Чтение онлайн

Обменивались выпадами с колдуном, Кариган ждала подходящего момента. И этот момент наступил, когда Тенилл нанес особенно сильный удар.

Девушка пошатнулась, упала на колени, словно ее оглушило.

Она посмотрела на серого всадника снизу вверх невидящими глазами, дыхание остановилось, меч опущен, как у просящий пощады. Тенилл торжествующе рассмеялся и рубанул своим мечом, как топором, сверху вниз, намереваясь рассечь противницу пополам.

Кариган с воплем сдерживаемой ярости мгновенно схватила эльта за талию. Меч просвистел слишком далеко, чтобы достать ее. Она сбила чародея с ног и откатилась сама.

Быстрый, как кошка, Тенилл моментально поднялся; уловка не удалась, и теперь он ожидал от соперницы чего угодно.

Инстинкты самосохранения, выручавшие девушку прежде, умолкли, уступая место чувству беспомощности и страшной усталости. Кариган поняла, что долго ей не продержаться, и по блестящим глазам Тенилла было ясно, что и ему это прекрасно известно.

Свет Лаурелина был создан много эпох назад, чтобы противостоять тьме, бороться с ней и побеждать. Тысячи лет назад эльтские воины Союза шли в бой с сияющими мечами отражать натиск сил зла. Ни тогда, ни теперь свет не мог уступить дорогу тьме.

Когда Кариган охватило отчаяние, клинок лишь загорелся сильнее. В девушке вновь вспыхнула надежда, будто и сама вестница была частью этого света. Все вокруг залило, сияние ярче солнца, и призраки побледнели. Торжество на лице Тенилла сменилось неуверенностью, а Кариган прыгнула вперед.

Девушка изо всех сил рубанула по клинку противника. Последовала вспышка, превзошедшая яркостью чистый лунный луч, — окружающее затопила ослепительная белизна.

Кариган сделала выпад, разрубив плоть чародея. Тенилл отшатнулся. В одной руке он держал сломанный меч, а другую прижимал к животу, чтобы кишки не вывалились наружу. Он открыл было рот, но вместо слов наружу полилась кровь.

— Ты недооценил волю смертных к жизни, — проговорила Кариган, тяжело дыша. — Ты недооценил вообще все.

Однако прямо у нее на глазах плоть вокруг распоротого живота начала срастаться, заживать под рукой Тенилла. Хотя из губ колдуна по-прежнему лилась кровь, он сумел произнести:

— А ты недооценила могущество темных сил, девчонка. Твой лунный луч — ничто.

Словно разозлившись, световой меч превратился в яркую сияющую сферу. Из нее полились бесчисленные лучи, обшаривающие окрестности. Тенилл выронил ставший бесполезным меч, прикрыл рукой глаза и попятился. Как и ночью серебряной луны, когда Кариган видела мага по пути с бала, его словно бы прикрыл черный щит. Только на сей раз щит был явно неустойчив, то утолщаясь, то утончаясь. Чем больше колебалась черная завеса, тем настойчивей пытались пробить ее лунные лучи. И вот им это удалось.

Тенилл закричал, и серая туника потемнела от крови. Он шагнул назад, все еще зажимая не до конца зажившую рану одной рукой, а другой бешено размахивая, будто пытаясь отогнать рой пчел. Из леса показался серый конь, и маг захромал к нему, продолжая сражаться с лучами.

Тенилл заполз на спину коня, как раненый паук, и послал скакуна в галоп. Лучи устремились следом за ним в лес.

Духи-рабы жалобно завыли и исчезли. Призраки Зеленых Всадников слились воедино и поблекли. Далеко в долине капитан с удивлением увидела, как напавшая на нее Берилл уронила меч на середине замаха.

Кариган на мгновение закрыла глаза. Открыв их вновь, она посмотрела на свою ладонь. Лунный камень превратился в горстку обломков хрусталя, сияющих на солнце. Луч исчез навсегда. Девушка сложила осколки в бархатный мешочек.

Кариган склонилась над Алтоном Д'Иером, убрала с бледного лица юноши прядь волос. Он едва дышал и все-таки был еще жив, несмотря на торчащую из бока стрелу. Девушка не знала, как помочь товарищу, и могла лишь держать его за руку и тихо, ободряюще беседовать с ним, не будучи уверенной, что он вообще слышит ее.

Через некоторое время к ним поднялась капитан Мэпстоун, ведя в поводу коня. Зеленую форму покрывали пятна крови — по большей части вражеской, решила Кариган, хотя видела ужасный порез над бровью Ларен, из-за которого лицо Всадницы напоминало алую маску. Капитан устало посмотрела на девушку, на двух коней вестников и распростертого на земле Алтона Д'Иера, бросила поводья своего скакуна и опустилась на колени рядом с юношей.

— Он все еще жив, — с удивлением отметила она, вырвала из бока стрелу и быстро заткнула рану кусочком ткани. — Сама по себе рана — пустяк, но кто знает, какое зло таят в себе эти стрелы? Парня бьет лихорадка.

— Отдайте ее мне.

— Что? — Капитан Мэпстоун непонимающе посмотрела на протянутую руку Кариган.

Стрелу, — пояснила девушка. — Дайте ее мне.

Капитан глянула на нее с сомнением, но, заметив решительное выражение лица Кариган, послушалась. Девушка неохотно взяла стрелу, чувствуя исходящую от нее ауру смерти и мучений. Не дожидаясь, покуда эта аура повредит ей, победительница Тенилла сломала древко об колено.

— Что? — приподняла бровь капитан, но когда Алтон закашлялся и застонал, снова повернулась к нему.

Кариган, постепенно спускаясь, брела по долине среди груд трупов по скользкой от крови траве. Изрубленные тела смотрелись особенно страшно рядом с красивыми люпинами, покачивающимися на ветру. Мертвых сакоридцев отделили от громитов. Девушка оторвалась от созерцания зрелища смерти и принялась искать пронзенных черными стрелами. Стоило ей найти это оружие Тенилла, как она ломала его.

Бросив наземь обломки последней стрелы, Кариган обнаружила, что стоит рядом с королем Захарием. Тот опустился на колени среди убитых сакоридцев и плакал, закрыв лицо рукой. Другая висела, повернутая под странным углом, — видимо, ее сломали. Неподалеку лежали рядом шесть маленьких белых тел, включая веселого терьера Хвата.

Кариган отвернулась, не желая смущать короля в его горе, и отправилась к Кондору, стоявшему у края поля битвы с низко опущенной головой. По пути девушка споткнулась о громитский щит с изображением черного высохшего дерева. Что мог означать этот символ, она не знала, да и слишком устала, чтобы размышлять об этом.

Кариган проснулась от собственного крика. Солнце опускалось за западный хребет, бросающий длинные тени на колышущиеся травы и люпины долины Утраченного Озера, некогда звавшегося Зеркало Луны, Индура Луин. В небе кружили вороны, ожидая, пока им дадут опуститься на поле битвы. Падальщикам не терпелось отведать мертвечины. Кариган стало зябко в сгущающихся сумерках, и она поежилась.