Шрифт:
Анатолий Нутрихин
Жаворонок над полем
Повесть о детстве Дмитрия Ивановича Менделеева
Анатолий Иванович Нутрихин - заведующий отделом газеты "Телевидение. Радио", член Союза журналистов Петербурга, автор книги "Менделеев в Петербурге" (Лениздат, 1982), многочисленных очерков и статей. Им написана книга о детстве Д.И. Менделеева - первая повесть на данную тему. Ее автор на протяжении ряда лет обследовал архивы Петербурга, Омска, Тюмени, Тобольска. Не раз бывал в селе Аремзянское, с которым связаны детство и отрочество великого ученого. В результате журналисту удалось найти материал, который в значительной мере расширяет прежние представления о раннем периоде жизни Менделеева.
Таким образом, повесть написана на документальной исторической основе. Многие ее герои - это реально существовавшие люди: члены семьи Менделеевых, их друзья - ссыльные декабристы, местные чиновники, преподаватели тобольской гимназии и т.д. И описание затмения не выдумано. И жандармы Петровский и Шадзевич существовали, и сплетница купчиха Маковкина, действительно, жили тогда в Тобольске. Автор первым нашел в архиве послужные списки учителей тамошней гимназии и списки гимназистов, что и сделало возможным написание повести.
А.И. Нутрихиным в большом объеме использована краеведческая, мемуарная литература, что позволило ему нарисовать яркие картины жизни Тобольска сороковых годов позапрошлого века, воссоздать ту среду, в которой рос и развивался будущий гений русской науки.
Поскольку повесть представляет собой художественное произведение, постольку в ней присутствует и авторский вымысел, что проявилось в создании некоторых персонажей второго плана и приключенческом характере сюжета. Все это делает книгу более занимательной. Адресована она, в первую очередь, юному читателю, но, думается, заинтересует людей старшего возраста.
ОГЛАВЛЕНИЕ
1. Аремзянка
2. Разбойника поймали
3. День на исходе
4. Лес
5. В пути
6. Здравствуй, город!
7. Корнильевы
8. В жандармском управлении
9. Гимназия
10. Пожар
11. Ох, эта борьба!
12. О поджигателях, стихах, римлянах и греках
13. Экзекуция
14. Поединок
15. Про Ермака
16. У острога
17. Базар
18. Заботы Марьи Дмитриевны
19. Кулачная потеха
20. "Освободить Орлика можно..."
21. Качурин сердится
22. Зимней порой
23. У майора Петровского
24. Вакарин
25. Вальс, вальс...
26. У Семи Отроков
27. Идемте, доктор!
28. На Кузнечной
29. В семье
30. Чувашский мыс
31. Тайна Кожевниковых
32. Будни
33. Челн уплывает в даль
1. Аремзянка
Митя проснулся на зорьке. Его разбудила петушиная перекличка, звуки которой вливались в комнату через приоткрытую створку окна. Сначала в отдалении несмело, словно боясь нарушить утреннюю тишь, кукарекнул петух бабки Крайнихи. Вслед за ними протяжнее и побойчее прокричал кочет пастуха Ивана Соколова. Ему дружно ответили собратья с разных концов Аремзянского. И только потом басовито, словно дьякон тобольской Михайло-Архангельской церкви, грянул с переливом свой, менделеевский Оська, щеголь и забияка. В его надсадном кличе звучало:
– Хватит спать, поднимайтесь!
Брат Павлуша, двенадцатилетний крепыш (он на год старше Мити), еще спит. "Ну, и пусть, а я встану", - Митя сбрасывает легкий шерстяной плед; привычно, не глядя, сует ноги в сандалии и поднимается.
Еще не размаявшись после сна, он неторопливо натягивает на худощавое загорелое тело светло-серую холстинковую рубашку и короткие, выше колен, бязевые выцветшие и обтрепавшиеся снизу штаны, на заднем, накладном кармане которых маменька вышила шелком золотистый якорь. Одевшись, Митя набрасывает на плечо полотенце и, отворив чуть скрипнувшую дверь, выходит на заднее крыльцо. В лицо ему ударяет влажный холодок деревенского утра.
Ветра нет. В усадьбе Менделеевых, во всем селе, - тишина. Только замычит где-то корова, с притворной строгостью прикрикнет на нее хозяйка, да вдруг забрешут, зальются в лае неугомонные собаки. Курятся дымки над избами: бабы топят печи. Вздымается сизая струйка и над домом Менделеевых: кухарка готовит завтрак господской семье и прислуге.
Кончается июль. Недолгое сибирское лето на исходе. Из леса доносятся однообразные выкрики кукушки. "Сколько лет я проживу?" - загадывает Митя. Словно откликаясь, птица сразу подала голос. Однако прокуковав десять раз, смолкла.
– Вот лентяйка!
– подосадовал мальчик, но расстраивался недолго и сразу забыл о скупой кукушке: стоило ли огорчаться по пустякам, если так легко дышится в это славное утро?
Над улицами, огородами, окрестным лугом стелется утренний туман. Белесым пологом нависает он над избами, в которых живут приписанные к стекольному заводу крестьяне; над самим заводом и складами, подступившими к самому краю яра. В мглистой дымке растворяются очертания усадьбы, конюшни, хлевов, птичников, бани. В отдалении чуть угадывается колокольня скромной деревянной церкви.
Однако молочная пелена редеет. "День обещает быть погожим", - думает Митя, заметив, что небо на востоке порозовело. Еще немного, и сквозь туман проглянет солнце...
Мальчик спустился с крыльца и по влажной от росы тропе прошел к забору. Там на столбиках прикреплены два медных умывальника. Нажмешь на носик сложенными лодочкой ладонями, и польется бодрящая, остудившаяся за ночь вода...
Умывшись, Митя вернулся в дом. В детской, перед настенным, местами чуть потускневшим от времени зеркалом, он, не спеша, расчесал отросшие почти до плеч волосы, изрядно выгоревшие за каникулы и вместо природной рыжеватости обретшие цвет свежей соломы. Увы! Красоваться такой гривой осталось уже недолго: перед началом занятий в гимназии придется навестить парикмахера.
Митя приглаживает рукой волосы и задумывается: симпатичен ли он. Из овала зеркала на него с иронией смотрит скуластый мальчишка с чуточку раскосыми глазами и простецким носом "уточкой". "Я определенно дурен ...", таков огорчительный итог размышлений мальчика. Однако он тут же утешается, вспомнив слова сестры Лизы: внешность в мужчине не главное, важнее ум и характер! Ум и характер Митю вполне устраивают, а потому он быстро обретает благодушие. Причина его мажорного настроения проста: кончаются каникулы. Через неделю маменька, Марья Дмитриевна, повезет его и Пашу в Тобольск продолжить учебу в гимназии. Митя пойдет в четвертый класс, брат - в пятый.