Чтение онлайн

Когда до выхода из туннеля оставалось не более десятка метров, я не поверил своим глазам. Дисплей сошёл с ума – видоискатель подёргивался и мигал, показывая впереди целое море красных значков.

– Ну, вот и всё. Кажется, нам конец, – произнёс я, останавливая робота напротив целой орды синекожих с криками врывающихся в горлышко прохода и мчавшихся в нашу сторону. До синей волны было метров сто-сто пятьдесят.

– Раньше смерти не умрём, – засмеялся Минин и встал со мной плечом к плечу. – Экономим патроны, бережём напалм.

Всё-таки Толик сумасшедший. Хочу быть, как он.

– Первый – Киту, – срывающимся голосом, сглотнув, произнёс я.

– Кит слушает, Первый! – раздалось в шлеме.

– Уходите! Иначе погибните. Мы сами!

– Вот ещё. Не дрейфь, Первый, отобьёмся.

– Ну, встаньте хотя бы за нами!

В противовес моим истеричным интонациям гвардеец отвечал мне спокойно, я бы даже сказал с лёгкой ленцой в голосе.

– Нужно создать линию обороны, отступите на несколько шагов назад. Мы перегородим тоннель БМП.

Кивнув головой, будто Кит мог это видеть, я сделал, как он сказал. Бойцы хладнокровно, без суеты перекрыли туннель, развернули пулемёты и пушки, установленные на броне, в сторону противника. Я насчитал двадцать две синие метки, укрывшиеся на БМП и под её прикрытием.

– Готовсь! – прокричал я срывающимся голосом. Копируя команды сержанта Клинова. – Цельсь! Пли!

Тоже мне командир! Смотри не разревись. Тряпка! Чтобы подумал о тебе отец.

От этих мыслей мне стало немного легче, на смену страху пришла злость. Ладони высохли, челюсть дрожать перестала.

Что тут началось не передать словами. Шагоходы ударили из всех стволов. Мой огнемёт смертельными мазками выжигал целые просеки в рядах противника, пушки и пулемёты снова разрывали их тела, а гвардейцы меткими выстрелами сбивали прыгунов, облепивших нашу броню.

Мне казалось, что схватка длилась целый час, но таймер на виртуальном дисплее показал всего лишь сорок пять секунд. Мой огнемёт пыхнул и потух. Квадратик перед глазами показал значок пустого резервуара. Рядом, кашлянув, смолкла пушка Минина.

Продолжая отстреливаться из пулемёта и отмахиваться манипулятором с мечом, тот прокричал:

– Андрей, сколько у тебя ещё боезапаса?

– Пушка – сорок процентов, пулемёт – пятьдесят два процента, – ответил я, срезая длинной очередью пытавшуюся прорваться к БМП группу синих воинов.

– Живёшь. У меня почти всё по нулям. Пулемёт четырнадцать, двенадцать, десять…

Я видел, как рядом копьями пронзили двух гвардейцев, а затем трое туземцев запрыгнуло на боевую машину пехоты. Голова пулемётчика была отрублена одним ударом и, потеряв огневую мощь, гвардейцы, подались назад, отстреливаясь короткими очередями. Только Кит и Снежок спина к спине всё ещё замерли на втором БМП, чудом оставаясь живыми.

Минин извернулся и поразил мечом сразу пятерых противников, затем раздавил ногой ещё одного и ещё.

Я же в панике крутился вокруг своей оси, поражая красные значки, вспыхивающие вокруг. Несмотря на это, противник забрался на мой корпус и долбил топорами кабину. Странно, но дисплей показывает мелкие повреждения. Да из чего они делают своё примитивное оружие? Минин кричит, но у меня нет времени, чтобы оглянуться на него, я веду ураганный огонь по волнам рвущихся ко мне синекожих.

Биип! Биип! Только не это. Зуммер просигнализировал о критическом боеприпасе пушки.

Да знаю я, знаю!

Десять, восемь, шесть, четыре, три, две…

«БОЕПРИПАСЫ ЗАКОНЧИЛИСЬ. ТРЕБУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННАЯ ПОДЗАРЯДКА».

Пулемёт раскалился от интенсивного огня, а я уже давлю гадов ногами и ничего не вижу из-за облепивших кабину тел.

Когда отчаяние окончательно овладевает мной, раздаётся новый сигнал тревоги. Силуэт шагохода на экране показывает резкий подъём температуры брони. Что-то раскалило мой корпус и одновременно сожгло туземцев.

– Помощь пришла! – раздалось в шлеме. От волнения я даже не понял, кто ко мне обратился.

Ярко-красный робот Киричанской с чёрной пантерой на корпусе выжигал всё на своём пути, а за ним двигался, палящий из всех стволов, чёрно-бело-красный шагоход Снегиря. Сразу же три БМП с установленными на них ракетными установками ударили по орде, а четыре десятка гвардейцев двинулись вперёд, добивая раненных и прорвавшихся в туннель.

– Берегись! – закричала Юлька и заслонила меня щитом от летящего в кабину огненного шара.

Видоискатель услужливо показал замершего на холме старика с посохом. Пару секунд и он… исчез, а туземцы начали отступать.

Дымчатый рассвет придавал всему окружающему иллюзорный, обманчивый характер. Всё закончилось.

Спустя полчаса мы все вместе смотрели на баррикадировавших проклятый туннель строителей. Сюда нагнали целую кучу разной техники.

Я и Минин, ошалелые от произошедшего и мокрые от пота, сидели прямо на ступнях своих шагоходов. А рядом с нами стояли Кит, Снежок и ещё пятеро выживших гвардейцев.

Всего пятеро. Как жаль.

Снегирь распахнул кабину, но машину не покинул. Меланхолично пожевывая жвачку, он смотрел на приземлившегося на ствол пушки воробья. А вот Юлька ловко спустилась вниз и замерла возле меня. Как будто что-то давно хотела сказать, но не решалась.

– Вот щит и пригодился. А вы спрашивали зачем, зачем? – смущённо, с несвойственной для неё робостью произнесла она.

Мне почему-то стало смешно, да так, что я рассмеялся во весь голос. Громко, некрасиво, до слёз! Я хохотал и не мог остановиться. Понимал, что это истерика, страх выходит, но ничего не мог поделать.

– Ха-ха-ха! Щит! Пригодился, да! Пригодился! Ха-ха-ха!

Сбросив с головы шлем, Кит – белобрысый, коротко стриженный парень с зелёными глазами и рваным шрамом на подбородке, заключил меня в дружеские объятия. Крепко, так что кости захрустели. Одновременно, я почувствовал не плече руку Снежка – скуластого брюнета с карими глазами и смуглой кожей. И знаете, что? Мне это помогло. Нет, правда, помогло. Я понял, что не один и меня понимают. А что может быть важнее этого?