Чтение онлайн

— Очень большое «если».

— Это зависит от тебя. Прежде всего согласись с линией Вивьен. Она признала свою вину, и не надо подставлять ей плечо. Она была старшим ординатором. Она неправильно оценила ситуацию и приняла неправильное решение.

— Но ведь это неправда!

— Ты видела только часть картины. А тебе было бы полезно увидеть и другую часть. Увидеть ее.

— Кого — ее?

— Нину Восс. Ее привезли к нам в полдень. Думаю, тебе стоило бы на нее взглянуть. Убедиться, что ваш с Вивьен выбор был не так уж безупречен. Может, тогда ты поймешь, что совершила ошибку.

Эбби сглотнула:

— Где она лежит?

— На четвертом этаже. Отделение интенсивной терапии.

Еще на подходе к отделению Эбби поразила непривычная суета: гул голосов, попискивание портативной рентгеновской установки, перезвон двух телефонов. Но стоило ей войти, как почти сразу же наступила тишина. Даже телефоны вдруг замолчали. Медсестры, едва взглянув на нее, тут же отворачивались.

— А-а, это вы, доктор Ди Маттео, — произнес Аарон Леви.

Он только что вышел из пятого отсека. Чувствовалось, хирург едва сдерживает гнев.

— Думаю, вам не помешает взглянуть самой.

Толпа врачей и медсестер расступилась, освобождая ей проход к пятому отсеку. Эбби подошла к окну. Внутри на койке лежала женщина: хрупкая блондинка. Ее лицо было практически одного цвета с простыней. Из ее горла торчала дыхательная трубка, подсоединенная к аппарату искусственного дыхания. Женщина с ним сражалась, отчаянно стараясь дышать самостоятельно. Аппарат отвечал тревожными сигналами и игнорировал ее усилия, пытаясь вогнать в заданный ритм дыхания. Обе руки женщины были закреплены зажимами. Ординатор прокалывал ей руку, чтобы вставить в лучевую артерию пластмассовый катетер. Вторая рука пациентки была утыкана иглами капельниц. Вздутия свидетельствовали о нескольких сделанных ей уколах. Там же находилась и медсестра, пытавшаяся успокоить женщину. Пациентка была в полном сознании. Ее лицо выражало неописуемый ужас. Она походила на подопытное животное.

— Это Нина Восс, — сказал Аарон.

Эбби молчала. Ее ошеломил ужас в глазах женщины.

— Ее привезли восемь часов назад, и почти сразу же ее состояние начало ухудшаться. В пять часов у нее останавливалось сердце. Желудочковая тахикардия. Двадцать минут назад снова остановилось сердце. Пришлось делать интубацию. Сегодня вечером ее должны были оперировать. Команда была готова. Операционная — тоже. Я уже не говорю о пациентке. И вдруг мы узнаём, что донора отправляют на жатву намного раньше, чем установлено графиком. А потом оказывается, что сердце, которое должны были пересадить этой женщине, украли. Слышите, доктор Ди Маттео? Украли!

Эбби молчала. В оцепенении она могла только смотреть на все, что происходило внутри пятого отсека. В это мгновение Нина Восс подняла глаза, и их взгляды встретились. Глаза, полные боли, взывали о милосердии. Это было как удар.

— Мы не знали, — прошептала Эбби. — Мы и предположить не могли, что она в критическом состоянии…

— Вы понимаете, что будет дальше? У вас есть хоть отдаленное представление?

— Но тот парень… — пробормотала Эбби. — Его спасли.

— А что будет с этой женщиной?

Эбби не находила слов для ответа. Что бы она сейчас ни сказала, какие бы аргументы ни привела в свою защиту, это не могло ни облегчить, ни оправдать страданий пациентки по другую сторону стекла.

Эбби едва заметила мужчину, вышедшего из сестринской. Мужчина направился в ее сторону. Только услышав: «Она и есть доктор Ди Маттео?», Эбби вгляделась в его лицо. Этому человеку было за шестьдесят. Высокий, хорошо одетый, он принадлежал к тому типу мужчин, само присутствие которых требовало внимания.

— Да, я Эбби Ди Маттео, — тихо сказала Эбби.

Стоило ей представиться, как глаза мужчины вспыхнули нескрываемой яростью. Эбби невольно попятилась. Мужчина надвигался на нее. Его лицо потемнело от гнева.

— Значит, вы — вторая, — бросил он. — Вы и та паршивая китаеза!

— Мистер Восс, прошу вас, — осторожно проговорил Аарон.

— Думаете, меня можно водить за нос? — заорал на Эбби Восс. — Можно издеваться над моей женой? Вам это так просто не сойдет… доктор. Будьте вы прокляты! Я позабочусь, чтобы вы ответили сполна!

Сжав кулаки, он шагнул к Эбби.

— Мистер Восс, уверяю вас, мы поступим с доктором Ди Маттео по законам медицинской этики, — лепетал Аарон.

— Я требую, чтобы ее вышвырнули из вашей больницы! Я больше не желаю видеть ее физиономию!

— Мистер Восс, я вам очень сочувствую, — начала Эбби. — Вы не представляете, как я вам сочувствую.

— Уберите ее прочь от меня! — заорал Восс.

Аарон поспешил встать между ними. Крепко взяв Эбби за руку, он потащил ее к выходу из отделения.

— Вам лучше уйти.

— Если поговорить с ним, объяснить…

— Настоятельно прошу вас немедленно покинуть отделение.

Эбби оглянулась на Восса. Тот замер у стекла пятого отсека, будто страж. Можно было подумать, что его жене отовсюду грозит опасность и он — ее единственная защита. Эбби впервые видела столько ненависти во взгляде. Какой тут разговор, какие объяснения?!

— Я ухожу, — сказала она Аарону и быстро пошла к выходу из отделения интенсивной терапии.

Через три часа на Таннер-авеню остановилась машина. Стюарт Сассман выключил мотор и некоторое время сидел в салоне, разглядывая дом под номером 1451. Дом был весьма скромного вида, с темными ставнями и крытым парадным крыльцом. Участок окружал забор из белого штакетника. Было темно, и двора Сассман почти не видел, однако интуиция подсказывала, что здесь любят порядок. Наверняка и трава подстрижена, и сорняки на клумбах выполоты. В воздухе слабо пахло розами.

Сассман вышел из машины, прошел через калитку и поднялся на крыльцо. В доме горел свет, а сквозь зашторенные окна были видны движущиеся силуэты его обитателей.

Он нажал кнопку звонка.

Дверь открыла пожилая женщина. Усталое лицо, усталые глаза, ссутулившиеся плечи. Чувствовалось, на эти плечи свалилось большое горе.

— Что вам угодно? — спросила женщина.

— Простите, что побеспокоил вас в столь позднее время. Меня зовут Стюарт Сассман. Я мог бы переговорить с Джозефом Террио?