Шрифт:
Эдуард Караш
ЖАРА...
Сто пять в тени по Фаренгейту, Жара над Хьюстоном повисла, Шуршит машина по проспекту, Лениво шевелятся мысли...
Зелёный..., жёлтый...
– не успею...
На красный прёт, козёл безрогий,
Свернут тебе, любезный, шею
Научат уступать дорогу...
Подумаешь, на "Ягуаре", Мой "Олдсмобиль" ничуть не хуже, Иль заговорен от аварий... Иль баба к френду жмёт от мужа...
Ну, вот и тронулись... Похоже,
Жара загнала всех под крышу,
Есть улицы, но нет прохожих
Жизнь только там, где есть кондишн.
...Здесь нет ни сирых, ни голодных, Богатые - не исключенье, Но мне их жаль, всех поголовно, Кому "тойоты" служат тенью,
Они тоски не понимают
Русскоязычного "ковбоя",
Довольно смутно представляя
Пейзаж заснеженной зимою.
Я из Баку, я рос у моря, И сорок лет был с морем дружен, Где на десятках акваторий Напор нефтяников был нужен...
Я из Баку - к жаре привычный,
Там сорок Цельсия в июле,
А минус тридцать пять - обычный
Морозец где-то в Барнауле.
...Я видел знойную пустыню И саксаулы Кара-Кумов, И "дикий брег", где у стремнины "Сидел Ермак, объятый думой"...
...По Ленинграду мы с любимой
Бродили белыми ночами,
На Волге коротали зимы
В избушках с русскими печами...
Меняли пляжи Черноморья На холод Балтики янтарной, И кисловодские предгорья На гомон Грузии базарный.
...Летал и в Мурманск и в Приморье, В Сибирь, к туркменам - ведь обычно Нефть с газом добывают в море Да и у чёрта на куличках...
... В жару нам хочется мороза,
В мороз - сменить бы время года,
Средь пальм мечтаем о берёзах,
И тут уж ни при чём погода...
Ну вот, я вспомнил о далёком, А кто-то скажет - ностальгия, Нет, память всё хранит без срока, Пока мы помним - мы живые...
И нет о прошлом сожаленья
Лишь светлые воспоминанья
Мозг защищают от плавленья...
Стоп... красный светофор, вниманье...
Июль 2000