Чтение онлайн

–  Не курю.

–  А, понятно… Значит, пьете?

–  Пью. Часто и в больших количествах.

–  Это хорошо, значит, здоровье позволяет.

–  Образ жизни требует.

–  Будем считать, что разминка закончилась?

–  Согласен.
– Юферев сразу усвоил манеру разговора Серковой, лаконичную и вызывающую.

–  Тогда, пожалуйста… - Серкова протянула руку, как бы поиграла указательным и большим пальцем. Обычно этот жест означает деньги, но она, похоже, имела в виду нечто другое.

–  Не понял?
– Юферев в упор посмотрел на Серкову. Красивые глаза, подумал он.

–  Ксивы.

–  А, виноват.
– Вынув удостоверение, он раскрыл его и показал Серковой.

–  В руки не даете?

–  Могу.
– Он положил удостоверение на стол, рядом с пачкой сигарет.

Серкова взяла удостоверение, повертела его перед глазами, вчиталась в надписи, печати, убедилась, что удостоверение уже дважды продлялось.

–  Все правильно, - сказала она.
– Достаточно затертое, значит, не фальшивое. Вы и в самом деле Юферев?

–  А что, есть сомнения?

–  Вы недавно по телевидению рассказывали об этих убийствах… На улице я бы вас не узнала, а вот сейчас что-то вроде совпадает. Даже не знаю что…

–  Я сейчас наряднее и взволнованнее, - серьезно сказал Юферев.

–  С чего бы?

–  С красавицей сижу.

–  Это вы верно подметили, - рассмеялась Серкова, но покраснела, смутилась.
– Ладно, ближе к телу, как говорят классики.

–  Не возражаю. Мороженое едим?

–  Нет, спасибо. Я ненадолго. Значит, так, Александр Леонидович…

–  На Сашу не тяну?

–  На Сашу… Если сделать над собой небольшое усилие…

–  Сделайте его, пожалуйста.

–  Как будет угодно, гражданин начальник, - она улыбнулась.
– Значит, так… Мы познакомились с Максимовой на курсах вождения. Она бывала у меня, я у нее. Как-то познакомила со своими приятелями. Мне они не понравились.

–  Чем?

–  Бандюги. А им не понравилось то, что они мне не понравились.

–  Как они об этом догадались?

–  Наташка сказала. Ребята проявили какую-то там озабоченность, она им и врезала… Дескать, не надо, мальчики, не для вас расцвела эта роза.

–  Обиделись?
– предположил Юферев.

–  Немного. Но у них хватало дел и без меня. И потом… Они ведут достаточно скромный образ жизни. Замкнутый, я бы сказала. Избегают шумных компаний… Когда все это случилось с Наташкой… Один из них нашел меня, на улице как бы случайно столкнулись… И сказал… «У тебя, - говорит, - шейка потоньше, чем у Наташи…»

–  Это тот, у которого щербинка между зубами?

–  У следствия, смотрю, есть некоторые достижения?

–  Работаем, - пожал плечами Юферев.

–  Поздравляю.

–  Что еще сказал щербатый?

–  А, - Серкова стряхнула пепел на бетонные плитки, постучав по сигарете розовым ноготком.
– Вот, собственно, и все. Шейка, говорит, у тебя потоньше, поэтому надо бы ее поберечь, а то мало ли что может случиться… С некоторыми случается, подумай, дескать. Конечно, я послушалась этого человека, подумала.

–  И к какому же выводу пришли?

–  А вывод таков, что наша с вами беседа, Саша, заканчивается.
– Она в упор посмотрела на Юферева.
– Не буду я вам помогать. Боюсь. Жить хочется.

–  Понимаю, - кивнул Юферев.

–  Вот и хорошо. Прошу не звонить мне, не вызывать повестками. Все эти опознания, очные ставки, выезды на место преступления… Очень прошу - не привлекайте меня для всех этих дел. Можете пообещать?

–  Пообещать могу, - сказал Юферев.
– А вот выполнить обещание… Вряд ли я смогу его выполнить.

–  Тогда я уеду.

–  А если нам так договориться… Мы с вами посидим еще минут десять-пятнадцать, вы ответите на несколько моих вопросов… И я вас больше не трогаю, не вызываю, не привлекаю, как вы только что выразились.

–  Мне не придется ничего подписывать?

–  Не придется.

–  Мое имя нигде ни разу не будет упомянуто?

–  И это принимается. А почему, собственно, вас это тревожит?

–  Потому что я уверена… Уголовное дело будут листать не только в вашей конторе, Саша.

–  Как?!
– вскричал Юферев несколько фальшиво.
– Вы не верите в то, что…

–  Не верю, - спокойно перебила его Серкова.
– И вам не советую. Эти ребята… Они очень состоятельные ребята. Работа у них напряженная, но, похоже, непродолжительная. У них будет время ознакомиться с документами в деле. Вот видите, я уже начала давать показания. Это, заметьте, под обещание не упоминать моего имени в уголовном деле. Мы договорились?

–  Да-да, - зачастил Юферев, собираясь задать какой-то вопрос, но Серкова положила ему на ладонь свою руку.

–  Так не пойдет, - сказала она с улыбкой.
– Когда говорят «да-да», это вовсе не «да».

–  Что же это?

–  Это просьба отвязаться.

–  Тогда я говорю твердо и жестко - да. Вы не будете упомянуты в уголовном деле ни под каким соусом.

–  Ваш вопрос?

–  Где они обитают?

–  Не знаю.

–  Я спрашиваю не адрес, не квартиру… Может быть, вы знаете район города, ресторан, пивную… Где вы с ними встретились?

–  У Наташи дома. Они, насколько я могу судить… предпочитают окраины.

–  Я ни за что не поверю, что они не ходят в рестораны! Эта публика ресторан считает едва ли не самым главным в жизни! О ресторанах они мечтают в зонах, в рестораны ведут красоток, устраивают разборки… Рестораны - это смысл их жизни!

–  Знаю, - негромко произнесла Серкова.
– Все это я знаю… Скажите, Саша… Вы когда-нибудь бывали в ресторане «Пламя»?

–  Я даже не знаю, где это!
– искренне удивился Юферев.