Чтение онлайн

— А жалко. Я придумал панковскую песню — ты не пей из унитаза, там бациллы и зараза.

— А умеешь играть на гитаре?

Глава 4

Про гитару

Как Сява покупал себе гитару и вообще как всё началось. И как учился!

Была некоторая сумма денег и вопрос — на что потратить, на электрогитару или на электродрель? Дрелью мозги можно людям сверлить, да ведь не везде подключишь. Дома же и так просверлены, и у Сявы, и у его папы. Разрушение клеток головного мозга приводит к их обновлению — новая теория. Нобелевская премия в скором будущем. Это озаботило Николая:

— Там речь толкать на шведском или английском? Надо срочно засесть за словари!

Сява тогда записался в библиотеку имени Салтыкова-Щедрина, что на бульваре Леси Украинки, взял стопку словарей и с ними исчез. Потом приходит письмо из библиотеки — мол, отдайте книги. Второе, третье. Пошел Сявын папа разбираться — распыжившись, воняя на три метра потом, стучал книжкой о прилавок перед очкастой пожилой библиотекаршей, слюной брызгал и кричал, что учится, а на ученье нужно время. А на продление времени не было — они с сыном вместе учатся и готовятся ехать в Швецию. Вы говорите с будущем лауреатом. Как каким? Премии мира, конечно. Нет, биология. Специализируемся на цитологии, науке о клетках.

— Я известный в определенных кругах цитолог! — сообщил сявын папа и с размаху долбанулся об доску головой, так что у библиотекарши авторучки в пластиковом стакане подскочили.

— Верните нам книги и мы не возьмем штраф, — попросила притихшая библиотекарша.

— Я сам могу штраф выписать! Много воли вам дали!

Решили купить электрогитару.

— Только ты не играй тяжелый рок, — сказал Сяве папа, — он разлагает человека и пагубно влияет на психику. Учи лучше такой жанр музыки, как вок!

— А что такое вок? — спросил Сява.

— То же, что и рок, но его сочиняют духовно богатые люди, — ответил папа, — Вок! О нем мало кто знает. Жанр для избранных.

Отправились в музыкальный магазин — отдел в том же «Детском мире», на третьем этаже. Лежат на полках за стеклом всякие бубны, барабанные палочки, струны в пакетах, книжки с аккордами. На стенке в несколько рядов, один над другим, висят гитары разного калибра. Акустические, басовые, обычные электро. От них пахнет лаком и деревом. В закутке, за компьютером, сидит продавец.

— Какую гитару вы посоветуете для вока? — обратился Николай к нему.

Через полчаса Сява скакал домой на гитаре, зажав её между ногами, как ребенок палку. Николай нес следом комбик — динамик, совмещенный с усилителем в одном корпусе, и белый фирменный кулек с кабелями.

— Теперь нужно найти учителя, — сказал сыну Николай.

Учитель звали Олег Беседин. Отыскался он по объявлению на столбе. Беседин был с небольшой бородкой — соль с перцем, и такими же волосами, взятыми сзади в хвост. Снабдив гостя долгими кожаными тапками допотопной свежести, Беседин проводил Сяву в кухню, где усадил на шаткий табурет. Со всех щелей любопытно глядели тараканы. Из крана в немытую тарелку капала вода. На плохоньком столе, блюдце было украшено желтым, начавшим загибаться куском сыра. В газовой колонке гудело и колебалось синеватое пламя.

Беседин вышел и вернулся со своей гитарой — сел на табуретке напротив, взялся за гриф паучьими пальцами. А Сяве сказал:

— Хорошо, что ты принес гитару с собой, но почему она без чехла?

— А разве нужно?

— Да ты что? Гитара — это оружие музыканта. Представь, если бы рыцари не прятали свои мечи в ножны. Снег, дождь! Приобрети в ближайшее время чехол, очень тебя прошу.

— Хорошо, я обязательно куплю! — пообещал Сява.

— Так, давай начнем. Хотя мы пообщались по телефону, напомни мне — ты когда-нибудь пробовал играть? Знаешь аккорды?

— Нет.

— Тогда и настраивать наверное не умеешь?

— Я хочу играть музыку в стиле вок и хэви-метал, и чтобы делать это, готов на всё! Буду учить аккорды и как настраивать!

Тут Сява вскочил с гитарой наперевес и, вращая рукой, нанес несколько ударов по струнам. Неподключенная электруха тихо затренькала.

— Ого! Какой энтузиазм! — Беседин рассмеялся.

С проломленной розовой дырой в голове он представился Сяве, на секунду, в замершей грёзе. Надо было помотать головой, чтобы видение стряхнуть. Сказал:

— А вы мне аккорды покажете?

— Конечно. А еще я научу тебя читать табулатуры.

Научишь конечно!

Глава 5

Как несладко пришлось директору

— Почти пришли, — Сява указал Никодиму Петровичу на свой дом, панельную хрущовку, вросшую основой в палисадник. Николай, отец Сявы, высадил тут растения — красный перец и табак. Всегда пригодится.

Сяве пришло на ум похвастаться:

— Мой отец как и вы.

— Что ты имеешь в виду?

— Несет культуру. Он ходит с пилой и режет людям телевизионный кабель. Потом только починят — он опять ходит и режет. Так люди читают больше книг и могут ходить в кино и театры.

— Признаться, мне тоже иногда подобные идеи лезут в голову! — ответил директор, улыбаясь.

Квартира Савченко была на первом этаже, без балкона, с окнами, наглухо завешенными тяжелыми пыльными шторами. Форточки закрыты, краска на рамах почернела, потрескалась. А вы больше мыслей об асфальт, тогда, может, окрасится мир цветами радуги?

Обошли дом — вход со двора. Сява галантен — набрав на двери код, пропускает директора — только после вас! В парадном темно. Никодим Иванович по шершавой стене ведет рукой, ступает осторожно. Как бы не споткнуться.

— Дверь прямо. Сейчас открою.

Долго звенел ключами, гремел замком, пока не отворил. Сам вошел первым, директор — следом. В нос Никодиму Петровичу ударил запах, какой бывает в больницах около прачечной — переваренным бельем, какой-то мазью и лекарствами. Поморщился. Как бы не предложили тапки!