Высшая школа... любовников!
Шрифт:
Что удивительно, Джулиане быстро ответили! Правда большая часть писем не радовала. Кто-то, прикрываясь словесными кружевами, сообщал, что его дочь уже поступила в другую школу или даже вышла замуж. Кто-то прямо писал, что не доверит воспитание своей кровиночки девице еще вполне брачного возраста. А то вдруг она шуры-муры закрутит с каким-нибудь лордом и укатит в свадебное путешествие прямо в разгар учебного года!
Ответ из канцелярии королевского благотворительного фонда выглядел как раздавленная лягушка и вызывал такое же омерзение. Да, в плохих районах города все плохо. Да, образование могло бы помочь в этой ситуации, а уж потребность в опрятной и обученной прислуге есть всегда, но… денег на данный момент нет. Однако если каким-то неведомым чудом леди Гейбл сумеет открыть такую школу, ей дозволяется говорить о том, что королевский благотворительный фонд оказал ей всемерную поддержку.
Прочитав эту гербовую бумагу (на стоимость листа и конверта она могла бы прожить три дня!) Юля чуть не расплакалась от злости, но не позволила себе раскисать. Зло встряхнула конверт, чтобы убрать туда бумагу, и с удивлением заметила выпавшую на стол карточку. Темно-серую, матовую, украшенную черно-серебристым вензелем с герцогской короной.
Ниже был указан адрес. А на обороте поблескивала надпись графитным карандашом:
“Продайте дом, Джулиана. Это решит все ваши проблемы. Готов обсудить сделку в удобное для вас время. Д. В.”
20
Юля сжала руки в кулаки и медленно выдохнула. Ей не пришлось долго думать, кто скрывается за этими буквами. Захотелось от души выразиться простыми русскими словами, но помешало присутствие Агнешки. Служанка принесла почту и напомнила, что вот-вот придет стряпчий.
— Чай готов?
— Да, госпожа!
— Хорошо, подай его, когда все закончится. Вина не осталось?
Агнешка виновато потупила глаза. Спиртное было дорого. Как и мясо.
— Значит тосты с джемом и чай, — Юля легкой улыбкой подбодрила ее и закрыла секретер.
Через несколько минут раздался звон колокольчика. Служанка впустила в дом сухопарого старичка в поношенном дорогом костюме и проводила в Зеленую гостиную. Следом за ним пришел лорд Десмонд, по счастью без доктора.
— Как себя чувствует леди? — осведомился он у Агнешки, высокомерно скидывая ей на руки трость и цилиндр.
— Еще не вставала, — произнесла та с тяжким вздохом и плаксиво добавила: — Совсем плоха стала.
— И в чем это выражается? — оживился блондин.
— Дык заговариваться начала. Меня вот давеча не узнала. Я ей ужин принесла, а она руку тянет и стонет: “Тетушка, это вы? Подойдите, я вас не вижу!” Ох, я страху-то натерпелась!
— Ну-ну, успокойся, — Десмонд небрежно похлопал ее по плечу и сунул в руку еще один шиллинг. — Надеюсь, это придаст тебе храбрости.
Шиллинг исчез за корсажем служанки. А Марк, потеряв к ней интерес, подошел к стряпчему и не заметил, как по губам Агнешки скользнула усмешка.
— Ну?! — Юля кинулась навстречу служанке, едва та вошла в ее спальню.
— Все сказала, как вы велели! — с цветущей физиономией, Агнешка показала монетку.
— Отлично! Теперь мой выход!
Склонившись над зеркалом, попаданка быстро нанесла на лицо и губы остатки тетушкиных белил. Оценила результат, добавила немного теней под глаза и на впадины щек. Затем скорчила скорбную мину. Так лицо приобрело болезненный вид.
— Ух! — отреагировала Агнешка, увидев свою госпожу, — вы прямо как привидение!
— За умирающую сойду? — осведомилась Юля.
— Ну… — та призадумалась, — за очень больную.
— То, что нужно.
Перед тем, как выйти из комнаты, Юля вернулась к столу, открыла флакончик с лекарством и щедро плеснула жидкость в потухший камин. Кто знает, на что способен Десмонд? Вдруг не постесняется проверить спальню своей “невесты” или затребует флакон, чтобы убедиться в приеме “лекарства”? А так пусть еще попробует доказать: выпили его или вылили.
В Зеленой гостиной царило благолепие. Стряпчий устроился за секретером и аккуратно раскладывал принесенные с собой бумаги. Виконт скучающе смотрел в окно. Когда вошла леди Гейбл, он удовлетворенно отметил ее крайне болезненный вид, затем на его лице отразилась неподдельная тревога:
— Дорогая Джулиана! Вы сегодня очень бледны! Позвольте, я усажу вас в кресло!
— Благодарю вас, лорд Десмонд, — голосом умирающей птички прошелестела Юля и позволила “жениху” проводить себя до кресла. — Мистер…
Она запнулась, пытаясь выудить из памяти имя стряпчего. Тот поднялся, когда она вошла в комнату, и поклонился, представившись:
— Мистер Скарлатти.
— Рада вас видеть, мистер Скарлатти, — чуть пободрее сказала Юля. — Сейчас придет моя подруга, леди Мелмот и ее компаньонка. Это достаточное количество свидетелей при чтении завещания?
— Несомненно, — коротко кивнул стряпчий.
Словно в ответ на его слова зазвенел колокольчик. Агнешка застучала башмаками, спеша к двери. Из холла донесся звонкий голос Софии:
— Мы немного задержались, на Плим-стрит опрокинулся экипаж! Такой ужас!
Болтовня подруги придала Юле сил. Дамы чинно вплыли в гостиную, поздоровались с виконтом и стряпчим, а после сразу присели рядом с леди Гейбл и замерли, словно модные фарфоровые статуэтки.
— Прошу вас, начинайте, мистер Скарлатти, — слабым голосом попросила Юлия и приготовилась слушать.
Начал нотариус торжественно. Поправил висящий на груди амулет, который был размером с чайное блюдце, и провозгласил:
— Я, Джозеф Скарлатти, милостью Божией и королевы Шарлотты стряпчий с королевской лицензией, объявляю последнюю волю леди Эммы Камелии Бронсон!
Тут стряпчий сделал выразительную паузу и обвел всех внимательным взглядом, дабы убедиться, что его внимательно слушают.
Десмонду удалось сохранить на лице скучающее выражение, а вот дамы всем своим видом показывали нешуточный интерес. Удовлетворившись их вниманием, мистер Скарлатти вернулся к бумагам.