Чтение онлайн

Что ж, прекрасный повод начать разговор со своей занимательной соседкой, изменчивой, как погода на море… Я еще раз внимательно посмотрел на девушку, образ которой ещё меньше часа назад ассоциировался у меня с невинной девой Рафаэля Санти. Она сидела почти спиной ко мне, скрывшись под завесой тёмных кудрей, которые венчал легкомысленный красный бантик.

— Эти дети визжали, как будто их режут! — оправдывался брат, не замечая, что я уже не слежу за нашим разговором.

Мои мысли сейчас занимала маленькая Белоснежка, которая задумчиво приняла красное яблоко от Майка Ньютона:

— Это очередная шутка про принцессу? — её голос немного дрожал, что выдавало волнение.

Неужели это из-за гадкого блондина, которого она, очевидно, выделяла из всей толпы её местных поклонников? Я вспомнил утренний разговор о собаках и замечание Беллы о цвете глаз парня. Ласковая улыбка девушки и кокетливые взмахи ресниц существенно нарушили мыслительные процессы Ньютона, что невероятно раздражало меня. Сидеть в голове, полной фривольных фантазий, было откровенно противно.

Как такая разумная девушка, как Белла, могла увлечься такой посредственностью? Конечно, она не могла читать его мысли, но я считал её проницательнее той же Джессики Стенли, которая в данный момент гадала, чем бы отвлечь соперницу от Ньютона.

Оглянувшись в сторону нашего столика, Джессика с раздражением проследила за направлением моего взгляда. Я опять не захотел скрывать свой интерес к Белле. В конце концов, через несколько дней он станет совершенно очевидным.

— Господи, даже Эдвард Каллен запал на неё, что они все в ней находят? — мысли девушки были слишком злыми, но голос, вопреки ожиданию, лился, словно патока:

— Белла, на тебя смотрит Эдвард Каллен…

Я надеялся, что она обернется, но Белла лишь коротко вздохнула:

— Ох, я в курсе, это ожидаемо.

— Он докучает тебе? — Тайлер Кроули бросил оценивающий взгляд на меня.

В его мыслях промелькнула картинка, как он подходит и бьёт меня в челюсть. Ха! Представляю, как ему не понравится близкое знакомство с моими зубами.

— Нет, конечно, нет! Это я виновата… — Белла прикрыла руками лицо, которое быстро наливалось румянцем. Я вдохнул побольше воздуха и перестал дышать, боясь раньше времени уловить аромат её крови. — Я сегодня кинула в него снежок… И попала… Прямо в голову…

Мгновение тишины разбил озадаченный вопрос Майка:

— Эм… Аризона, а разве Каллен был в команде противника?

Меткая девочка выдавила из себя жалкий смешок, похожий на хныканье ребенка:

— В том-то и дело, Майк, он был гражданским, но мне почему-то показалось, что он играет за тёмную сторону… — она послала ему взгляд, полный сожаления, и была просто очаровательной в этот момент.

Я же не смог сдержать улыбки. Тёмная сторона. Ну, можно и так назвать…

— Брось, Белла, не съест же он тебя, — попыталась подбодрить Беллу Анжела Вебер.

— Не съест, только понадкусывает, — оптимистично заверила Белоснежка, впиваясь зубами в красный бок яблока.

От басовитого хохота Эмметта, кажется, содрогнулись окна кафетерия, а Белла подавилась коварным фруктом.

Белла

Уж сколько раз твердили миру, что инициатива %бёт инициатора, но мудрость нам не впрок, — ругалась я сама про себя по дороге на биологию.

Смех Эмметта не прибавил мне ни капли спокойствия для предстоящего урока. Мысли позорно разбегались, проштрафившаяся жопа скромно внесла рационализаторское предложение собой не рисковать и уйти в прогулы, но грёбаная ответственность бывшего хирурга требовала собрать сопли в кулак и идти решать проблемы, не доводя их до клинического состояния.

Грудь вперёд, бровки домиком, губки бантиком… Идём медленно и печально… Нет! Грудь мешает идти медленно и печально. Её можно чуть-чуть спрятать. Но не перебарщиваем, горбун из Нотр-Дама — роль явно не моя.

Сегодня, Бриджит Бардо медицинского разлива, мы будем играть раскаяние, желательно, бездеятельное. Кровушку завещаем потом.

Ох, вот не умею я раскаиваться в искренних пакостях! Мне как за Тони стыдно не было, так и тут. Подумаешь, испортила причёску. Ему даже не было больно! Нечерта меня было пугать при первой встрече… Ох, чувствую, диалог у нас ещё тот получится, если он начнёт его с жалобы.

Может быть, мне лучше вообще ничего не говорить? Тогда он сможет не дышать, а, следовательно, не будет хотеть меня убить. Но если этот разговор неизбежен, как и развод моих родителей? Будет ли верным убивать силы и нервы, избегая вампира, если можно попробовать сосуществовать параллельно эти полтора года, а там и долгожданный Гарвард, работа, семья…

Ничего толком не решив, в таких растрёпанных чувствах я неуверенно шагнула в класс биологии. На партах были расставлены микроскопы для лабораторной. Одноклассники поспешно листали учебники, как будто Минздрав в лице преподавателя не предупреждал заранее. А мой кровожадный сосед спокойно сидел на том же самом месте, что и неделю назад. И смотрел на меня. Не отрываясь…

Ждёт, гад…

С противным чувством d'ej`a vu я медленно прошла к своей парте, скромно присев на самый краешек стула. На вампира специально не смотрела, сосредоточив всё своё внимание на мистере Баннере. Дождавшись разрешения приступать к работе, я не дрогнувшей рукой взяла предметное стекло, вставляя его в микроскоп, мельком взглянула и легко определила фазу митоза:

— Это метафаза, — я потянулась к бланку ответов, когда меня остановила холодная рука. Быстро отдёрнув свою руку, как после ожога, я с удивлением уставилась на Каллена.

— Леди не желает сначала поздороваться и познакомиться? — вампир выглядел озадаченным и немного раздражённым, как будто я нарушила его планы.

Это я после снежка «ледей» стала? Видимо, голова у Эдварда — место слабое.

Ха! Вылечим, — коварно потер лапки мой проснувшийся оптимизм, — Шокотерапией…

— Приветствую вас, любезнейший джентльмен, — иронично улыбаясь, начала шепотом я, взглядом объясняя всё, что думаю о его умственных способностях. — Позвольте представиться, Изабелла Мари Свон, но знакомые зовут меня Беллой, а вы, наверное, Эдвард Каллен… Отличник, одиночка и безнадёжно розовая мечта почти всех девочек этой школы, благодаря смазливому лицу и флёру таинственности, который выделяется как бельмо на глазу в столь маленьком городе, где все всё друг про друга знают.