Шрифт:
Глава 1
«Подпишут или не подпишут сегодня документы?» – размышлял Роман Торопов, сидя уже второй час около двадцать седьмого кабинета Управления занятости Калининградской области.
Кабинет находился в старом трехэтажном кирпичном здании, недалеко от центра Калининграда.
Собственно говоря, этот вопрос Романа не сильно занимал, и степень его серьезности не соответствавала тому трагичному выражению лица, с каким Роман сидел у кабинета.
По большому счету лишение лицензии и закрытие фирмы Романа сейчас полностью устраивало, но сохранять хорошую мину при плохой игре было просто необходимо. На этом и строилась вся дальнейшая игра контрразведки, с которой сейчас после недолгого перерыва сотрудничал Роман.
Служба контрразведки Балтийского флота забросила Торопова в столицу Калининградской области шесть с половиной месяцев назад с определенной целью: внедриться в среду местных бизнесменов.
Данные по Балтийскому флоту утекали в свободную Европу, что не могло не обеспокоить контрразведку, которая и перебросила Торопова из одной бедной африканской страны, где Роман учил аборигенов плавать под водой, заодно выполняя задания родного ГРУ.
Особой радости от такого перемещения Роман не испытал, сменив непыльную должность хозяина процветающего дайвинг-клуба на холодный и не очень сытный Калининград середины девяностых годов двадцатого столетия.
Но приказ есть приказ, тем более что местная служба безопасности стала довольно часто фотографировать преуспевающего бизнесмена, а два штатных топтуна заменились четырьмя серенькими личностями, не отходившими от Романа ни на секунду.
В один из ветреных дней, сев на собственную яхту вместе с тремя правительственными чиновниками из столицы, Роман, а по-местному Рэм, отправился на рыбалку.
Обратно на берег ни чиновники, ни Роман не вернулись, а в бывшей Пруссии появился крепенький беженец из знойной Туркмении.
Местечко Гасан-Кули, на самой границе с Ираном, из которого якобы приехал Роман, славилось не менее жарким солнцем, чем Африка. Так что вопросов по поводу сильного загара Романа у окружающих не возникало.
А в Калининграде не нашлось специалистовразбираться в загарах.
Сымитировав внезапный переезд, срочную покупку квартиры и всю атрибутику средней руки бизнесмена, по необходимости покинувшего свои родные места, Роман сходу влился в портовый город, где беженцев и без него хватало.
Как только открыли границы Калининградской области, в нее моментально потянулись люди со всего бывшего СССР.
Легенда была разработана наскоро, но документы, сделанные на государственном уровне, выглядели как настоящие, только немного подправленные. Не было в них отметки ни о службе в морском спецназе, ни о многолетней службе в армии. Была обычная, как у всех обычных людей, биография: школа, институт, работа на заводе. И в Гасан-Кули Роман работал на сажевом заводе, который изучил по фотографиям. Несколько цехов на заводе были закрытыми, вот именно в них якобы и трудился Роман.
Ничего истинного, соответствующего настоящей биографии Романа, в документах не было, кроме отдельных моментов, которые подтверждались соответствующими вполне реальными бумагами.
Правдивыми остались только занятия подводным спортом и звание мастера спорта международного класса. Все это Роман уже получил к первому курсу политехнического института.
Операция под кодовым названием «Торпеда» была многоходовой, и в ней Роману предстояло играть главную роль.
Сейчас начиналась первая часть, под названием «Разорение бизнесмена средней руки».
Начало первой части было спланировано и проведено службой Антея с присущим блеском.
Глава 2
Роман старался поудобнее устроиться в старом, обитом потертым коричневым дерматином кресле. Длинные ноги Романа, вытянутые во всю ширину коридора, упирались в противоположную стену, а согнутые колени сразу затекали.
Найти удобное положение в этом продавленном до пола кресле, которое жалобно скрипело при каждом движении, было немыслимо.
Трое таких же, как он, бедолаг мужского пола разглядывали обшарпанный коридор, покрашенный темно-коричневой краской, старательно отводя взгляд от своих соседей. У каждого на коленях имелась папка, которую каждый из четверых не выпускал из рук. Если Роман постукивал по ней пальцами, то седой полный мужчина нервно поглаживал ее, будто она была горячей. Худой парень лет двадцати, с длинным хрящеватым носом, наоборот, любовно гладил свою черную блестящую папку, словно шею любимой девушки. Квадратный детина килограммов за сто сорок весом, скрутивший в рулон свою темно-красную кожаную папку, набычившись, уставился на белую высокую дверь немигающим взглядом, точно хотел прожечь в ней отверстие.
В который раз меняя положение длинных ног, Роман почувствовал, что под правой ногой зашуршало. Поелозив правой ногой, Роман выудил из-под своего кресла скомканный комок старой газеты размером с детский кулачок.
Этот клочок бумаги ребята из технического отдела ГРУ прикрепили под креслом, в котором сидел Роман, и только теперь заставили упасть на пол. Роман должен был именно найти этот клочок и показать всем, особенно стороннему наблюдателю, если такой имелся, что это случайность.
Нагнувшись, Роман достал клочок газеты и начал расправлять его на колене.
То, что газета старая, было видно по пожелтевшей бумаге. Но ни следов масла, ни неприятного запаха кусок бумаги не издавал. Подняв комок к лицу, Роман понюхал его и начал разворачивать, стараясь не повредить бумагу.
От какого числа газета и как она называлась, определить оказалось невозможно. Краем глаза Роман отметил, что двое посетителей с интересом наблюдают за ним.
Раньше газеты под креслом точно не было.
Незнакомый голос позвонившего резидента ГРУ четко объяснил, где будет лежать газета и на какое объявление надо обратить внимание.