Чтение онлайн

Грег вздохнул. Он слишком хорошо знал досягаемость Гугла: каждый раз, когда ты посещаешь страницу с гугловской рекламой на ней, пользуешься гугловскими картами или гугловской почтой - даже если посылаешь почту на гугловский почтовый ящик - компания старательно собирает информацию о тебе. Недавно они начали использовать эти данные, чтобы индивидуально подстраивать поисковую выдачу под пользователей. Это оказалось революционным инструментом для рекламодателей, но авторитарное правительство имело бы в виду другие цели.

–  Они пользовались нами, чтобы строить профили людей, - продолжала она.
– Когда они хотели кого-то арестовать, то приходили к нам, чтобы найти повод сломать его. Вряд ли ты сможешь сделать в Сети что- нибудь такое, что не было бы незаконным в Китае.

–  Почему им нужно было разместить серверы в Китае?
– Грег тряхнул головой.

–  Правительство сказало, что иначе они нас заблокируют. И Яху были там.
– Они оба сморщились. В какой-то момент, работники в Гугле стали озабочены Яху, больше концентрируясь на своих конкурентах, чем на том, что делает их собственная компания.
– Так что мы это сделали. Но многим из нас эта идея не понравилась.

Майя глотнула свой кофе и понизила голос. Одна из ее собак что-то настойчиво вынюхивала под стулом Грега.

–  Почти сразу же китайцы попросили нас внедрить цензуру поисковых результатов, - сказала Майя - Гугл согласился. Компания заняла беззаботную позицию: «Мы не делаем плохого - мы даем клиентам доступ к лучшему поисковому инструменту! Если мы покажем им ссылку, по которой они не смогут перейти, это их только расстроит. Это был бы плохой юзер экспириенс.»

–  Что теперь?
– Грег оттолкнул от себя собаку. Майя выглядела уязвленной.

–  Теперь ты «персона интереса», Грег. За тобой Гуглохвост. Теперь кто-то постоянно смотрит через твоё левое плечо. Ты ведь знаешь, как звучит миссия компании, верно? «Организовать мировую информацию». Всю. Через пять лет мы будем знать, сколько какашек было в унитазе до того, как ты смыл. Прибавь к этому то, что можно автоматически подозревать каждого, кто подходит под статистическую картину плохого парня, и ты будешь...

–  Выгуглен.

–  И высушен, - кивнула она.

Каждый раз, когда ты посещаешь страницу с гугловской рекламой на ней, пользуешься гугловскими картами или почтой - даже если посылаешь почту на гугловский почтовый ящик - они собирают информацию о тебе.

Майя увела обоих лабрадоров в спальню. Он услышал её приглушенный спор с подружкой, и она вернулась одна.

–  Я могу это исправить - сказала она быстрым шепотом.
– После того, как китайцы начали репрессии против людей, мы с некоторыми коллегами посвятили наш двадцатипроцентный проект тому, чтобы поиметь их.
– (Среди бизнес-инноваций Гугла было правило, требовавшее от каждого сотрудника посвящать двадцать процентов рабочего времени своим интересным и любимым проектам) - Мы назвали его «Гуглоочистителем». Он залазит глубоко в базы данных и статистически тебя нормализует. Твою поисковую историю, твои гистограммы Gmail, шаблоны хождения по Сети. Это единственный способ.

–  Я не хочу навлекать на тебя неприятности.

Она тряхнула головой.

–  Я уже обречена. С тех пор, как я сделала эту чертову штуку, каждый день приближает меня к расплате - теперь это только вопрос времени, что кто-нибудь выдаст меня ООБ, и - ох, не знаю. Что угодно они могут сделать с такими людьми как я, в войне с абстрактными существительными.

Грег вспомнил аэропорт. Поиск. Свою рубашку, отпечаток ботинка на ней.

–  Сделай это, - сказал он.

Кабо Сан-Лукас на Гугл-картах

«Гуглоочиститель» творил чудеса. Грег мог сказать это по рекламным объявлениям, выскочившим рядом с его поиском - реклама явно предназначалась для кого-то другого: «Интеллектуальные факты о дизайне», «Семинария онлайн», «Завтрашний день без терроризма», «Программное блокирование порно», «Гомосексуальные намерения», «Дешевые билеты на Тоби Кейт». Это была программа Майи в действии. Новый персонализированный поиск Гугла явно принимал его за кого-то совсем другого: набожного представителя правого крыла.

Для него это было отлично.

Он зашел в свою адресную книгу и обнаружил, что половина его контактов отсутствует. Его почтовый ящик был пуст, как выеденный термитами пень. Профиль в Оркуте - нормализован. Его календарь, семейные фотографии, закладки: все пусто. До этого он не совсем осознавал, насколько большая его часть мигрировала в Сеть и проложила себе дорогу на гугловские сервера - его полностью онлайновая личность. Майя вычистила его до блеска - он стал человеком-невидимкой.

~ ~ ~

Грег сонно шлепнул рукой по клавиатуре лэптопа, лежащего рядом со своей кроватью, чтобы оживить экран. Он покосился на часы, вспыхнувшие на панели инструментов: 04 :13! Иисусе, кто ломился в его дверь в такой час?

–  Иду!
– крикнул он сонным голосом, напялил одежду и шлепанцы. Поковылял в прихожую, включил там свет. Он покосился в дверной глазок и увидел Майю, хмуро смотрящую прямо на него.

Грег разомкнул цепочку, открыл замок и дернул дверь.

Майя прорвалась мимо него вместе с собаками и своей подругой. Она блестела от пота, её обычно причесанные волосы спутались в клочья на лбу. Она потирала красные глаза.

–  Собирай чемодан - каркнула она хрипло.

–  Что?

Майя взяла его за плечи.
– Давай, - сказала она.

–  Куда ты хочешь...?

–  В Мексику, наверное, пока не знаю. Собирай, чёрт возьми.
– Она протиснулась мимо него в его спальню и начала выдергивать ящики.

–  Майя, - сказал он резко - Я никуда не поеду, пока ты не расскажешь мне, что происходит.

Она уставилась на него, убрала волосы с лица.

–  «Гуглоочиститель» жив. После того, как я очистила тебя, я остановила его и ушла. Запускать его снова было бы слишком опасно. Но он все еще настроен посылать мне уведомления, когда срабатывает. Кто-то пользовался им шесть раз, чтобы вычистить три особых аккаунта - все они принадлежат членам сенатского торгового комитета по переизбранию.