Заклинатель
Шрифт:
– Мне придется сделать кое-что еще, – заявил мужчина. – Потерпи.
Он потянулся ко мне. Каждая клетка в моем теле захлебывалась ужасом и желала одного – избежать его прикосновения. Но я, конечно, ничего не сделала. Так и сидела неподвижно – сломанная кукла в руках психопата.
Рука мужчины достигла цели. Сперва он коснулся моих волос. Медленно пропустил локон между пальцев. Он изучал меня, как я его минуту назад. Вот только я ограничилась зрением, а теламон пошел дальше, подключил все органы чувств. Так щупают товар на рынке, решая приобретать его или нет. Что теперь? Он захочет меня попробовать?
В итоге его пальцы снова легки на мою щеку. Горячие, немного шершавые.
– Ты ничего не видишь, – отдал теламон приказ, и мир померк.
Я мгновенно лишилась зрения. На голову как будто набросили черный непроницаемый мешок. Немая и слепая жертва маньяка-теламона. Не закричать в ужасе, не дернуться в сторону, не влепить пощечину негодяю. Делай со мной, что тебе подскажет извращенная фантазия.
– Это не каприз, а необходимость, – пояснил мужчина. – Если ты не подойдешь, тебе будет лучше не знать, где ты была.
Не подойду для чего? Нет, пусть не говорит. Впервые в жизни захотелось помолиться и попросить небеса, чтобы во мне нашелся изъян, который не устроит теламона.
Без зрения было совсем плохо. Меня как будто заперли в тесном замкнутом пространстве. Например, в гробу. Причем, гробом было мое собственное тело. Так и до приступа клаустрофобии недалеко.
Но хуже всего была близость теламона. Он и не думал откидываться назад на спинку своего кресла. Так и вглядывался в меня. Я не видела, но чувствовала. А еще ощущала, как его рука скользит вблизи от меня. Нет, он не касался. Между нами сохранялось расстояние. Совсем чуть-чуть. Буквально пара сантиметров или того меньше. Но я все равно чувствовала жар его ладони. Он проникал даже сквозь одежду, обжигая кожу.
Беззащитной – вот какой я была перед ним. Лань передо львом. Захочет, вопьется зубами в горло и перегрызет, захочет – отпустит на волю. Видь я его, могла бы спрогнозировать, как он поступит. Но без зрения я находилась в полном неведении, и это лишь подстегивало воображение, рисующее страшилки. Хорошо, мне велели молчать, а не то я бы тонко скулила от страха.
Теламон снял с меня шапку, стянул шарф и расстегнул куртку, мотивировав это тем, что в машине тепло. Мне действительно было жарко, но я бы предпочла, чтобы он меня не трогал. Верхняя одежда воспринималась как защитная броня. Без нее я чувствовала себя еще более уязвимой.
Наклонившись ближе ко мне, мужчина втянул воздух у моей шеи.
– От тебя потрясающе пахнет, – сообщил он. – Это ведь не духи? Ты ими не пользуешься.
На самом деле, пользуюсь, но редко и совсем чуть-чуть. Я плохо переношу сильные запахи. Вот уж не думала, что Маньяку это понравится.
Все, что мне еще подчинялось – это дыхание. И оно сбилось, потеряло ритмичность. Потому что Он был рядом. Я чувствовала себя крайне неловко. Едва знакомый мужчина… настолько близко, интимно.
Он так и не дотронулся до меня. Просто изучал со стороны. Не более того. Такой осторожный, вкрадчивый. Но я все равно ощущала себя испачканной. Теламон словно поимел меня в тесном салоне лимузина. Не физически, а морально.
Я задыхалась, захлебывалась в нашей близости. А он явно наслаждался. Пока я слепо таращилась в темноту, он видел все. И мой страх, и мою беспомощность. Он упивался ими. Я для него – увлекательное приключение. Способ разбавить пресные будни.
Страшные у меня перспективы, если не придумаю, как выбраться из этой передряги.
Глава 5. Она
Сложно сказать, как долго мы ехали. Мне показалось, вечность. Время тянулось и тянулось. Я буквально слышала, как стрелки отсчитывают последние секунды моей нормальной жизни. С каждым новым тик-так лимузин уносил меня прочь от всего, к чему я привыкла, что знала и любила.
Мне было, что терять. Семья, парень, учеба, друзья. Стоило обо всем этом подумать, как сердце заныло. Меня обязательно будут искать! Я не приду на день рождения, и Дима позвонит моей сестре, а уж она поднимет всех на уши. Благо у нее есть для этого все ресурсы. В этом городе нет никого влиятельнее командора. Так что кем бы ни был мой похититель, он крупно просчитался. И на него найдется управа, пусть он даже теламон.
Подобные мысли приободрили. Они помогли не впасть в истерику, когда лимузин остановился. Правда, меня все равно бил нервный озноб. Зубы так стучали, что, казалось, еще немного и раскрошатся.
Открылась пассажирская дверь, мой спутник вышел. Большую часть дороги мы молчали, и сейчас он заговорил лишь затем, чтобы отдать очередной приказ.
– Выходи, – велел теламон. – Ты можешь двигаться самостоятельно.
Едва он это сказал и коснулся меня, как оковы спали. Какое блаженство – контроль над собственным телом! Радость омрачало разве что отсутствие зрения и голоса. Я по-прежнему не могла позвать на помощь, хотя слышала шум толпы (значит, мы все еще в городе). Сбежать мне тоже не по силам. Незрячей особо не побегаешь.
Пришлось на ощупь выбираться из машины. Как слепой котенок я тыкалась в углы, пока теламон, взяв меня за руку, не помог. Он повел меня куда-то и вскоре мы очутились в помещении. Судя по голосам, мы здесь не одни. Возможно, это холл какой-то организации. В небоскребах часто так: нижние этажи отведены под офисы, а верхние жилые.
Никого не заинтересовала слепая землянка и теламон-поводырь. Как если бы наша парочка была чем-то естественным. Может, он не впервые крадет девушек? Сколько таких, как я, прошли этими коридорами и пропали навсегда?
Я воскресила в памяти сводки новостей. Не то чтобы я слежу за криминальной обстановкой в городе, но громкие дела у всех на слуху. Пропавшие без вести девушки это не пустяк. Но что-то я не припомню подобных случаев за последние полгода.
Может, зря паникую и теламон вовсе не кровожадное чудовище? Я поежилась. Сама придумала, сама испугалась. Умею же я нагнетать обстановку. И главное спросить ничего нельзя! Немота мучила сильнее слепоты. А еще неизвестность. Она разъедала мозг кислотой и душила паникой. Скажи теламон, что собирается меня убить, я бы вздохнула с облегчением: наконец какая-то определенность!