Чтение онлайн

На экране появилось изображение девочки, которая читала вслух, а мальчик, что сидел рядом, лепил фигурки из пластилина.

– Да, нормальные. Ничем не отличаются от остальных детей, рожденных от матери, – сказала Кира. – Поэтому мы и выдвинули теорию «зерна».

– Зерна?

– Как угодно можно это называть. Но на практике получилось, что дети, зачатые и выращенные в инкубаторе, не обладают главным – человеческим сознанием. Они рождаются животными.

От этого вывода Денису стало противно, и он непроизвольно поморщился. За спиной с легким шипением открылась входная дверь, Валерия повернулась и пошла навстречу вошедшему мужчине.

– Добрый день, Яков.

– Здравствуй. Думаешь, он добрый, этот день?

– Хочется в это верить.

– Есть успехи?

Яков почти каждый день появлялся в институте, это была его обязанность. Он был связующим звеном между учеными и советом основных акционеров института.

– Нет, – коротко сказала Валерия.

– Завтра заседание правления, мне надо им хоть что-то сказать.

– Это тебе не растения, это…

– Знаю, но пятнадцать лет…

– За это время мы смогли научиться выращивать, это само по себе большой прогресс.

– Им нужны здоровые дети, а не лысые обезьянки, – Яков посмотрел на монитор с камеры наблюдения.

– Нам нужно время, ты же знаешь. Мне кажется, что мы где-то очень близко. Ходим рядом, вот только не можем пока понять, что ищем.

– Мне нужно твое одобрение, чтобы ввести мальчика в курс дела, – сказала Валерия, обращаясь к Якову.

– Похоже, ты уже все решила.

– Да, но все же формальность.

– Я согласен, если он останется тут.

– Думаю, с этим проблем не возникнет. У него есть потенциал, он увидел то, от чего другие отмахивались.

– Все думаешь про «зерно»?

– Не знаю, может, мы и ошибаемся, но надо попытаться.

– Хорошо, действуйте. А волков, – так Яков говорил про совет директоров института. – Я возьму на себя.

– Спасибо тебе.

Мужчина развернулся быстро пошел к выходу.

– Влас, покажи.

Валерия прошла в конец зала, где стояло несколько кресел и шлемов ИБС для погружения в мир Врадж. Рядом стояли приборы и несколько досок, на которых были написаны формулы программирования. Денис остановился и стал внимательно считывать показатели с мониторов, они были ему знакомы. А после развернулся и бегло просмотрел, что было написано на доске, взял маркер и, подойдя к ней, стал зачеркивать надписи.

– Что ты делаешь? – возмутился Влас.

Валерия промолчала, но рукой остановила Власа, а Денис, уже не обращая ни на кого внимания, делал свои пометки на доске.

– Это неправильно. Если следовать этому алгоритму, его не поймать, он уйдет. Вот тут нужно сузить, а здесь он падает, – Денис быстро перечеркал почти половину записей, положил маркер, повернулся к Валерии и спросил. – Кто это писал?

– Я, – смущенно сказал Влас и, подойдя поближе к доске, сделал несколько своих поправок. – Так, наверное, лучше.

– Это код фантома?

– Есть гипотеза, мы не можем ее опровергнуть и не можем доказать, – начала Валерия. – Землю окружает эфир. Нет приборов или каких-то научных доказательств. Но этот эфир хранит в себе знания человечества за всю его историю существования. И возможно, в эфире хранятся знания, что нам еще не даны. Также есть гипотеза «зерна». «Зерно» – это споры, мы их не видим и не можем определить никакими приборами. Нас «зерна» окружают повсюду, они проходят сквозь нас. Эти «зерна» несут частичную информацию из эфира. И если у человека приживается такое «зерно», он получает вторую личность. Человек может помнить то, чего с ним никогда не было. Руис Сафон говорил на языке, который давно исчез, а Христиан Гофман описывал страны, которые еще не были открыты. Джеймс Грегори написал формулы, смысл которых стал понятен только спустя 120 лет. А Престон Лилиан разговаривал на семи языках, которые никогда не изучал. Примеров сотни. Также есть раздвоение, растроение личностей. Психологи говорят, что это болезнь, а что если в человеке прижилось несколько «зерен» со знаниями людей, которые раньше жили?

– Постойте, постойте, – замотал головой Денис. – Вы хотите сказать. Что есть эфир знаний, и есть некие «зерна», которые могут их переносить?

– Это гипотеза.

– Ладно, пусть так, значит, у каждого человека есть такое «зерно». Но откуда оно берется?

– Ты видел отчеты нашей работы. Эмбрионы, зачатые в инкубаторе, не обладают разумом. Но эмбрионы, зачатые в живом человеке, а после выращенные в инкубаторе, родились с сознанием человека.

– Но это может быть случайностью, – сказал Денис.

– Боюсь, что нет.

– Значит, вашим эмбрионам не хватает «зерна»?

– В теории да, – спокойно сказала Валерия и показала рукой на кресло с ИБС, который уже настраивал Влас.

– А если так. То яйцеклетка в организме матери, когда начинает жить и делиться, получает как бы от нее «зерно». Я верно понимаю?

– Да, но только мы не можем этого доказать и не знаем, когда это происходит. И делится это «зерно» или попадает извне. Все это только теории.

– Но выходит, по вашим экспериментам, это уже не теория, а факт.

– Даже если это так, – сказал Влас, – нам нужно то самое «зерно», о котором идет речь, а его как раз у нас нет, если не считать вот этого, – он показал рукой на кресло со шлемом ИБС.

В соседнее кресло села Валерия и кивнула Денису, приглашая и его присоединиться.

– Оно там?

– Вот мы и хотим узнать, – сказал Влас и тоже сел в соседнее кресло.

– Стоп, а при чем тут Врадж и «зерно»? Оно ведь не есть в цифровом виде, оно ведь должно быть чем-то иным.

– Чем? – поинтересовалась Валерия.

– Ну, не знаю…

– Расслабься и наслаждайся поездкой, иначе мне придется тебя убить, – пошутила Милена и надела Денису на голову шлем ИБС.

Сознание Дениса незаметно из лаборатории института перенеслось в мир Врадж. Ему нравилась сама идея цифрового мира, сам часто бродил по уровням и смотрел на чистые города. Но сейчас Денис оказался на вид в той же самой лаборатории, но это было не так.

– Идем.

Он увидел знакомое лицо Валерии и подошел к женщине, тут же буквально из воздуха появился Влас.