Взвод
Шрифт:
Иван напряженно наблюдал за развитием событий.
– Внимание, – раздался голос Херберта. – Дальние патрули рассредотачиваются. Они определили вектор огня!..
– Спокойно. – Лозин чувствовал, что контролирует ситуацию.
Главное, чтобы никто не дрогнул…
Он отчетливо видел, как отряды боевых особей ксенобиан, патрулировавшие дальнюю часть периметра, образовали редкую, растянутую цепь и внезапно ринулись в слепую атаку на пограничные заросли. Эффект внезапности явно не воздействовал на них, а элементарная логика подсказывала, что невидимые стрелки ведут огонь со стороны уничтоженных патрульных групп.
Цепь Чужих казалась редкой и растянутой лишь из-за большой протяженности периметра космодрома, на самом деле позиции шестерых снайперов атаковало в этот момент не менее сотни боевых особей – они бежали, на ходу ведя неприцельную стрельбу из бионических автоматов. Тончайшие иглы, смоченные токсичными выделениями, с тонким свистом пронзали воздух, втыкались в стволы деревьев, навылет прошивали кустарниковые заросли, подрубая мелкие веточки и превращая в решето попадающуюся на их пути листву…
Однако ни численный перевес пришельцев, ни плотность ответного огня не смогли поколебать хладнокровие шестерых людей. Не получив приказа к отступлению, снайпера продолжали методично уничтожать Чужих, не обращая внимания на шальные иглы, которые со свистом пролетали мимо.
Черные корабли, барражировавшие в воздушном пространстве над территорией космодрома, очертили в небе плавный полукруг и начали стремительно приближаться к месту боя.
– Цель вошла в зону визуального контакта!.. – Голос Насти прозвучал глухо и напряженно. – Боевой сопроцессор подтверждает захват по линии визирования!
– Джон?!
– Готов!..
– Всем ждать…
Напряжение росло, хотя над полем боя не раздавалось звуков стрельбы или грохота разрывов, лишь молча и целеустремленно неслась редеющая цепь Чужих, едва слышно свистели пули и иглы да падали выбитые из строя снайперским огнем фигурки ксенобиан…
Иван ждал, хладнокровно отслеживая показания дальномеров.
– Орудиям, беглый огонь! – наконец скомандовал он. – Снайперам, отходить!
В следующую секунду все разительно изменилось, будто мир вокруг взорвался.
С гулким ритмичным грохотом заработало модернизированное башенное орудие БМК, посылая в приблизившийся черный корабль длинную очередь разрывных снарядов. В небе внезапно вспух ослепительный бутон огня, рядом с которым тут же полыхнул еще один ксенобианский корабль – это Херберт поразил избранную цель.
Окраину леса и заросли кустарника вдруг начал заволакивать молочно-белый, удушливый дым – снайпера выбросили заранее заготовленные заряды и сейчас отступали под прикрытием их завесы в глубь лесного массива.
В следующую секунду в бой вступили три черных корабля.
Лазерные лучи хлестнули по окраине лесного массива, подрубая деревья, скашивая кусты, – потоки когерентного света били наугад, однако их разрушительная мощь вполне могла скомпенсировать неточность ударов: во многих местах моментально занялся пожар, но обе БМК, действуя по плану, уже вышли из зоны тотального поражения, остановившись в километре от демаскированных огневых позиций, чтобы подобрать группы снайперов.
Лейтенант не видел возвращающихся бойцов, но, судя по данным телеметрии, никто не пострадал – встроенные в экипировку аларм-процессоры не выдавали тревожных сигналов, лишь участились показатели пульса и кровяного давления.
Наконец кормовые люки закрылись.
– Второй, начинаем «карусель»! – произнес Лозин, выводя свою машину на край огромного поля.
БМК, под прикрытием дымовой завесы, продвинулась на полсотни метров вперед и, резко повернув, пошла на средней скорости параллельно кромке леса, поливая шквальным огнем из башенного орудия остановившуюся цепь ксенобианских бойцов.
Планируя операцию, космодесантники тщательно просчитывали каждый элемент своих действий, одновременно, на основе накопленного опыта, проектируя адекватные средства борьбы с техникой противника.
Черные корабли, несмотря на хрупкость обшивки, являлись опасными противниками, которых не следовало недооценивать. Странный, практически неизученный материал их корпусов поглощал красную часть спектра световых волн, не выделяя при этом тепла, а приводы инородных аппаратов не возбуждали в атмосфере электромагнитных полей. Двигаясь на большой скорости, такой корабль казался размазанным темным пятном, на которое упорно отказывались реагировать стандартные системы наведения.
В итоге получалось, что поразить ксенобианский корабль можно лишь прямой наводкой, в том случае, когда он находится в непосредственной близости и движется на малой скорости, не выходя из зоны визуального контакта со стрелком.
Пока люди оборонялись, корабли ксенобиан были вынуждены сбрасывать скорость, зависать либо медленно барражировать над определенными участками местности в поисках противника, и их можно было поразить без участия компьютерных систем наведения. Лозин первым доказал это, сбив корабль Чужих над военным городком из ручного противотанкового комплекса, однако Иван скептически относился к перспективе подобных поединков.
– Пока что нам по большому счету везло, – высказал он Херберту и Логинову свое мнение. – Готовить наступательную операцию, уповая на то, что Чужие будут висеть над нашими головами и подставляться под прямые удары, на мой взгляд, неприемлемо. Они наверняка извлекли определенный урок из собственных поражений.
– Без сомнения… – согласился Херберт, просматривавший собранные видеозаписи. – Думаю, их лазерные установки при хорошей погоде способны поражать цели с дистанции в десятки, если не сотни километров. Когерентный световой луч – не снаряд, на него не распространяются законы баллистики.
– Вот и я про то, – сумрачно заметил Лозин. – Допустим, мы захватили космопорт, но кто помешает Чужим поднять свои корабли с островных баз и ударить по известной площади, находясь вне пределов видимости, например у линии горизонта?