Чтение онлайн

— С чего ты взяла?

— Но там жулики…

— Деточка, ты с Луны свалилась? При чем тут жулики? Я же не в наперсток играю и не в «три листика».

— А во что?

— В «Блэк Джек». Рулетку я не люблю, там же от меня ни черта не зависит. А в «Блэк Джеке» можно делать свою игру.

— И ты действительно живешь на это?

— Да. Получается недурно.

— А как же Лена к этому относится?

Он замялся, глянул назад. Лена и Игорь рассматривали иллюстрированный каталог строительной фирмы. Саша нагнулся к Анжелике и прошептал:

— Она дуется, но на самом деле дулась бы еще больше, если бы знала, что я проигрываю. А так я ей в деньгах не отчитываюсь, говорю, что выигрываю понемногу. Потом приношу сразу кучу денег и она довольна. В общем, она хорошая баба, только сперва пыталась меня контролировать. А теперь — нет. Привыкла, знает, куда я хожу. Она боялась, что у меня любовница. Я ее туда свозил, она посмотрела, сказала, что занятие для тупых, но больше не возражала.

— Куда ты ее свозил?

— На «Александр Блок». Это такой пароход, стоит на приколе возле набережной. Хочешь, свожу, поиграешь?

— Я?!

— А что? Лучше сидеть тут и киснуть?

— Да ты представляешь себе, что скажет Игорь?

— А тебе не все равно?

Анжелика вдруг задумалась. Действительно, мнение мужа ее не интересовало, но скандала хотелось бы избежать.

— Слушай, — предложил Саша. — Давай-ка сделаем так. Ты ему скажешь, что ночуешь у мамы, а я тебя туда свожу на ночь. Утром вернешься. Твоя мать не будет сюда звонить, верно? И он ей не будет. Они же вроде не дружат?

— Она не позвонит, а вдруг он проверит, где я? — — С какой стати?

Довод был неубедительный, но она уже не нуждалась в убеждениях. В голове билась одна мысль:

«Куда угодно, только бы на время встряхнуться, вырваться отсюда!» На время — только ради забавы. Большего она не планировала.

Все устроилось просто. Игорь немного удивился, когда она сказала, что мать ее зовет переночевать. Но Анжелика объяснила — та соскучилась, живет одна, ее можно понять. «Конечно, — сказал Игорь. — Я как-то о ней забыл. Съезди». Она сама добралась до нужного места, постояла на набережной, глядя на пароход, на реку, на огни гостиницы.

Ей вспомнилось, что неподалеку отсюда, на набережной, она когда-то встретила мужа. Но никаких чувств это воспоминание не вызвало. На душе было весело и тревожно. Саша немного опоздал, но извиняться не стал — подхватил ее под локоть, они пошли на пароход. Там он познакомил ее со своими друзьями — завсегдатаями. Ей запомнились две высокие худые девушки, одетые небрежно, как когда-то она сама одевалась — джинсы, свитера, грубые ботинки. Блондинку, стриженную почти налысо, звали Лиза, шатенку с кудрями до плеч — Ксения. Они смеялись, шутили, а Анжелика робко принимала участие в их веселье. Также ей запомнился приятель Лизы — Армен, холеный армянин, очень красивый, но маленького роста. Он едва доставал своей подружке до подбородка, но это никого не смущало. Анжелика не села за стол, где шла игра, она встала за стулом Саши и внимательно следила за происходящим, мало-помалу начиная вникать в правила. Казино было дешевое, публика пестрая, на нее никто не обращал внимания, и вскоре она почувствовала себя как дома. К утру она тоже осмелилась пару раз сыграть и выиграла пятьдесят долларов.

— Видишь? — сиял Саша, Ему в ту ночь повезло куда больше — он выиграл долларов шестьсот. — Все просто. А тебе, как новичку, должно везти.

На другой день она снова отпросилась «к маме». То же случилось и на третий. Именно в ту, третью ночь ее постигла катастрофа. Она проиграла все деньги, которые у нее были. Это были деньги на хозяйство, их ей дал Игорь. А больше у нее ничего не было. Она по-прежнему не работала, курсы секретарей-референтов как-то сами собой канули в прошлое, она их не закончила. Игорь давал ей деньги очень скупо. Он был поглощен ремонтом, который делала его же строительная фирма. Как сотруднику, ему все обошлось по дешевке, но он все равно говорил, что надо экономить Он хотел купить себе «Вольво», с иголочки обставить квартиру и устроить званый вечер для своих сослуживцев. Анжелика была в растерянности.

— Слушай, не расстраивайся! — утешал ее Саша. — Подумаешь, мелочь. Я бы тебе занял, но у меня у самого сейчас ничего нет.

— Но он меня спросит — куда я дела деньги?

Что я скажу?!

— Отыграйся.

— На что?!

— Глупости какие! Хватит пятисот долларов, чтобы все вернуть.

— Но у меня их нет.

— Возьми у мамы, — Смеешься?!

— Тогда у Игоря.

— Он заметит.

— Вот жлоб! — Саша ругнулся. Он совсем перестал стесняться Анжелики, она стала своей девчонкой. — Ну, продай что-нибудь.

— Что?!

— Брюлики свои. Не поняла? Бриллианты. Два кольца, серьги… Дадут хорошие деньги.

— А ему я что скажу?

— Скажи — тебя ограбили. Все сняли.

— Нет, я не могу.

Но она смогла. Стоило ей подумать, как отнесется Игорь к новости, что все хозяйственные деньги куда-то делись, и она смогла… Как-то утром сняла драгоценности, доверчиво отдала их Саше. В тот же день он привез ей деньги — полторы тысячи долларов. Правда, она знала, что Игорь в свое время не поскупился, купил ей дорогие украшения, с хорошими камнями, а не с осколками, но все равно удивилась. Она удивилась бы еще больше, если бы узнала, сколько денег осело при этой операции в кармане Саши. Но тогда она была слишком неопытна и ничего не поняла. Благодарила его и одновременно паниковала:

— Что я ему скажу?!

— Уйди из дома, — советовал ей Саша. — Вечером вернешься, зареванная, порви себе что-нибудь, ну, хоть колготки, и скажи, что какой-то парень встретил тебя в переулке и заставил все снять.

Будто бы показал нож.

— Он в милицию заявит!

— Ну и ладно.

Она убежала из дома, до вечера бродила по городу, вернулась в темноте. Нервничая, снова теребила мочку плохо зажившего уха, и потому, когда Игорь открыл ей дверь, объяснять ничего не пришлось. Он бросил взгляд на ее лицо, задержался на ухе и побелел.

— Серьги сорвали?!

Ей осталось кивнуть головой. Муж в ужасе потащил ее в ванную, промыл окровавленное ухо перекисью водорода, приговаривая:

— Нет, мочку не порвали… Боже мой… Как эта случилось?

— Кольца тоже… — проревела она. Ревела не от боли, а от стыда.

— Все сняли?!

Тут она задала такого реву, что он больше ни о чем не спрашивал — возился и суетился весь вечер, уложил ее в постель, поил валерьянкой. Ее сбивчивый, путаный рассказ произвел правдивое впечатление. В милицию Игорь решил не заявлять: