Вышел зайчик погулять...
Шрифт:
Этот человек появился как будто из другого времени, и было странно, что за его спиной толпятся обычные люди. И тут мы услышали ГОЛОС. Кто-то сердито и гулко кричал, как будто в железную банку:
– Внимание, мотор-р-р-р! Камера пошла-а-а-а!
– А здесь кино снимают, да? – затараторил Мишка. – А можно мы посмотрим? Мы немножечко!
И, не дожидаясь, что там ему ответят, он схватил меня за руку и стал проталкиваться вперёд.
На Вокзальной улице была зима.
Снег лежал на булыжной мостовой. Зелёные листья деревьев спрятались под снежными шапками. Это было так странно – как будто знакомая улочка рассыпалась на кусочки, на цветные осколки, а потом собралась совсем в другую картинку. Как в мамином старом калейдоскопе.
Вдруг из арки вышла настоящая дама, в белой пушистой шубке и платье до самой земли. Следом выбежал мужчина в распахнутом чёрном пальто. Лицо у него было какое-то злодейское, и я даже испугалась за даму. Он схватил её за руку. Дама вырвалась и что-то сказала. Но что – мы с Мишкой так и не услышали.
– Стоп, стоп! – закричал сердитый голос.
– Это режиссёр, – шепнул мне Мишка.
Кругленький режиссёр, смешно подпрыгивая, бежал по снегу. На его животе топорщился жилет, сшитый как будто из одних карманов.
– Ничего не слышно! – закричал режиссёр, так громко, что с дерева свалился снежный ком и упал ему в карман.
Дама опять что-то тихо сказала.
Злодей, стоящий с ней рядом, крикнул страшным голосом:
– У неё горло болит!!!
– Значит, несите удочку! – скомандовал режиссёр.
– Что же это за кино такое? – удивился Мишка. – Засыпали всё снегом и теперь чего – будут тут рыбу ловить?
Но удочка оказалась длиннющей палкой, на конце которой была какая-то штука, куда режиссёр сказал: «Раз, раз…» – и оказалось, что это – микрофон.
Режиссёр задумчиво огляделся. Лицо его было усталым и мрачным. И тут он заметил меня.
Сначала он смотрел на мою майку с крокодилами и надписью «Улыбайся!». А потом всё выше и выше запрокидывал голову, пока наконец не увидел меня целиком.
И тогда режиссёр улыбнулся.
– О! – сказал он. – Именно тебя мне и не хватало! Подержать сможешь?
Мишка посмотрел на меня с завистью.
Я прошла вперёд, по удивительному, совсем не холодному снегу. Подняла волшебную удочку, которой ловят слова, и сразу всё стало слышно.
– Я люблю вас, Ольга, – воскликнул Злодей. – Вы не можете уйти!
– Нет, вы предали меня, – ответила Ольга очень хриплым голосом.
– Тогда мне остаётся только одно… – и Злодей выхватил пистолет.
Я почувствовала, как мурашки побежали у меня по рукам. Какой ужас! Неужели он сейчас выстрелит?
– И пусть этот звук всю жизнь звучит у вас в ушах… – сказал Злодей.
Он медленно-медленно поднёс пистолет к виску – и все услышали громкий-громкий… ЧИХ!
– Апчхи, – чихнула Ольга.
– Апчхи, – отозвался Злодей.
– А-а-апчхи!!! – И тут я увидела нашу Ветку.
Она бежала к Злодею и Ольге, то ныряя в снег, то выпрыгивая из него, чихая на бегу и грозно мотая ушами.
А потом она подпрыгнула и повисла у него на пальто. От страха Злодей выронил пистолет.
– Кто пустил животное в кадр?! – заорал режиссёр.
И тоже чихнул.
Если вы решили, что тут у моей истории счастливый конец, то вы ошибаетесь.
Пока я нашла, куда положить эту дурацкую удочку, Ветка опять убежала.
– Эх ты, – сказал мне Мишка. – Надо было сразу её хватать.
– А ты что стоял? – обиделась я.
– Я не стоял, – вздохнул Мишка. – Я чихал. Этот снег… от него ужасно в носу чешется.
Так по ненастоящему снегу убежал от нас наш ненастоящий заяц [2] .
«Опасная любовь, или Неожиданное спасенье»
(кадр из фильма)
Солнце жарило так, что мы с Мишкой шипели, как две яичницы на сковородке.
2
Мишка сказал, что в кино часто приходится снимать зиму летом. Для этого делают специальный искусственный снег. На землю сыплют соль, а на деревья – специальную пену. А ещё бывают снегомашины, которые могут устроить настоящую метель.
У нас даже говорить друг с другом не было сил.
Мишка всё время кричал:
– Ветка, Ветка, Ветка, Ветка…
Как будто у него какая-то кнопка заела.
Наверное, прохожие думали, что мы сумасшедшие.
– Слушай, – сказал Мишка, – я знаю, где она! Она к поликлинике побежала.
– Почему? – удивилась я.
– Ну, она же чихала! Её этот… инстинкт должен был туда привести. И потом – там скамеек много, а под скамейками – тень.
У поликлиники Ветки тоже не оказалось.
Мы с Мишкой заглянули под все скамейки – нашли только кота и обёртку от мороженого.
Два бородатых доктора сидели на ступеньках и пили кофе. Белые халаты на них были новенькие и смешно топорщились. Бороды тоже были новенькие – рыжая и коричневая. А вообще они больше походили на десятиклассников. Наверное, стали докторами недавно и теперь ужасно важничали.
И вдруг рыжебородый взял – и вылил свой кофе. Прямо в траву!