Чтение онлайн

Услышав знакомое уже бормотание-напевание, девушка обернулась и увидела, как Эджмон исчезает в белизне, быстро переступая ногами.

— Эджмон! Подожди!

Кариган бросилась за ним, и все же, как бы быстро она ни бежала, нагнать хранителя не смогла. Глава могильщиков делался все меньше и меньше, расстояние между ним и девушкой увеличивалось, а его бессмысленный напев делался тише, пока не смолк совсем.

— Эджмон! — снова закричала Кариган. Тяжелый белый воздух заглушил ее слова.

За ее спиной опять бесшумно заклубился туман, заслоняя погребальные плиты. Когда он исчез, вокруг не осталось ничего, кроме бесконечной белизны.

Сбив дыхание, Кариган без сил присела на белую землю, поджав ноги и положив голову на колени. Так она сидела довольно долго, отдыхая и стараясь победить отчаяние. Может быть, прошло несколько минут, пока девушка сидела так. А может — много часов.

Наконец Кариган поднялась и пошла вперед. Ей оставалось лишь идти вперед по бесцветной равнине. Под ногами хрустела короткая белая трава. Больше ничего не было заметно. Девушка невольно задумалась, не идет ли она на месте — настолько вокруг ничего не менялось.

Тут Кариган вспомнила о веточке мирики, лежащей во внутреннем кармане плаща, и вытащила его. Этот дар должен был напомнить ей об огромном северном лесе и зеленых, живых деревьях. Он должен был напомнить ей о друзьях.

Веточка мирики побеждала блеклость этого мира, и Кариган жадно смотрела на нее. Девушка растерла гладкий лист между пальцами. Его сладкий запах будил воспоминания о ярких синих глазах сестер Флорес, похожих на голубику, о зеленых иголках огромной сосны, высящейся над Абрамом Растом, о запахе земли в лесу после дождя, об аромате сосновой хвои, нагретой солнцем…

Кариган ликовала от пробуждения чувств, от прикосновения к чему-то настоящему в этой тусклой реальности.

Словно в ответ на душевный подъем белизну прорезало черное пятно. Девушка заторопилась вперед. Пятно приближалось так быстро, будто Кариган не бежала, а неслась длинными прыжками. И вот перед ней возникли две фигуры, согнувшиеся над низким столиком.

Кариган приостановилась, и ее надежда обратилась в отчаяние. На одном стуле сидел Амильтон, а на другом — эльт. Третий стул пустовал. Казалось, вся мебель сделана из обыкновенного дерева. На столе было расставлено поле для игры в «Интригу». Как и веточка мирики, фигуры сохранили свои настоящий цвет — синий, зеленый и красный.

Амильтон склонился над армией красных фигур, его взгляд метался по доске. Принц нервно потирал руки, затем потянулся за фигуркой, заколебался и отдернул ладонь, бормоча что-то себе под нос и не подозревая о присутствии Кариган. Тенилл, напротив, сидел, небрежно откинувшись на спинку стула и с интересом ожидая, пока девушка приблизится.

— Не присоединишься ли к нам? — спросил он.

Кариган поудобнее взялась за рукоять сабли.

— Почему мы здесь?

Эльт ослепительно улыбнулся. Здесь он не был раненным и окровавленным, как в их прошлую встречу на месте Утраченного Озера; не походил эльт и на призрака, стоявшего за спиной Амильтона в тронном зале.

— А ты поверишь? — спросил Тенилл.

— Я сама буду судить, правду ты говоришь или нет.

— Тебе не понравится то, что ты услышишь.

— А ты просто объясни, — сказала Кариган.

— Хорошо, — негромко проговорил эльт. — Своими действиями ты освободила дикую магию, и она разорвала стену между мирами. В общем, сюда нас перенесла ты.

— Что значит «между мирами»?

— Это место — проход. Он не принадлежит ни земле, ни небесам, куда отправляются души смертных. Ты касалась его и прежде, когда ехала с призраками. Но только с краю. Ты не пересекала границу полностью. Многие попадают сюда во сне. Или умирая. Некоторые умудряются отыскать путь при помощи магии, хотя подобное случается крайне редко. Это место не всегда плотное, а частично состоит из образов и символов.

— Я не верю тебе.

— Как хочешь, — пожал плечами Тенилл. — Только я думаю, что брошь капитана Мэпстоун подтвердила бы истинность моих слов. А как по-иному объяснить все это?

Брошь исчезла и не подсказывала больше Кариган. И в любом случае это не имело значения. Главное — выбраться из этого места, отправившись на помощь к королю.

— А как нам вернуться? — спросила девушка.

Тенилл мелодично засмеялся, издеваясь над ней.

— И ты поверишь моему ответу? Ты, которая не поверила в рассказ о том, куда мы попали? — Кариган яростно посмотрела на эльта, и Тенилл перестал смеяться. Он наклонился вперед и нахмурил брови, напустив на лицо самое серьезное выражение. — Чтобы выбраться отсюда, мы должны закончить игру. Тебе следует сесть и продолжить партию. Вот удобный стул. — Он указал на свободное место.

Кариган не обратила внимания на предложение эльта, но оглядела доску. С одной стороны выстроились зеленые фигуры. Девушка всмотрелась и заметила, что черты лиц ей знакомы. Одна фигурка несла большой топор на плече. Абрам Раст. Мисс Мирика опиралась на трость. Сомиал, Мягкокрыл, мастер фехтования Рэндл, маленький мальчик Дасти и прочие заняли свои места. Король Захарий восседал на зеленом троне. За его спиной стояли Клинки, не выпуская рукояти мечей. Капитан Мэпстоун и Берилл Спенсер стояли друг напротив друга, обнажив мечи.

Несколько фигур лежали в положении «мертвых»: Ф’риан Коблбей, Джой Овервей, многие Зеленые Всадники, Клинки и солдаты.

Фигуры Амильтона состояли из мирвеллских солдат и наемников. Там был и однорукий капитан Иммерез рядом с Сарджем и Турсгадом. Мирвелл повернулся лицом к капитану Мэпстоун и Берилл Спенсер. Джендара остановилась в стороне от дерущихся.

Точная копия Амильтона восседала на красном троне, а Тенилл — на синем. Две фигурки были связаны между собой нитью черной энергии. Перед ними виднелась еще одна участница событий. Кариган не надо было даже всматриваться, чтобы догадаться, кого изображает эта фигура.

Войско Тенилла выстроилось вдоль границ владений зеленого короля. Там были громиты и прочие чудовищные твари с жуткими мордами, крыльями и когтями. Это были, без сомнения, выходцы из Канморан Вейн.

— Я не хочу играть, — сказала Кариган.

— А я думал, ты хочешь выбраться отсюда, — сказал Тенилл. — Для этого тебе надо победить.

— Нет.

— Нет? Ты — Триада и всю игру была непредсказуема. Никто из нас не знал, как с тобой бороться, — ни Мирвелл, ни Амильтон, ни я. Один Захарий умудрился заманить тебя на свою сторону еще в самом начале.