Чтение онлайн

— Они не очень дружат. В течении долгого времени Стефан не подозревал, что Дамон был в Церкви Феллс. Елена колебалась, она всегда чувствовала, что это личная тайна Стефана, она не может рассказать ее. Но Мередит была права, пришло время рассказать всю истории с самого начала.

— Слушайте, все начиналось так: Стефан и Дамон любили одну и туже девушку. Она родилась в Германии, ее звали Катрин. Причиной по которой Стефан избегал меня в школе, состояла в том, что я напоминала ему о ней; у нее как у меня были светлые волосы и голубые глаза.

О, и это было ее кольцом! — Елена показала золотое кольцо, с лазурным камушкам. И еще одна вещь — Катрина была вампиром. Один парень-Клаус сделал ее такой, спасая ее от смерти, от ее последней болезни. Стефан и Дамон, они оба знали об этом, но это их не заботило. Они попросили ее сделать между ними выбор, за кого она решит выйти замуж. — Елена остановилась и улыбнулась, вспомнив что сказал Танер, он оказался прав — история повторялась. Она только надеялась, что с ней не случится тоже самое, что и с Катрин. «Но она выбрала их обоих, она обменялась своей кровью с их, и сказала, что отныне они все вместе, компаньоны на всю вечность».

— Все это кажется волнующим!

— Кажется нелепым!

— Вы хотели, вы и получили это! — сказала Елена им.

— Сотрудничать зачем? — спросила Мередит.

— Об этом поговорим позже. Сейчас я хочу знать то, что произошло в городе после моего «отъезда».

— Главным образом, истерика, — сказала Мередит, приподнимая одну бровь. В основном, с твоей Тетей Джудит. У нее была галлюцинация, будто она видела тебя — только это была не галлюцинация, не так ли? И она, и Роберт разбиты.

— Я знаю, — мрачно сказала Елена. — Продолжай.

— В школе все в шоке. Я хотела поговорить со Стефаном, особенно, когда начала подозревать, что в действительности ты не мертва, но его не было в школе. Мэтт был, но с ним явно что-то не так. Он напоминает зомби, и он ни с кем не разговаривает. Я хотела объяснить ему, что есть надежда, что ты не могла уйти навсегда; я думала, что это поможет ему. Но он и слушать не стал. В его действиях не было здравого смысла, и однажды я даже подумала, что он собирается ударить меня. Он не выслушал ни слова.

— О, Боже… Мэтт. — что-то ужасное всколыхнулось в памяти Елены, что-то слишком тревожное, чтобы окончательно осознать это. Она не смогла бы сейчас с этим справиться, и воспоминания потихоньку отступили.

Мередит продолжала, — И, тем не менее, ясно, что некоторые люди отнеслись к твоей «смерти» подозрительно. Именно поэтому я и сказала на мемориальной службе неверную дату; я бы боялась, назвав реальный день и место, что Аларих Зальцман заманил бы тебя в засаду. Он столько всего спрашивал, что хорошо, что Бонни ничего не знала, а-то бы она могла проболтаться.

— Это не справедливо, — возразила Бонни. — Аларих лишь заинтересован в том, чтобы нам помочь, как и прежде. Он — Водолей, и…

— Он — шпион, — сказала Елена, — И возможно даже больше. Но поговорим об этом позже. Что со Стражем масонской ложи? Я не видела его на службе.

Мередит посмотрела неодобрительно. — Ты не знаешь?

— Я ничего не знаю; я спала на чердаке в течении последних четырех дней.

— Хорошо… — Мередит сделала тревожную паузу. Тайлер Смоллвуд только что вернулся из больницы. То же самое с Диком Картером и с теми четырьмя парнями, с которыми была стычка в День Основателей. На них было совершено нападение в ангаре тем вечером, они потеряли много крови.

— О… — Так вот почему Стефан был так силен той ночью… Это все объясняло. И вот почему сейчас они стали более слабыми. Почему они стали более слабыми с тех пор. Он, вероятно, не питался после того случая.

— Мередит, Стефан — действительно подозреваемый?

— Ну… отец Тайлера попытался заявить на него, но полиция запуталась во времени совершения преступления. Они приблизительно знают, когда на Тайлера Смоллвуда напали, потому что они, как и предполагалось, встретились с господином Смоллвудом, и Стефана не обнаружили. И Бонни, и я можем оправдать Стефана на это время, потому что мы в тот момент оставили его у реки с твоим телом. Так что он никак не мог попасть к ангару, чтобы напасть на Тайлера, по крайней мере, никакой нормальный человек не смог бы. И пока полиция не думает ни о чем сверхествественном.

— Вижу. — Елена хотя бы в этом отношении почувствовала себя свободной.

— Тайлер Смоллвуд и его дружки не могут идентифицировать нападавшего, они ничего не помнят о том дне, — Мередит добавила. — Никто, даже Кэролайн.

— Кэролайн был в там?

— Да, но она не была покусана. Она только в шоке. Несмотря на все она сделана, я почти чувствую жалость к ней. — Мередит пожала плечами и добавила, — В эти дни она выглядела довольно жутко.

— И я не думаю, что хоть кто-то будет когда-либо подозревать Стефана после того, что случилось с собаками сегодня в церкви, — вставила Бонни. — Мой папа говорит, что, возможно, это большая собака разбила окно в ангаре, и раны на горле Тайлера Смоллвуда были похожи на раны, нанесенные животным. Думаю, что много людей полагает, что это была собака или стая собак… и именно они и совершили нападение.

— Удобное объяснение, — сказала Мередит сухо. — Это означает, что они не должны больше думать об этом.

— Но это смешно, — ответила Елена. — Нормальные собаки не ведут себя таким образом. Разве люди не задаются вопросом, почему их собаки внезапно сошли с ума и начали нападать на людей?

— Многие люди только избавились от вопросов. О, и я слышала, что кто-то говорил о принудительном испытании водобоязни, — сказал Мередит. — Но это ведь — не только водобоязнь, не так ли, Елена?

— Нет, я так не думаю. И это — не дело рук Стефана или Дамона. Именно с этим я и пришла сюда поговорить с вами. — Елена объяснила, так ясно, как она могла, то, что она думала о таинственной силе в Церкви Фелла. Она рассказала о силе, которая преследовала ее до моста, и о том, что она чувствовала во время нападения собак, и о своем разговоре со Стефаном и Дамоном. Она закончила, — И Бонни сказала сегодня в церкви: «Какое-то зло». Я думаю, что это — то, что находится здесь в Церкви Фелла, кое-что, о чем никто не знает, кое-что полностью злое. И я не думаю, что ты понимаешь, о чем сегодня говорила в церкви, Бонни.