Чтение онлайн

Сопротивление окажется слабым, если будет вообще. Армии обеих провинций смехотворны. А что, если даже возникнут проблемы? Серый маг и король Амильтон поддержат его собственными силами.

— Вы победите, мой принц, — пообещал Мирвелл. — Вы непременно победите.

«Конечно, — подумал он, — если Иммерез сумеет остановить этого зеленюгу вовремя».

Первую дурную примету Стевик Г'лейдеон увидел, въехав на гнедом жеребце в ворота Селиума. На обочине стояла телега могильщика. Запряженная в нее старая кляча дремала на солнышке, не обращая внимания на тучи мух, жужжащих вокруг ее слезящихся глаз, и на неприятный груз, прикрытый одеялом.

Могильщик, старик с короткой бородой, прислонился к телеге. Его рваная одежда — дырявые штаны и поношенный жилет — была покрыта грязью, будто он только что копал могилу. Стевик Г'лейдеон, облаченный в великолепное одеяние, сшитое из лучших тканей у самого модного портного, наморщился.

К старику подошла женщина в зеленом. Волосы цвета яркой меди тугой косой падали на спину. На левом рукаве туники красовался вышитый золотом крылатый конь, а на боку висела сабля.

Можно почуять, что в той телеге, прямо отсюда. Стевик мрачно улыбнулся своему давнему товарищу Севано, трусившему рядом на серой кобыле.

Когда я думаю о Селиуме, мне представляется не такое — проговорил он. — Я удивлен, что этого могильщика вообще пропустили через ворота.

Когда они проезжали мимо злополучной телеги, женщина приподняла одеяло и закрыла лицо руками. То ли она пришла в ужас, увидев тело знакомого, то ли пыталась защититься от трупного запаха, сложно сказать.

— Нашел его на обочине дороги, — хрипловатым голосом говорил могильщик. — Тело немало там провалялось, полагаю. И бросить бы его, но я не такой. Некоторые, не думая, оставили бы труп гнить себе, когда некому заплатить за похороны. Ну а я могу предложить вам прекрасный сосновый гроб, коли хотите.

— Не было ли рядом с ним коня? — как ни странно, спросила женщина.

— На много миль ни единой лошаденки, только моя старая кляча, капитан. Ну так как насчет гроба-то?

Женщина отпустила одеяло и схватила старика за грудки. От встряски у того выпучились глаза, а руки безвольно заболтались по сторонам.

— А рядом с телом ничего не лежало? — спросила она. — Какая-нибудь сумка или другие вещи?

— Н-нет! Ничего…

Стевик и его спутник подстегнули лошадей, чтобы побыстрее проехать мимо неприятной сцены. Через некоторое время купец натянул поводья и обернулся. Могильщик исчез, а женщина все стояла, держа на уровне глаз две стрелы и тревожно хмурясь.

Севано перехватил взгляд Стевика.

— Зеленый Всадник, — пробормотал он. — Как воронье перед бурей, вечно привозят дурные вести.

Порой действительно складывалось впечатление, что посланники короля привозят лишь плохие новости — от войн, болезней и смерти до новых налогов. Некоторые считали, что встреча со Всадником сулит неприятности. Стевик же знал и другое. Много лет назад Зеленый Всадник привез от королевы Изен указ о создании клана Г'лейдеон. Всадник остался у них на церемонию основания клана и оказался приятным собеседником на последовавшем пиру.

Стевик и Севано проехали через дневную толкотню Селиума. Мастера вовсю торговали своими изделиями, а туристы глазели по сторонам и слушали уличных музыкантов, которые исполняли баллады за пару медяков. Из вентиляции бань струился пар. Несмотря на высокие цены, написанные мелом на табличках, снаружи собирались долгие очереди, бизнес процветал. Если бы не горячие источники, город был бы куда беднее.

Среди толпы сновали студенты, добавляя ей пестроты.

Мелькала синяя, зеленая, бордовая, золотая и коричневая форма, ученики сидели на ступенях музеев искусств, обменивались записками, сплетничали и рисовали. Некоторые уже погрузились в игру «Интрига». Вокруг ворковали голуби, клевавшие крошки.

У Стевика странным образом защемило в груди — ему всегда хотелось учиться здесь. В молодости купцу не хватало денег, чтобы получить образование в Селиуме. И неудивительно — его семейство влачило существование на те жалкие гроши, которые добывали благодаря морю, а оно изменчиво. Стевик сызмальства умел управлять рыбацкой лодкой и вытягивать полные сети вместе с братом и сестрами. Каждый день потроша и чистя рыбу, он мечтал — о как мечтал! — что Золотой Хранитель будет искать скрытые таланты в их бедной деревушке и заметит его…

Увы, мечта осталась мечтой, поскольку Золотому Хранителю не пришло в голову забрести в такую дыру. Стевику же жизнь рыбака представлялась не самым желанным будущим, и, не в силах выносить более вонь мертвой рыбы и вечную чешую, липнущую к коже, он сбежал.

Итак, вместо утонченного образования, искусств и истории рыбацкий сын поступил в школу жизни и постигал ее премудрости от тех купцов, которым служил. Он научился читать и считать — первый же работодатель проследил за этим — и посетил такие земли, о которых и не мечтал. И все же ему хотелось получить классическое образование.

Посреди вечного праздника жизни на селиумской ярмарке поглощенный собственными воспоминаниями Стевик умудрился почти забыть о неприятном деле, приведшем его сюда. Разумеется, обвинения против Кариган были по меньшей мере нелепыми, и купец собирался уладить все с деканом Гейером. На худой конец, Гейера убедят деньги.

По воздуху летели розовые лепестки яблонь, а вместе с ними аромат куда приятнее трупного запаха тела у ворот. Стевик отправился в путь налегке, поборов искушение прихватить с собой целый обоз с товарами, раз торговый сезон начался. В это время на людей находило настроение покупать. Но проблемы дочери были куда важнее, поэтому любящий отец торопился изо всех сил, забрав с собой лишь Севано. Несмотря на весьма почтенный возраст, тот оставался хорошим бойцом и, что важнее, преданным другом. Они двинулись по реке Грандент из Корсы на одной из собственных барж Стевика. Для скорости ее не загрузили товарами. От реки до Селиума было всего два дня.

Купец отправил Севано бронировать комнаты в «Лютню и бубен», любимую гостиницу в городе. Стевику она нравилась за чистоту и горячую воду — ее доставляли прямо из знаменитых горячих источников. Каждый вечер в общей зале выступали студенты. Гостиница предоставляла возможность будущим менестрелям потренироваться, а заодно заработать пару медяков, а то и серебряных монет.

Стевик надеялся, что Кариган почувствует призвание к музыке, но, увы, ее совсем не влекло к ней. К чему дочь влекло, оставалось загадкой, хотя декан Гейер намекал в письме, что к одним неприятностям. Стевик смял то послание и швырнул его в огонь. Его дочка упряма, как осленок, однако очень умна. Надо только научиться направлять ее энергию в нужное русло.