Шрифт:
Николай Еремин
ЗОЛОТАЯ МЕДАЛЬ
В прекрасном сибирском городе Абаканске в незабвенные застойные времена училась в образцово-показательной школе N 1 Катенька Малинина - с первый по десятый, выпускной, класс. Училась она из года в год на одни пятерки, преподаватели и родители не могли на нее нарадоваться и ласково называли "Маячок ты наш!" Особенно опекала ее учительница биологии Клавдия Афанасьевна Семеновна.
– Катенька, - говорила она не раз и не два во всеуслышание, - Ты - моя любимая ученица. Я горжусь тобой! Ты - кандидат на Золотую медаль. Трудись, чтобы стать достойной этой высокой награды...
Катенька отвечала взаимностью, старалась изо всех сил. Она хотела быть достойной.
И действительно, когда пришло время прощаться со школой, на торжественном вечере, под звуки оркестра, ей в числе десяти самых-самых выпускников была вручена Золотая медаль: "За отличные успехи в учении, труде и за примерное поведение"
– Дорогие мои медалисты!
– воскликнул, выступая, директор школы.
– Широкая дорога жизни лежит теперь перед вами. Двери любых вузов готовы распахнуться и принять вас, круглых пятерочников, знания которых требуют расширения и углубления и говорят сами за себя.
Катенька Малинина была счастлива. Она пела, танцевала в полупрозрачном белоснежном платье, в белых туфельках-лодочках на высоком каблуке, пила вместе со всеми за праздничным столом - впервые в жизни - шампанское, пока легкие и острые воздушные пузырьки не ударили в голову...
– И куда ты думаешь поступать?
– спросила ее Клавдия Афанасьевна, подливая шампанского.
– Ах, да я еще не решила!
– Тогда поступай в медицинский, биология и химия там профилирующие для медалистов экзамены, сдашь - и никаких проблем. Зато как благородно, как престижно, как человечно - быть врачом, помогать людям в трудную минуту, исцелять их...
И Катенька решилась.
Все лето она готовилась, усердно занималась, на зубок учила ответы на все возможные вопросы. Оформила документы. Получила экзаменационный лист... Химию, как. и ожидала, сдала на пять... Каково же было ее удивление и радость, когда, явившись на экзамен по биологии, во главе трех экзаменаторов увидела она свою любимую учительницу Клавдию Афанасьевну Семенову, выставившую ей в аттестат зрелости по биологии собственноручно самую жирную пятерку...
– Везет же мне!
– подумала Катенька и улыбнулась. Здравствуйте, Клавдия Афанасьевна!
– Здравствуйте, как ваша фамилия?
– Это я, Катя, - рассмеялась Катенька, - неужели вы меня не узнаете?
– Назовите свою фамилию и дайте экзаменационный лист, - строго произнесла биолог К. А. Семенова, подрядившаяся на работу в мединститут на время вступительных экзаменов.
– Я - Катя Малинина!
– Так, берите билет и садитесь готовиться.
– А можно - без подготовки?
– Как так без подготовки? Вы все знаете?
– Да - смутилась Катенька Малинина.
– Все может знать только Господь Бог! Садитесь и готовьтесь!
И Катенька уселась за стол, прочитала три вопроса, убедилась, что они сложности никакой для нее не представляют и привычно, как в школе. потянула вверх руку.
Вы уже готовы? Что ж, отвечайте, - кивнула головой Клавдия Афанасьевна. И Катенька, как по писанному, вдохновенно, хоть и немного торопливо, стала освещать теории происхождения жизни на земле, строение клетки, биографию Дарвина...
Биологи пошептались, расписались в экзаменационном листе, и Катенька Малинина, счастливая, выбежала в коридор...
– Ну, что получила?
– окружили ее абитуриенты.
– Покажи!
И Катенька, сияющая, протянула им лист...
– Тройка...
– услышала она.
– Не может быть!
– воскликнула Катенька и посмотрела во вторую графу, где под пятеркой, чуть пониже, значилось: Биология - три.
– Как же так?
– тихо спросила Катенька и заплакала горючими слезами. Она вышла из здания медицинского института, села на лавочку и плакала, плакала, пока за нею не приехали родители и не отвезли, рыдающую, домой на такси...
Вечером по телефону позвонила Клавдия Афанасьевна Семенова. Она долго объясняла Катиной маме ситуацию, мол, ректор института проинформировал всех экзаменаторов, что в этом году свыше спущена инструкция: девушек не принимать, только по спискам, которые следует держать в большом секрете. Принимать только юношей... Кстати, что Катя делает? Плачет? Пусть не плачет и еще скажет мне спасибо, что я вместо двойки, по инструкции, тройку ей на свой страх и риск выставила, чтобы хоть смогла она досдать остальные два экзамена, на общих основаниях...
А Катенька тем временем уже спала, наглотавшись успокоительных таблеток.
Через несколько дней родители дважды, помимо воли, свозили ее в мединститут на экзамены, которые она сдала, как во сне, но - на пятерки. Прошла собеседование. И была зачислена кандидатом на первый курс лечебного факультета! "Кандидат, - объяснили ей на собеседовании в ректорате, - это почти что студент. Если вы сдадите первую сессию успешно, и если кто-нибудь из студентов уедет, или будет отчислен за неуспеваемость - вы тут же займете его место. Медалистами мы не разбрасываемся!"
И стала Катенька учиться. Училась без напряжения, очень хорошо. Веселая, жизнерадостная, симпатичная, стала она вскоре настоящей студенткой, душой группы, потока, да, пожалуй, и всего курса. Участвовала в КВНах, в научном психиатрическом кружке, каждый год ездила со студенческими стройотрядами то на Дальний Восток, работать на рыб-заводе то в солнечную Молдавию - на уборку винограда... Все время получала повышенную стипендию и окончила институт с Красным дипломом, дающим право не отправляться, куда пошлют, а выбирать себе место работы...