Шрифт:
Как а-татуй он был переведен в III семью.
ПЕРВОЕ D-НАКАЗАНИЕ
Ю ЗАРАБОТАЛ В 12 ЛЕТ.
Живя в III семье, Ю ML-стерся с Bohomoletz, который был на шесть месяцев старше Ю. Креатура австралийских поваров, Bohomoletz имел приземистую фигуру с естественным горбом, зооморфным (зебра) лицом и сильными перепончатыми крыльями.
Испытав взаимное L, Bohomoletz и Ю стали спать в одной кровати.
Bohomoletz имел женский половой орган, инкрустированный мармолоновыми пластинами.
Для удовлетворения друзья использовали живой S-поршень. Ложась спинами друг к другу они вставляли его в свои анусы и предавались L.
Вскоре у друзей возникло совместное tio-развлечение: перед позывом к испражнению, они взлетали над океаном метров на 300, испражнялись и пикировали вниз, чтобы успеть пролететь под своим калом, пока тот не упал в океан.
Это называлось "between brown and blue", или bbb.
Однажды, во время недели монгольской кухни, IV и V семьи приготовили много горохового супа по-монгольски, и друзья съели по три чаши. Испытав на рассвете позыв к испражнению, они поднялись в воздух.
Но Bohomoletz после айрана и водки из зерен дыни впал в OP и предложил Ю сделать bbb над Белой площадью интерната, но с новым условием: спикировав, поймать кал в котел из-под горохового супа, тем самым подтверждая поговорку "все возвращается на круги своя".
– Мы можем допустить промах, - усомнился Ю.
– Тогда нас накажут.
– Если ты хочешь готовить Властелину Мира сянгу жоу, не стоит бояться промахов и наказаний, - возразил Bohomoletz.
– Надо быть смелым и мудрым. Тем более - интернат спит.
Они взмыли над полупрозрачной крышей главного корпуса с медными котлами в руках, поднялись метров на 600, зависли по центру Белой площади. Bohomoletz испражнился первым. Ю ждал, паря с чаном в предрассветном воздухе..
Bohomoletz, имея более сильные крылья, спикировал вниз и поймал кал чаном. Чан издал звук бронзового монгольского гонга. Bohomoletz свистнул в ML-восторге.
Настала очередь Ю. Он бурно испражнился, метнулся вниз, но не успел, и кал его забрызгал белый мрамор площади.
Совет учителей приговорил Ю к Большому Засолу.
После несложной Т-процедуры он оказался внутри соляной глыбы, которую переместили в питомник с к-коровами и бросили в кормушку. Трехтонные к-коровы лизали глыбу 12 дней, пока не добрались до Ю. Все это время он не мог пошевелиться и дышал через оставленную узкую трещину. Он многое понял за эти соленые дни.
– Теперь ты осознал свою вину?
– спросил Ю директор интерната, вынимая куски соли из его палладиевых волос.
– Да, учитель, - опустил голубые ресницы Ю.
– Тогда, над площадью, я летел слишком медленно.
С Bohomoletz он больше не спал.
НА ВЕСЕННЕЙ ИНИЦИАЦИИ
Ю ПОЛУЧИЛ ВЫСШУЮ ОЦЕНКУ.
По Уставу воспитанники III семьи должны были приготовить свое первое Свободное Блюдо.
Ю нашпиговал язык к-коровы бараньими яйцами, сварил в белом вине и подал под брусникой с хреном.
В 16 ЛЕТ Ю НЕ БЫЛО РАВНЫХ
В ИНТЕРНАТЕ ПО ГОРЯЧИМ МЯСНЫМ БЛЮДАМ.
По холодным первенствовал золотоухий Шуйцайхуа, супы лучше всех готовил худой белый гигант SREDA, застенчивый плосколицый MUO MUO стал специалистом по овощам, с морской фауной виртуозно обращался Petroff - подвижный весельчак, обладатель двух фаллосов, один из которых частенько заглядывал в нежый анус Ю. Что же касается десерта, - здесь никто не мог сравниться с угрюмым молчуном AVILLEO, грузная, богато татуированная фигура которого MLприятно и dis-активно контрастировала с его сладкими изобретениями.
НАСТАЛ ДЕНЬ ВЫПУСКНОГО БАНКЕТА.
Ю, MUO MUO и Petroff накануне не спали.
Уединившись в северной комнате MUO MUO, они медитировали на шары ци, потом поглощали Т- информацию, пили талую воду и молча трогали друг друга.
Под утро MUO MUO нарушил тишину, громко выпустив газы.
– Суп панадель, к-барашек со шпинатом по-пенджабски, яблоки печеные с диким медом...
– Petroff втянул воздух широкими роговыми ноздрями.
– Меня одолевают сомнения, - провел короткопалой рукой по слоистому виску MUO MUO.
– Не сомневается только вареная фасоль, - со стоном выдохнул Ю, х-избавляясь от шарика ци.- Мне это чувство только помогает.
– Вероятно, я путаю сомнение с беспокойством, - задвинул вылезшее подкрылье MUO MUO.
– Я чувствую в себе F-силу, как никогда. Мир овощей представляется мне колышущимся океаном. И у меня есть жабры и плавники, чтобы свободно плавать в нем. И не только плавать, но и быть F-хозяином в этом океане.
– Для этого нужны еще и зубы!
– хрюкнул Petroff, быстро трогая грудь Ю.
– Зубы - это Т-покой, - заметил Ю, закрывая глаза.
– Милый сердцу MUO MUO беспокоится, потому что + + хочет. А нужно - - хотеть. Тогда все будет gold.
– Я всегда + + хочу, - хрустнул педипальпами Petroff.
– И у меня почти всегда - gold.
– У тебя другая POROLAMA, мой нежный друг.
– Ю взял в руку малый фаллос Petroff.
– MUO MUO + + хочет надеть желтый колпак придворного шеф-повара, а ты + + желаешь примерить фиолетовую шапку в кухне у наместника.
Возникла mis-активная пауза.
– А какова твоя POROLAMA, золотоглазый Ю?
– спросил, желтея, Petroff.
– Моя?
– - хотеть того, чего не хочется. Например - колпака придворного повара.
– Ты не - - хочешь им стать?
– Наоборот. Я + + не хочу им стать, а значит - Я ИМ СТАНУ!
ВЫПУСКНОЙ БАНКЕТ
ПРИНИМАЛ ВЕЛИКИЙ "".
Ю отвечал за Главное Блюдо, MUO MUO за гарнир к нему.
Собственноручно забив северного оленя, Ю вспорол ему брюхо и быстро выпотрошил, не сдирая шкуры и не спуская крови. Затем подвесил за ноги разрезом кверху. По приказу Ю раскалили 29 привезенных из тундры булыжников. Когда кровь собралась в центре подвешенной туши, Ю положил в нее раскаленные камни. После того как кровь выкипела, под тушу было подведено огромное деревянное блюдо, выдолбленное из двуобхватной лиственницы. С двумя ножами в руках Ю воспарил над тушей, сделал четыре стремительных надреза - остывшие булыжники громко попадали на пол кухни, а седло туши мягко шлепнулось на блюдо.