Шрифт:
…Сгорбилась впереди лесная чаща. Куда ведет затерявшаяся в траве и колючих кустарниках тропа? Кто знает… Видит это коршун, распростерший в бездонной синеве черные крылья. Видит, да не скажет. Молчат полустершиеся руны на вросшем в землю замшелом камне – другой была эта дорога в те далекие дни, когда оставила рука человека на бесчувственном теле валуна глубокие раны. Поманит за собой болотный огонек и исчезнет невесть куда…
Но не бывает дорог без конца. И что бы ни ждало там – в задернутом туманной пеленой будущем, истомившийся путник примет все как естественную данность, без удивления, без сомнений. Таков закон дороги, приучающей удивляться не новым открытиям, а вспоминать, словно сказку, недавно еще понятное и привычное начало пути…
Часть первая
Рассказ Николая Крутого
1
Сигнал видеофора надсадно гудел над самым ухом. Я, не глядя, ткнул пальцем в клавишу, нащупал на тумбочке часы, поднес к глазам. Половина девятого. Какого черта?!
Довольный смешок напомнил о видеофоре. С экрана весело улыбался Андрей Коваленко – мой соученик по классу учителя Богомила Герова. Изучив мою заспанную физиономию и всклокоченные волосы, друг детства соизволил открыть рот:
– Привет! А я-то, наивный, всегда считал, что Шерлок Холмс встает с первыми лучами солнца.
– Какого черта? – на сей раз вслух пробормотал я, тщетно пытаясь выбраться из сладких объятий Морфея.
– Грубиян, – ласково произнес Андрей, – но я не унижусь до ответных оскорблений. Это может отрицательно сказаться на твоих профессиональных качествах.
– У меня отпуск, – с достоинством сообщил я, укутываясь в простыню. – После обеда отбываю на родину предков. И вообще, к твоему сведению, Николай Крутой сменил профессию. Отныне мое время принадлежит только литературе.
– Вах! – Андрей с деланным ужасом воздел руки к небу. – Бедные читатели! Еще один классик…
– Может, хватит? – взмолился я. – Человек работал до четырех часов, спать хочет. У, варвар, подушкой в тебя, что ли, запустить?
– Валяй, – милостиво разрешил друг. – Велика вина моя, ибо не учел я, грешный, что настоящие гении творят в темное время суток… В общем, так. Оружие прибереги, пустишь его в ход через, – он взглянул на часы, – через сорок семь минут. Желательно увидеть тебя умытым, побритым и учти – я голоден как волк. Короче говоря: времени мало, дел – много.
– Каких дел? – простонал я.
– Важных, – отрезал Андрей. – Первое: хочу тебя обнять. Второе: Сережка велел намылить тебе шею…
– За что? – возмутился я.
– За хвастовство. Кто обещал подарить ему свою книгу?
– Да не успел я! Она и вышла-то всего три дня назад.
– Вот! – Андрей многозначительно поднял палец. – Из-за твоей лености и неразворотливости таких же, как ты, безответственных личностей бедный Линекер улетает к звездам, не имея бессмертного творения Николая Крутого. Стыдно! В общем, готовься к головомойке. Но это, как я уже сказал, лишь второе дело. А третье – самое важное… Третье узнаешь через сорок пять минут.
– Ну это уже свинство! – отреагировал я. – Разбудил, оскорбил, заинтриговал и – в кусты?
– Зато теперь не уснешь, – хохотнул Андрей, – все, отведенное тебе время начало отсчет!
– Постой! – окликнул я друга, прежде чем он отключился. – Как все же ты до меня добрался? Я ведь строжайше запретил электрон-секретарю будить меня до полудня.
– Так я тебе и сказал, – уклонился от ответа Андрей. – Ты же ему программу перестроишь. А мне потом снова голову ломать?
Ионный душ мигом прогнал остатки сна. Бегом я проскочил на кухню, набрал код доставки завтрака на дом. В школе Андрюшка любил яблоки во всех видах, – угощу я тебя, дружок, сегодня, попробуй только отказаться! Восемь блюд, и все с яблоками. А себе – овсянки и чай с печеньем: Андрей овсянку терпеть не может.
Короткий бой с тенью, велотренажер, раз уж некогда покрутить настоящие педали. Кибер-уборщик выбрался из спальни, нужно загнать его в кабинет, пусть хоть окурки с пола подберет. Одеться посолиднее: костюмчик строгий, галстук в тон рубашке, на лице снисходительное выражение – известный писатель встречает собирателя автографов.
Сорок минут уже прошло! Мог бы и поторопиться, чертушка, соскучился я по нему, больше года не виделись…
Андрей влетел в дверь, совсем как в былые времена. Кибер-уборщик едва успел шмыгнуть под вешалку.
– Ага, попался! – но, узрев мой наряд, друг даже отступил назад. – Вот это да! Слушай, – Андрей с подозрением уставился на меня, – ты уже все знаешь?
– Что знаю? – растерялся я.
– А, – тут же успокоился Андрей, – значит, интуиция. Это хорошо, это я одобряю. Вид у тебя самый что ни на есть подходящий. Еще цветок в петлицу вставим и – полный порядок!
– Да скажешь ты в конце концов, в чем дело? – рассердился я.
– Скажу, – рассеянно пообещал Андрей и устремился на кухню: – Ух ты! Яблочный пирог. Молодчина ты, Колька!
Он снова возник в дверях с набитым ртом. Наскоро прожевав, невнятно сообщил:
– Поездку на родину предков тебе, дружище, придется отложить. Но ты не расстраивайся. Твой родной город, как мне доподлинно известно, простоял без тебя четыре века. Подождет еще три дня. Днестр за это время тоже не вытечет. Ручаюсь. Дело в том, что мы с тобой приглашены на свадьбу. Ольга выходит замуж. Вот.
Флаер вынырнул из облака, и ослепительно яркое солнце ударило в глаза. Я невольно зажмурился. Андрею же хоть бы что. Сидит в кресле пилота вполоборота ко мне и смотрит на солнечный диск немигающим взглядом орла.
– Перейдите в третий эшелон, – мелодичным голосом сообщил приказ диспетчерской динамик.
Пальцы Андрея проворно забегали по пульту управления, и флаер, выполняя команду, заложил крутой вираж.
– Узнаю ястреба по полету, – констатировал я.
– Это точно, – рассеянно откликнулся Андрей и неожиданно для меня выдал:
– Знаешь, Ник, я ведь ушел из косморазведки.
– Здравствуйте! – сказать, что я ошарашен, значило – не сказать ничего: Андрей бредил космосом чуть ли не с нулевого цикла обучения. – Шутишь?!