец кадровик «ККИ» пришел в себя и поспешно вскочил на ноги. Пытаясь как-то компенсировать свою первоначальную реакцию, он обежал стол и горячо затряс руку Бенджамена.
– Я Дэвид Микин, шеф отдела кадров «ККИ». Очень рад познакомиться с вами, молодой человек, – затараторил он, пододвигая Бенджамену стул. – Мы внимательно изучили ваши анкетные данные. Очень впечатляет – вы очень многого достигли в своей профессиональной деятельности.
Он усадил Бенджамена и предложил ему сигарету.
– Это доктор Кортни, член совета директоров «ККИ», – представил ее Микин.
Бенджамен слегка приподнялся со стула и отвесил ей небольшой поклон:
– Здравствуйте, госпожа Кортни.
Изабелла все еще не доверяла собственному голосу. Она лишь кивнула и с головой ушла в изучение заявления Бенджамена, в то время как Микин приступил к собеседованию. Он начал с обычных вопросов о работе, которой Бенджамен занимался в «ИКИ», о причинах, по которым он решил поступить именно в их компанию, но по всему было видно, что ответы его мало интересовали. Микин явно хотел побыстрее покончить с этим неприятным делом. Тем временем Изабелла разрабатывала план своих дальнейших действий. Если имя Бенджамена Африки ничего ей не говорило до этой встречи, то прочие члены ее семьи тем более не заподозрят никакого подвоха, если вдруг наткнутся на него. Более того, насколько ей было известно, никто из них, за исключением Майкла, никогда Бена в глаза не видел. И не было никаких оснований полагать, что они его когда-либо увидят. Он будет всего лишь мелким служащим на одном из сотни предприятий города, расположенного в тысяче миль от Велтевредена. Что же касается Майкла, то он, несомненно, целиком и полностью будет на их с Беном стороне.
Между тем у Дэвида Микина вопросы иссякли, и он с надеждой посмотрел на Изабеллу, приглашая ее включиться в разговор.
– Насколько я понимаю, вы родились в Кейптауне, мистер Африка, – впервые подала она голос. – У вас сохранилось южноафриканское гражданство? Или вы натурализовались и получили гражданство Великобритании?
– Нет, доктор Кортни, – Бен покачал головой. – Я по-прежнему гражданин Южной Африки. Мой паспорт был выдан мне посольством Южно-Африканской Республики здесь, в Лондоне.
– Хорошо. Вы можете рассказать нам что-либо о вашей семье? Ваши родители все еще живут в Кейптауне?
– Мои отец и мать были школьными учителями. Но они оба погибли в Кейптауне в 1969 году, в автомобильной катастрофе.
– Извините. – Она еще раз заглянула в его анкету. Вполне вероятно, что их мать, Тара, в свое время попыталась скрыть правду об обстоятельствах появления Бена на свет, раздобыв фальшивое свидетельство о рождении. Это можно было легко проверить. Она вновь подняла на него глаза.