Я тебя рисую
Шрифт:
— С ледников занесло, верно, — пробурчал Дариарх.
Я кивнул, насторожено осматривая заснеженную долину. Лучники снова натянули тетивы, а противник зашевелился, выползая из сугробов. Но на этом странности не закончились. Поднялся ветер. В долине, закрытой со всех сторон скалами, непонятно откуда завертелся настоящий морской шторм, разбрасывая комья снега и дико завывая. Лучники попадали, внизу солдаты пытались устоять под этими бешеными порывами, что расшвыривал их, нарушая четкость строя. Какой строй, они ползали по сугробам, даже не в силах подняться.
— Это магия!! — заорал генерал. — Проклятые Первородные, их проделки!
— Нет, — оборвал я Дариарха. — Посмотри на них!
Конница противника валялась в сугробах, лошади ржали возмущенно, а крылатые воины сидели на снегу, сложив крылья. Лететь при таком ветре невозможно.
— Но кто тогда? — изумился генерал.
Между тем ветер стих, и стало тихо. Как-то слишком тихо. Солдаты тревожно озирались, отряхивали снег с кирас и оружия, торопливо восстанавливали нарушенный строй. Вирххары ревели, а лошади ржали, словно предупреждая, что это еще не все. И точно… Земля дрогнула. Все замерли, застыли в нелепых позах, пытаясь понять, что происходит. И тут между нашими армиями вдруг вздыбилась почва и под изумленными взорами тысяч солдат начала расползаться в разные стороны, образуя глубокий ров, словно разделяя противников.
— Назад, отходим! — слаженно скомандовали с двух сторон от увеличивающейся трещины в земле. Но солдаты и так уже неслись в сторону от образовавшегося рва, который, к тому же, стремительно начал заполняться водой. А когда по берегам рва вытянулись аккуратные ряды елочек, словно забор, у всех моих генералов просто отвисла челюсть.
— Что это такое? Это какой-то бред! Невозможно!
Я, прищурившись, окинул взглядом притихшие скалы. И испугал генералов, потому что начал смеяться, догадавшись, кто автор раскинувшейся перед нами картины.
С уступа вся долина была как на ладони. Слева арманцы. Ровные квадраты солдат в черной форме. У командующих сверху алые плащи с драконом, и белые волосы убраны в высокие хвосты, в которые вплетены острые наконечники. Вирххары в тяжелой сбруе, кожаные и металлические пластины закрывают уязвимую грудь ящеров и тоже выкрашены в алый. Сверху эта часть поля кажется черно-красной, словно земля и кровь.
Справа зеленый, синий и желтый. Длинные полотнища штандартов, на которых притаились львы с ирисом и турмалиновое солнце. Чуть дальше небольшой островок белого, там взвод снежных барсов, уже в боевой форме. У них нет флагов и формы, у них клыки, когти и сила, способная одним ударом разорвать человека пополам. Пятна серого — это кочевники, их лица закрыты масками, чтобы Смерть не увидела и прошла мимо, а тела укрыты бесформенными серыми тряпками, под которыми скрываются жилистые гибкие тела, изогнутые клинки и отравленные дротики.
И еще я вижу над долиной ядовито-коричневое предвкушение битвы. Серый страх смерти. Бурую ржавую агрессию и терракотовую жажду крови.
И у меня в руках лишь черный грифель, чтобы все это изменить.
Я рисую на шелке, почти не глядя, как мои художества воплощаются в реальность. Но, судя по возгласам стражей и фырканью Хлои, у меня получается…
«И елочек добавь», — посоветовала драконица, фыркая от смеха.
— Не мешай, — отмахнулась я.
Диос и Виар хохотали, лежа на уступе и рассматривая раскинувшуюся внизу долину. Тучу я начала рисовать еще в полете, а вот все остальное уже на скале, удобно расположившись на плоском камне. Подол моего платья Виар просто отрезал клинком, так что у меня получился неплохой холст. Я даже подумала, что надо освоить новую технику живописи — на влажном шелке.
«Ева!» — драконица ткнула меня мордой, и я отпихнула ее, чтобы не мешала. Но Хлоя не снова уткнулась мне в плечо.
— Ну что еще? Елочки нарисовала! — Я положила ладонь гребень.
«Живо забирайся, Линтар летит сюда!» — заорала Хлоя в моей голове.
Я ойкнула и свалилась с камня. Виар и Диос уже неслись к нам, а над ними завис огромный черный дракон…
— Светлый Дух… — пискнула я, пытаясь забраться на скользкую от снега драконью шею.
«Не уйти, он гораздо быстрее…» — тоскливо прозвучала драконица.
— Взлетай! — заорала я, ухватившись за шип.
Драконица распахнула крылья, но черный дракон уже был рядом и лапой придавил шею Хлои к земле, не давая ей подняться. Линтар гневно фыркнул, и драконица зажмурилась, опасливо дергая хвостом, словно провинившийся щенок. И тут дракон повернулся ко мне, и рядом оказалась огромная морда с желтыми глазами и вертикальным черным зрачком. Я вздрогнула, но выпрямилась, гневно глядя в эти пугающие глаза. Пасть дракона приоткрылась, и он фыркнул паром, а потом придвинулся еще ближе.
— Ты меня не запугаешь, Линтар! — выкрикнула я. — И я не позволю тебе убивать, слышишь меня! Ты уже отомстил, остановись!
Пар снова вырвался из его ноздрей. Хлоя попыталась вывернуться из-под прижимающей ее лапы, но Линтар рыкнул и драконица снова затихла. Крылатые стражи атаковали Линтара одновременно, с двух сторон, но их клинки лишь глухо звякнули о черную чешую с багровым отблеском, а дракон махнул хвостом, раскидывая их в стороны.
— Не трогай их! — возмутилась я. Позади меня раздался хлопок, такой бывает, когда устанавливается портал.
— Только тронь ее и получишь пронием в лоб, дракон! — прозвучал за спиной холодный голос Арвиэля. — Ты ведь знаешь, что это такое, правда? Это то, чем уничтожали драконов триста лет назад. Думаю, он и сейчас сработает!
Я медленно повернула голову, глядя на вышедших из портала брата и Первородного. И лучников с арбалетами, заряженными не стрелами, а длинными тусклыми болтами. Я слышала об этом редком металле, способном пробить даже драконью броню.
— Отойди от моей жены! — приказал Арвиэль.
Черный дракон откинул голову и фыркнул. Совершенно так же, как это делал арманец, когда смеялся. Потом убрал лапу с Хлои, и драконица, перевернувшись, отползла в сторону, опустив голову и недовольно урча.
— Ева, иди к нам, — позвал Люк, не сводя с меня тревожных глаз. Линтар передвинулся так, что я оказалась за ним, и обвил хвостом, весьма недвусмысленно давай понять, что не отпустит меня.
— Убить его, — рявкнул Арвиэль лучникам.
— Нет! — я попыталась перелезть через черное кольцо драконьего хвоста, но Линтар лишь пошевелил кончиком, и я снова свалилась внутрь. Села на землю, хмуро осмотрелась, и не придумала ничего лучше, чем заорать, словно от невыносимой боли.