Чтение онлайн

— Ах вы, бездельники! — набросилась она на нас. — Если я ещё раз услышу что-то подобное, я вас лишу, лишу вас… — тут она несколько застопорилась, пытаясь сообразить, чего может нас лишить, и, так и не придя ни к чему конкретному, грозно буркнула: — В общем, всего лишу и надолго. Делом бы лучше занялись.

Но оглядела критически, поняла, что сегодня созидательной деятельности от нас не добиться, и с тяжким вздохом, опустив скалку, сказала:

— Ну, хоть в квиддич на заднем дворе поиграйте, что ли.

Близнецы оживились. Хитро посмотрели на меня.

— Рон, айда за мётлами, половишь квоффл, а мы позабиваем?

«Угу, щаз», — подумал я. Опять им мальчик для битья нужен. Только помимо этого ещё есть та проблемка, что я в руках за всю жизнь, кроме хозяйственной метлы, никакой другой, и уж тем более магической, не держал. Уповать на память тела было страхово, а ну как всё это лажа. Пофиг, что опять накосячу на ровном месте, хуже будет, если гробанусь с неё в полёте и убьюсь нахрен. Так что пока этот спорт не для меня. Вот проверну задуманное, после финала, и тогда можно будет заново и летать учиться, никто косо не посмотрит.

— Не, — протянул я, уже вслух, — чёт мне лениво.

— Так бы и сказал, что трусишь, — фыркнул Фред. И да, я уже знал, что это сказал именно он. Во-первых, где бы они не появлялись вдвоём, они на автомате располагались одинаково, Фред справа, Джордж слева. Что тому причиной, младенцами ли их так в кроватку укладывали или садили за стол мелкими, но это факт, что они привыкли друг друга ощущать именно по определённую руку.

Во-вторых, ссадины, царапины, натёртости на коже, всё это всегда индивидуально. Джордж, например, вчера порезался за столом, и воспалённый бугор на ладони был мне прекрасно виден.

— Ага, прям дрожу от страха, — я с лёгкой иронией смотрел на них, давая понять, что эти детские подначки на меня не действуют.

Разочарованные, они ушли, а я снова завалился на кровать, отдыхать и набираться сил впрок. Завтра будет очень длинный день, и мне понадобятся все имеющиеся силы и знания, да и толика удачи не помешает.

***

К месту проведения финала мы отправлялись через портальный ботинок, как и в каноне. Артур, Молли, близнецы, Джинни и я. Перси должен был прибыть туда в свите Крауча, поэтому ещё вчера вечером свалил куда-то в Лондон.

Прыгали мы в гордом одиночестве, Амоса Диггори, которого я подсознательно ожидал увидеть, не было. То ли просто разминулись, то ли из-за смерти сына не пошёл, что вероятнее.

— Рон, не отставай! — выбравшись из дома, папаня необыкновенно воодушевился и принялся раздавать указания, выпятив грудь, и с видом первопроходца гордо посматривал вперед. Молли, на удивление, ему не перечила.

«Нда, — поймал я себя на мысли. — А маман-то не дура, знает, что мужика нельзя зажимать повсеместно, иначе резьбу сорвёт».

Однако, легко было сказать: «не отставай», — мне, как самому младшему представителю мужской ветви Уизли, «повезло» тащить всё семейное барахло: палатку, запасные вещи, еду. Пусть это всё было магически упаковано и поместилось в один рюкзак. Но это на семь человек! Рюкзак, на глаз, был литров на сто двадцать, и, стоя на полу, достигал моего плеча. Весил, правда, всего килограмм тридцать, слава магии, но я сам себе напоминал какого-то муравья, честное слово.

Прыгали, схватившись за жёванный образчик английской обувной продукции, все вместе, но вот финишировали с некоторым разбросом, я так понял, специально, в целях безопасности. Позорно не завалились на траву Артур, Молли и, как ни странно, я. Чем заслужил уважительный взгляд близнецов, с шутками и прибаутками отряхивавших друг друга, и задумчивый — Джинни, когда я, по привычке, подал ей руку, помогая подняться.

Чем-то это походило на прыжок с парашютом: затяжное падение, затем рывок, единственно, без гула натянутых строп, и приземление, только тут намного более мягкое. Всего-то и делов, ночные прыжки на лесной пожар были куда сложнее.

Вид на палаточный городок открылся с ближайшего холма. И это был полный пиздец. Море разливанное всевозможных платок, шатров, вигвамов и прочих сборно-разборных жилищ. И гул от тысяч праздношатающихся магов, что поражали пестротой и разнообразием одеяний.

— Безумие, полное безумие, — пробормотал я.

А Артур махнул рукой куда-то вглубь бесконечных рядов палаток.

— Нам туда. Мне, как сотруднику Министерства, положены кое-какие привилегии, — он подмигнул задорно. А я в очередной раз подивился, как его поведение кардинально поменялось вне дома.

Всё бы ничего, но даже среди такой толпы иностранных магов можно было наткнуться на знакомых, чего мне чрезвычайно не хотелось. Я натянул поверх рыжих волос глубокий капюшон. Новое тело, молодое, резкое, оно всё равно делало мои реакции более импульсивными и яркими. А зная, как тут все относятся к Рончику, я не был уверен, что сдержусь, если услышу в свой адрес чьё-нибудь презрительное замечание.

Но пронесло, ни с кем знакомым не встретились, и, добравшись до застолбленного участка, развернули наше пристанище на ближайшие сутки — небольшую двухместную, с виду, палатку.

Внутри, как и в каноне, были применены чары расширения пространства, удобная вещь для большой компании, но разглядывать и задерживаться я не стал. У меня был план, и нужно было до начала матча провести рекогносцировку на местности.

Снова капюшон, финка в рукаве, готовая легко скользнуть в ладонь, а я по расширяющейся спирали обхожу окрестности нашей палатки. Меня интересовали естественные укрытия и препятствия, деревья, кустарник, овраги, холмы, выходы каменного основания, всё же мы почти у кромки моря. Расположение и наиболее вероятные проходы, куда ломанётся обезумевшая толпа, напрочь в своей сытой и спокойной жизни забывшая, что тоже может колдовать и противостоять Пожирателям.

Неожиданно наткнулся на Невилла с Гарри. Оба мирно беседовали возле большой палатки с гербом с сухонькой и строгой, даже на вид, старушкой. Бабушка Невилла, понял я. Сложно было вот так с ходу сказать, изменились ли они по сравнению с каноном, но Лонгботтом, вроде, уже не косплеил зажатого и неуверенного лошка с вечно выглядывающими верхними резцами.

Но тут мой взгляд привлекло движение у входа в их палатку. Коротко взглянув, я уже не смог оторваться, ведь там появилась она… Гермиона, да, чудный сон старого извращенца, я хохотнул. Мы теперь ровесники, по крайней мере, телами. Ей как минимум четырнадцать, и её стройное подтянутое тело, уже приятно округлившееся в нужных местах, притягивает взор.