Ядина
Шрифт:
Наклоняюсь, прохожу через отверстие в стене, подхожу к мешку. Вдруг скелет окутывается темным туманом и встает на ноги. Мало того, начинает меня пугать! Меня, представляешь! Но я его толкнула на пол! Он сидит на полу и нудит! «Бери все! Все! Все! Бери все! Ты же любишь брать то, что тебе не принадлежит!». А что брать-то? Что я с этим золотом делать буду? «Все будет твоим! Весь мир будет у твоих ног! Только откажись от лечения девчонки! Вели Селесте сейчас же выставить девчонку на улицу, а потом приходи и забирай золото! Все будет твоим! Все твои желания будут выполнены! Только выброси девчонку на мороз. Сегодня пятница, 13.Канун рождества. Ночь. Мороз».
– Ну а ты?
– с любопытством спрашивает Прив.
– Что я? Я люблю брать чужое потихоньку, а когда мне предлагают… Я психанула, пнула со злости мешок ногой! А заодно и скелету досталось! А еще расшвыряла монеты по всему полу. А они тут же в маслянистые черные пятна начали превращаться! Испаряются и шипят! Я, конечно, погорячилась!
– смущенно говорит Ядина, - лекарь-наставник мне этого не простит! Этот скелет такой интересный экземпляр был! А ты знаешь, что у лекаря-наставника целая коллекция интересных скелетов, а я…
– А что ты сделала со скелетом?
– весело спрашивает Прив.
– Ничего!
– смеется Ядина.
– Только толкнула! А он сидит и так очумело на меня глядит! Живехонький был, пока я не начала копейки раскидывать ногами по полу! Тогда и он стал оседать и растворятся. И все кричал на разные голоса «Нет!». Мне даже жалко его стало, я хотела сохранить его для науки, но потом увидела, что уже поздно и пошла назад к тебе! Побежали к Атолке! Ну и чего ты мерцаешь?
– Ой, прости. Я хотела наоборот. Вот, смотри. Сейчас! Я сгущаюсь!
Вбегают в гостиную, подбегают к месту, где лежит Атолка, и только тут Ядина видит то, о чем ей пыталась рассказать Прив.
– Вот это да!
– Говорит Ядина потрясенно.
– Ты как две капли воды похожа на Атолку. – Вздрагивает, услышав бой часов.
– Уже без пятнадцати двенадцать. Ну, скажи же мне, что делать? Прив, пожалуйста, помоги мне!
– Увидев, что Прив занимается невесть чем, в тот миг, когда надо бороться за жизнь Атолки, кричит озабоченно. Оставь эту ручку, наконец, в покое!
– Я помогу тебе!
– говорит Прив уже знакомым, монотонным голосом, - только нужно, чтобы Атолка тоже положила свою ладонь на эту ручку.
– Но я же не могу подвести ее к этой ручке, она же без сознания.
– Озабоченно отвечает Ядина, но вдруг что-то придумав, кричит Прив,- толкай диван, на котором она лежит, сюда, к двери! Ой, я же забыла, что ты прозрачная! Ничего не могу сделать! Диван не двигается! Будто прирос к полу!
Девочка почти выбилась из сил, но сдвинула диван лишь на несколько сантиметров.
Все больше и больше впадая в отчаянье, она не замечает, что ее новый брат Поль, привлеченный шумом, вот уже несколько минут стоит за полуотворенной дверью и не может понять, с кем разговаривает Ядина и зачем она двигает диван с больной девочкой.
– Ядина!
– Удивляется Поль, - ты зачем это делаешь?
– Поль! Как хорошо, что ты пришел. Помоги мне. Я тебе потом все объясню.
Остается две минуты до полуночи, когда, наконец, диван был придвинут, и Поль с Ядиной хотели вместе положить безжизненную ладонь Атолки на дверную ручку.
– Пускай это сделает Поль.
– Прив делает останавливающий жест- Один мальчик уничтожил меня, другой вернет Атолку к жизни.
– Ядина, кто это говорит?
– испуганно вертит головой Поль, для которого Прив невидима.
– Я никого не вижу!
– Сейчас увидишь.
– Отвечает Ядина убежденно.
– Ты только сделай то, что говорит голос. Положи руку Атолки на эту дверную ручку. Вот сюда, поверх ладони, которую ты, наверное, не видишь. Все, часы бьют полночь!
В тот момент, когда часы пробили полночь, в доме что-то взорвалось и упало.
Пришедшие утром рабочие обнаружили, что полностью рухнула одна из полуразрушенных стен чулана, как будто в нее ударила молния. Та самая стена, к которой была прикована Прив.
Но это будет утром. А сейчас, в полночь, Ядина не знает, что ей делать, радоваться или огорчаться. Радоваться ли тому, что Атолка пришла в себя или огорчаться тому, что исчезла Прив.
– Скажи что-нибудь, Атолка!
– просит она робко, сквозь слезы.
– Как ты себя чувствуешь?
– Очень хорошо!
– Отвечает Атолка, слабо улыбнувшись.
– И Прив вместе со мной, тоже хорошо себя чувствует! А ощущаю я себя странно. Нас ведь двое. Но Прив говорит, что это пройдет. Скоро я сама не буду знать, кто я, Прив или Атолка. А где мой Нутик?
Неворона, сидевшая тихо до этого момента, решает, что пришла пора и ей подать свой голос
– Какой Нутик, кто такой Нутик!
– Громко каркает она.
– Что это вообще за имя? То ли дело, Неворона! Неворона любит Атолку! Атолка любит Неворону! Может твой Нутик такое сказать?
– Поль, принеси Нутика, пожалуйста!
– говорит Ядина, подманивая Неворону к себе.
Поль уходит в детскую, а Ядина садится на диван и вдруг начинает плакать.
На шум вбегает Селеста. Встревожено оглядев комнату, она спрашивает
– Ядина, что с Атолкой? Почему ты плачешь?
– Я плачу от радости!
– сквозь слезы отвечает маленькая лекарка.
– Потому что у Поля теперь будет настоящая сестра. И от огорчения. Потому, что в первый раз у меня ничего не получилось с лечением. Это значит, мне действительно пора возвращаться в свой квартал лекарей!
– А кто же спас Атолку?
– Удивленно спрашивает Селеста, обняв вернувшегося с Нутиком Поля
– Она сама себя спасла. А Поль и я ей только помогли.
Наступило утро. Но в старом доме, после бессонной ночи все спали. Детская, пустовавшая столько времени, была теперь полна милым детским посапыванием.