Жеребец
Шрифт:
У нас с отцом была договоренность, что до 18-летия я не имею права ходить по злачным заведениям и возвращаться домой позднее одиннадцати вечера…
– Селеста? – резко дернула головой, ощущая, как уголки рта машинально искривились в неловкую улыбку. Глупо хлопала ресницами, пытаясь подобрать слова, но мой ночной спаситель, широко улыбнувшись, опередил меня.
– Я увидел как ты зашла в зал… Хотел подойти, но ты так увлеченно читала, что… – вдруг Жан резко замолчал, бросив свой взгляд на мой открытый учебник.
– Селеста, книга лежит вверх ногами!.. Ты что, пятнадцать минут читала задом наперёд? – уголки его губ немного дрожали, борясь с подступающим смехом.
Вот черт, теперь и он подумает, что у меня не все дома…
Резко поднялась, и стала демонстративно скидывать книги в портфель, делая вид, что не замечаю парня.
– Даже в мыслях не было тебя обидеть! Просто ты была такой задумчивой… и красивой… и я…эээ… хотел спросить, как твои дела? – наконец, заставила себя поднять на него глаза.
Жан переминался с ноги на ногу, а на его лице выступили красноватые пятна. Ну, вот, похоже, единственный в этом городе человек, который ко мне не равнодушен, и я сама чуть всё не испортила!
– Извини, прошу тебя… Просто сегодня снова не мой день…
В этот момент у девушки за соседним столиком завибрировал мобильный. Она глянула в телефон, а затем протянула его своей подружке, после чего они обе захихикали, устремив на меня свои взгляды.
Ну, вот, прекрасно, можно к гадалке не ходить, что там у них за веселье. Мои кулаки машинально сжались. Захотелось бросить в них какую-нибудь гадость! Пустые сплетницы…
– Селеста, пошли! – решительно прошептал Жан мне на ухо. На секунду я даже замешкалась, но только на секунду…
Я так мечтала поступить в этот университет и хоть немного ослабить постоянное напряжение, в котором находилась все эти годы рядом с отцом… Но отчего-то меня никто не предупредил, что Сорбонна является персональным отделением ада на земле, а учатся здесь сплошь демоны да всякая нечисть…
– Пошли! – хихикнула, ощущая на себе всё больше любопытных взглядов.
После того, как Эрик Уильямс прилюдно пообещал стереть меня с лица земли, прогулять парочку предметов теперь уже казалось наименьшим злом. Закинула рюкзак на плечо, и с гордо поднятой головой в сопровождении Жана покинула читальный зал.
Глава 3
POV. Эрик
Тёплые капли воды струились по обнаженному телу, пока я прокручивал в голове сегодняшнюю сцену в столовой. Эта пигалица выплеснула мне в лицо стакан молока на виду у десятков студентов!.. Меня до сих пор немного потряхивало от злобы и негодования. Девчонка оказалась с характером. Тем хуже для неё.
Отсутствие мозгов не избавляет нас от ответственности. «Селеста Лакруа, крошка, очень скоро мы с парнями расскажем тебе, почему детям запрещают играть с огнем. Но только после того, как ты обожжешься…»
Я вылез из душа, и стал промокать махровым полотенцем своё рельефное тело, после чего обвязал его вокруг бедер. Бросил взгляд в большое зеркало в стильной черной раме, причесывая гребнем влажные волосы.
Белое полотенце контрастировало с моей смуглой кожей. Сейчас все девчонки с ума сходили от её цвета, вкуса и запаха, а в детстве как меня только не дразнили… И слегка раскосые карие глаза теперь считались магнетическими и притягательными, хотя я так и не забыл, как на детской площадке меня называли косоглазым…
Такая яркая и не типичная для французов внешность досталась от матери. В Монике Уильямс было намешано немало кровей. Жгучая брюнетка с обездвиживающим взглядом чуть раскосых карих глаз.
Когда-то этот взгляд и свел с ума моего отца. Он увидел молодую актрису во время съемок какой-то передачи и тут же взял в оборот. Свадьбу сыграли спустя четыре месяца, к слову, к этому моменту мама уже носила меня под сердцем.
Связи отца на телевидении помогли, и через год Монику Уильямс пригласили сниматься в масштабный Голливудский проект. Только моей ветреной мамаше так понравилось на «фабрике грёз», что она моментально закрутила роман с режиссером и после окончания съемок прислала отцу документы на развод.
Я был совсем ребенком, когда в нашем большом просторном доме появилась мачеха. Как это положено по всем канонам жанра, она сразу меня невзлюбила, так как внешнее сходство с мамой было слишком очевидным. И я совсем уж не ожидал, что в семье так скоро появится и еще один новый член – мой младший братец…
– Эрик, ты там уснул, что ли?! Вильям сделал меня в «танчики», иди на подмогу! – я усмехнулся, открывая дверь в спальню. Друзья сидели на диване и резались в какую-то тупую игру на приставке.
– Демиан, я не собираюсь тебе помогать! Из-за твоей тупой выходки эта малолетка испортила мне любимую рубашку от «Tom Ford»! – парни, наконец, отклеились от плазмы, повернув головы в мою сторону.
– Боже, да ты ходячий тестостерон, братишка! Оденься, а то моя нервная система может не выдержать! – на лице Дема появилась гримаса поддельного восхищения, а Вильям широко открыл рот, изобразив, что у него текут слюни.
Я слегка прищурился, подняв вверх средние пальцы на обеих руках, а затем уселся в кресло, опустив глаза в пол.
– Ну, так что, я так понимаю, мы определились с трофеем осени?! – ровно произнес мой друг провокатор.
– Нет. – также спокойно ответил я.
– Но почему, Эрик, мать твою?! Это будет дико весело! Предлагаю открыть охоту на Селесту прямо сегодня! Она же прилюдно тебя унизила… Вил, да скажи ты ему?! – самообладание все-таки стало его покидать.
– Дем, я же уже сказал, Селеста, конечно, симпатичная и всё такое, но она не в моем вкусе! Но это не мешает вам посоревноваться между собой…