Чтение онлайн

– - Туточки стойте обе. Сейчас я лошадку пристрою, и пойдем с вами до законника.

Отсутствовал он довольно долго, а вернувшись, еще сильнее заблагоухал сивухой и луком. Хорошо уже то, что идти рядом с нами ему было не по чину, и мужик вышагивал на пару шагов впереди нас.

Мимо прошли две горожанки. Одна, стрельнув глазами на наши с Лутой нелепые фигуры, что-то демонстративно прошептала второй на ухо. Они дружно засмеялись, окидывая нас презрительным взглядом, и торопливо упорхнули прочь: сытые, нарядные, с изящными корзинками на локтях, в которых куда-то несли крупные желто-красные яблоки.

«Надо бы детям хоть одно на двоих купить.», – машинально подумала я.

Основная застройка города была двухэтажная. Редко где попадались дома в три этажа. И они, как правило, были обнесены забором, наполовину каменным, наполовину из железных прутьев. Там, за заборами, располагались небольшие озеленённые дворы с деревьями, кустами и клумбами. Разумеется, сейчас все это было облетевшее и пожухлое, но летом здесь, наверное, вполне себе симпатично.

До законника мы шли еще минут тридцать и остановились как раз у такого особнячка. Возле приоткрытых ворот Кловис заявил:

– - От тута вот, у ворот ждите. Как спонадобитесь, я вас покликаю.

Ждать пришлось не слишком долго. На крылечко у дома Кловис выскочил буквально через пару минут и торопливо замахал рукой:

– - Пошевеливайтесь, кобылы, господин законник ждать не любят!

Господин законник звался мэтром Барди и от роду имел лет сорок, не больше. Одет был в добротную куртку из коричневого сукна, под которой виднелась вязаная безрукавка. А уж под ней не слишком свежая белая рубаха. Впрочем, в большом кабинете было чисто, да и стол со стульями явно делал не деревенский столяр.

За спиной законника располагался огромный, во всю стену, стеллаж, где стояло бесчисленное количество картонных папок. Чем-то эти самые папки напоминали мне тома энциклопедии: на корешках от руки были написаны большие буквы. Похоже, у этого самого законника обслуживался целый район, где все перечислены по фамилии.

Меня пробрал холодный пот: почему-то про свою фамилию я даже не подумала. Точнее, я помнила, что Ирвин назвал меня Элли Рэйт. Но ведь потом моя мать вышла за другого мужчину, за моего отчима. А вот его фамилии я не знала. И не понимала, осталась ли у меня отцовская или после свадьбы матери я получила новую?

Сесть нам законник не предложил. На поклон Луты и мой только небрежно кивнул и, озабоченно рассматривая папки, бормотал:

– - Марон… Миерс… Да где же она есть?! Ага… Вот она, – он вытащил со стеллажа толстенную папку, в которой оказалось еще несколько штук, более тонких, и, развязав затертые ленточки на одной из них, бросил подобострастно кланяющемуся Кловису:

– - Помню я вас, помню. Вы мне приносили паспортный лист девицы Рэйт.

– - Так и есть, господин-мэтр Барди. Так и есть…

– - Та-а-а-к… Сюда подойдите, девица Рэйт.

Я подошла к массивному письменному столу, и законник, развернув толстый лист, начал читать вслух, подозрительно всматриваясь в меня и сравнивая: «Девица Элли Рэйт… урожденная седьмого числа месяца дженуария, года тысяча семьсот двадцатого от Рождества Христова, крещенная в храме… Та-а-а-к… это можно пропустить, -- пробормотал он.
– - Кожу имеет светлую, глаза карие, нос прямой, волос темный. Из особых примет – родинка за левым ухом…».

В кабинете наступила паузы, а я испуганно таращилась на мэтра, не слишком понимая, почему он уставился на меня.

– - Родинку предъявите, девица Рэйт, – скучным голосом сказал законник.

Лута толкнула меня в плечо, и я наконец-то начала соображать. Нагнулась к нему поближе и позволила заглянуть себе за ухо.

– - На месте родинка… И свидетели подтверждают… – он по очереди вопросительно глянул на старосту, мнущего в руках свою нелепую суконную шапку, и на кивающую, как китайский болванчик, Луту. – Что ж, любезные, подождите за дверью, я велю писцу оформить документы.

– - Так точно и есть, господин-мэтр законник, – почтительно закивал Кловис. – Энтот самый тугумент нам и надобен.

– Ступайте.

Мы вышли на крыльцо, ожидая, пока нас позовут назад. В это время к дому, неуверенно оглядываясь, подошли двое молодых мужчин, придерживающих под локотки старуху. Однако Кловис так важно раскорячился на крыльце, явно не желая пропустить чужаков, что те робко остановились у первой ступеньки и также молча, как и мы, принялись ждать.

Ждать пришлось около получаса. Я даже успела слегка замерзнуть. Мужчины со своей бабулькой всё так же топтались, не рискуя скандалить с напыжившимся Кловисом. Наконец нас позвали в кабинет законника, староста снова содрал с немытой головы шапку и, часто кланяясь, заговорил:

– - От благодарствие вам, мэтр-господин законник! От спасибочки вам, от всей души: пожалели сироту убогую! Оно ж, значится, ни отца, ни матери… а я по доброте присматриваю…

Я заметила, как при этих словах мэтр Барди слегка поморщился и, прервав речь старосты легким движением руки, приказал:

– - Девица Рэйт, сюда подойдите.

Я протиснулась между застывшими Кловисом и Лутой, и законник протянул мне лист, с подозрением уточнив:

– - Зачитать надо?

– - Я буду благодарна, мэтр Барди, если вы прочитаете сами.

Все же моя речь была заметно грамотнее, чем у Кловиса и Луты. Законник посмотрел на меня с некоторым интересом, но потом молча кивнул и развернул плотный лист. Бумаг оказалось две. Поменьше размером, заменяющая паспорт, та самая, где стояла моя дата рождения и перечислялись приметы. И вторая, гораздо большего размера, которая давал мне право «…беспрепятственно пользоваться наследством, долгами не обремененным…».