Я никогда не...
Шрифт:
– Ну не знаю, что из этого выйдет, конечно…
– Ты грязный, - заметила я.
Его черная футболка была заляпана грязью, на загорелых руках тоже виднелись разводы.
– Мда…
– Мда, - со смешком повторила я. – Придется опять звать тебя к себе.
– Ну уж извини, - улыбнулся он. – Могу загладить ущерб вкусным тортом.
– Сам испечешь?
– Увы, на такое мои подвиги не распространяются.
– Тебя в магазин в таком виде не пустят, - заметила я.
Он оглядел себя ещё раз и вздохнул, скривив губы.
– Пошли, - скомандовала я, направляясь к двери подъезда.
А что, у меня был какой-то другой выход?
Глава 7
Пока Костя принимал душ, я хлопотала на кухне. На скорую руку замесила блины (ну хоть что-то я готовить умею, иначе это стало бы ещё одним хорошим поводом для шуток с его стороны), заварила элитный чай, который маме привезла коллега из Индии. И почему я опять с ним связалась, если еще вчера была уверена, что, появись он снова в моей жизни, даже не взгляну в его сторону.
При мысли о том, что мы целовались, краска прилила к щекам. Так, о чем я вообще думаю? Надо верить в дружбу между парнем и девушкой. Как только я приму эту мысль, мне станет легче общаться с ним. Ведь нас ничто не может связать иначе. И мое смятение - это лишь вопрос времени.
Не помню, зачем я пошла в комнату, но когда возвращалась по коридору обратно на кухню, дверь ванной открылась и на пороге собственной персоной показался мой гость. В одном белом банном полотенце до колен, намотанном вокруг бедер.
Сказать, что я потеряла дар речи от этой картины – не сказать ничего. Нет, понятно, что он хорошо сложен, и, возможно, этот выход был включен в его план как еще один способ покорить мое сердце и окончательно сломить мою твердость и стрессоустойчивость, но… блин, план сработал. Я и правда ступила. Только, кажется, глаза удивленно расширила, за что тут же получила ещё одну саркастическую улыбку в свой адрес.
– А тебе не кажется, что это уже верх наглости – расхаживать в моем доме полуголым? – очнулась наконец я, стараясь не опускать взгляд на тело, а смотреть ему прямо в глаза.
– Я как раз хотел попросить что-нибудь надеть. Не могу же я пойти домой в грязном.
– Ты на машине, - напомнила я.
– Но стекла у меня не тонированные.
Веский аргумент!
– Сейчас что-нибудь поищу, - быстро бросила я, исчезая в комнате. Потом вдруг опомнилась: зачем я пошла в свою комнату, надо же поискать что-то у папы. К счастью, Костя уже скрылся обратно, иначе он точно заметил бы мою утроившуюся рассеянность и поднял на смех.
Откопав наиболее чистую рубашку с коротким рукавом и домашние шорты (а что он думал, я ему парадные брюки притащу?), я постучала в дверь ванной комнаты.
– Входи, - раздалось изнутри, и снова со смешком.
Заходить я не стала, просто просунула внутрь руку с одеждой.
– На.
– Благодарю, - с патетикой и придыханием выдал он, словно случайно касаясь моих пальцев своими и на пару секунд задерживая их.
Захлопнув дверь, я вернулась на кухню и привалилась спиной к стене.
Боже мой…
От мыслей в голове стало нехорошо. Он круто целуется, и я никак не могу об этом забыть, хотя этого вообще не должно было случиться в моей жизни! И то, что он полуголый разгуливает в моей квартире, хвастаясь телом… Много ли девушек успело оценить его так же, как я?
«Забыть, забыть, забыть!» - приказала себе, чувствуя злость и возвращаясь к плите, чтобы занять руки делом. Заняты руки – занята голова.
Костя подошел через пару минут. И смотрелся он в папиной одежде довольно комично. Я не сдержала смешок.
– Ты самое лучшее, конечно же, выбрала?
– Что было, - пожала плечами я, стараясь не расхохотаться в голос.
Костя был меньше отца на пару размеров, и выше.
– Вот поэтому я и не люблю рубашки, - добавил он.
– Они тоже ассоциируются со свадьбой?
– Нет. Просто пуговки не люблю застегивать, - глядя на меня слишком пристально, произнес Костя.
«Ну, пуговки тебе мог бы застегивать кто-то другой», - пронеслось в голове, и я тут же устыдилась собственных мыслей. Здрасьте, приехали!
– Ну и, по всей видимости, ты хорошо готовишь, раз ни в ком не нуждаешься? – отворачиваясь к плите, чтобы вдруг не выдать своего волнения, поинтересовалась я.
– Яичницу и пельмени, - отчеканил он.
– Не густо. Как ты ещё жив-то при таком разнообразии блюд?
– Есть такая штука: кафе называется. Там вполне вкусно готовят.
– А, отличный заменитель женщины в доме.
– Хватит набиваться мне в жены, - фыркнул он.
Я резко к нему обернулась, но сказать ничего не смогла, как ни пыталась. Да не офигел ли он? Я тут ему готовлю, в ванне моей он моется, когда захочет приходит, когда не хочет – не объявляется, и при этом постоянно надо мной издевается! И, главное, как и зачем я позволяю ему всё это?
Забыв о правилах приличия и элементарной вежливости, я подошла к нему вплотную и толкнула по направлению к выходу.
– Вон отсюда.
– Да ты чего?
– Может, ты и уверен в своей неотразимости на сто процентов, но мне это надоело. Я тебе не очередная фифа, которая будет всё это выслушивать и терпеть. И цели за тебя замуж выйти у меня нет, потому что я и по доброй воле на это бы не согласилась. Не знаю, зачем вообще я с тобой связалась. Но терпеть это хамство мне надоело. Уходи немедленно!
– Слушай, ладно, я пошутил, - он поднял вверх руки, но поздно. Он разбудил вулкан, и теперь я не намерена была останавливаться. Точка. Он меня просто достал. Больше поблажек не будет.